"Фантастика 2026-200". Компиляция. Книги 1-24 - Дмитрий Ласточкин

Короткая команда на непонятном мне языке, и вот уже вся толпа слезла с верблюдов и начала споро устанавливать палатки, разводить костры, греметь посудой.

Неужели я сегодня поем нормальной еды, а не опостылевших крыс? Желудок радостно воспрял и потребовал фуагра с кисло-сладким соусом, поданного с белым вином. Пришлось мысленно на него рявкнуть, и он сразу согласился на лепешку, сыр и, может, даже на супчик какой, если его тут варят.

— Так где мы, говоришь, находимся?

Завтрак показался мне пищей богов, хотя и был немудреным. Финики, вяленое мясо с пресной лепешкой, орехи, чуть подслащенная вода.

— Это тайный оазис Ширшивана, как я уже и сказал, мой господин. А движемся мы в Кара Алхет, что в двух ночных переходах отсюда.

— А этот Кара… как его там… Тоже тайный?

— Алхет, господин, — почтительно подсказал он. — Да, но не совсем. О нем многие знают, но попасть туда могут лишь жители оазиса, знающие, как миновать пустынных стражей. Сокрыт он от людских глаз, и можно хоть сотню лет кружить на этом месте, но так и не увидеть его.

— Я могу туда попасть? Ну, чисто теоретически?

— Прости, господин, но никак, -замотал он головой. — Для этого надо заключить договор с пустынными стражами. Но если ты это сделаешь, то долго не сможешь жить вдали от оазиса. Чем дальше будешь находиться от него, тем больше станешь слабеть. Только тот, в ком течет кровь древних династий фараонов, может увидеть его и войти без договора.

— Статус жениха дочери фараона тут не катит, я так понимаю?

— Увы, только прямое кровное родство. А мы — потомки тех, кто много веков назад служили истинным повелителям Египта и охраняли их заповедное место Кара Алхет.

— И какой план? Как мне попасть туда, где ловит сеть магофона? Ну, это трубка такая, по которой можно разговаривать на расстоянии…

— Мне известно, что такое магофон, господин. У меня он тоже есть, но тут, увы, не ловит. Все, что я могу предложить — это отправиться с нами в Кара Алхет. Там мы пополним припасы, соберем новый груз и двинемся обратно. Ты же, господин, подождешь нас за его пределами. Или господин может остаться здесь, о еде и воде мы позаботимся. А когда будем возвращаться, заберем господина с собой. — поймав на себе мой скептический взгляд, он покачал головой. — Мимо в любом случае не пройдем, тут всего одна дорога.

— И о ней до сих пор никто не знает? Как же по ней ходят?

— Да никак, господин. Я не знаю, как ты смог без необходимых припасов добраться сюда, но на моей памяти и памяти моих предков сюда никогда не ступала нога чужестранца. С неба его не видно — невидимый купол защищает с воздуха, а по земле… Нет сюда хоженых троп, а по нехоженым люди сами боятся ступать.

— И поэтому ты решил, что я твой раб? — с сарказмом ухмыльнулся я.

— А как же иначе? — удивился он. — За раба отвечает хозяин, он его кормит, поит, предоставляет крышу над головой. Я так спасал господина. А если бы оставил, ты бы умер.

— Хорошо спасал, плетью в лицо.

— Положено так. Господин, извините, слишком смазлив — лицо белое, чистое. И дабы не смущать наших дев, мы должны были вас изуродовать. И яйца потом отрезать. Но сделали мы бы это быстро и безболезненно! — отшатнулся он, увидев, какой злобой сверкнули мои глаза.

— Значит, мне повезло, что я оказался сильней, да? А теперь скажи мне, почему я должен тебе верить? Почему бы мне не убить тут всех вас, оставив только баб, поиграть с ними и тоже убить. А после двинуться на поиски цивилизации? Сюда же я как-то добрался? Значит, и дальше смогу пройти.

— Зачем это господину? — неожиданно успокоившись, он сделал глубокий глоток чая. — Наша смерть не принесет ни удачи, ни доблести. Все, чего можно добиться, это гнева духов пустыни, которые не любят бессмысленные смерти и слетаются на запах крови, как стервятники.

— Духи?

— А от кого мы защищаемся сильными иллюзиями, что делают нас не только невидимыми, но так же гасят любой звук? Без этого мы бы и ночи не прожили в пустыне.

И потому-то мое любопытство разгорается все сильней — откуда господин взялся и кто вообще такой… Ты же не египтянин, хотя и чисто говоришь на языке фараонов. И больше похож на европейца, скорей всего, с северной части материка.

— Я русский, — скрывать мое происхождение смысла не было. — А как попал… Ну, скажем так, перенесся сюда порталом, который после этого сразу исчез.

— Может ли господин показать место перехода?

— Нет конечно! Потому как не помню. Я тогда в шоке был и сразу кинулся бежать, не разбирая сторон. Потом жара, голову напекло. Увидел этот оазис — думал даже, мираж. Дошел, и вырубился. И очнулся, когда ты меня разбудил. Сегодня вообще какой месяц и число?

— Двадцатый день месяца Сафар, мой господин, — с достоинством ответил он.

— Так, а по-нашему это… –задумался я. — Пятнадцатое августа, что ль? Ну ни хрена себе погулял две недели по гробнице!

— Гробнице? — навострил уши Нахер.

— Не бери в голову, а то с ней расстанешься, — сурово посмотрел я на него. — Я про элитный клуб Каира говорю.

— А, вы про ту «Гробницу»… — тут же расслабился он. — И сколько мумий выпили?

— Три — это те, что я смутно помню.

— Ох! — его челюсть встретилась с землей. — Тогда неудивительно, что господин не помнит, как тут оказался. Даже одну не всякий может выдержать, а тут целых три! Я вот, например, не рискнул ее пить — говорят, она поднимает все пороки со дна души.

— Может, и так, но к делу. Что делать-то будем? Оставаться здесь и ждать не вариант. Идти с вами с неясными перспективами куда-то в другую сторону — только время терять. А мне скоро поступать, надо же подготовиться… Слушай, а от вас на большую, так сказать, землю можно дозвониться?

—