Безбашенный - Арбалетчики в Карфагене

   - Верно, показуху они любят! Рим будет ошарашен возросшей мощью африканского союзника, ха-ха! Но это на суше. А на море?

   Мы склонились над картой, изучая приморские финикийские города.

   - Под его властью Сальде и Рузикада, - заметил я, - Но там, насколько я знаю, не очень-то хорошие гавани. Вот Гиппон-Регий - другое дело.

   - Обойдётся! - ответил тесть, - Слишком жирно ему будет таким торговым портом завладеть! Сам же говоришь, что незачем помогать ему финансово!

   - Тогда, получается, надо помочь ему построить чисто военный морской порт?

   - Именно! Любая маленькая гавань, где сможет развернуться трирема, а док и верфь мы ему построим по карфагенскому образцу. Я даже специально для него грека-зодчего найму. Представляешь, какая там суматоха будет?

   - Гы-гы-гы-гы-гы! - ага, ещё бы я не представлял! Да я представлял себе эту картину маслом в лицах и в цвете! Это ж прямо петровский флот получается - того самого, пёрднувшего первым. Линейные корабли и фрегаты океанского класса на внутренней мелководной Балтике, в пределах которой для такого флота нет и не может быть достойных его задач. Но зато - красивые, величественные, престижные - в точности, как у Англии и Голландии, этих великих морских держав. Тешат государево самолюбие, подчёркивая величие его государства. А потому - плевать на цену, плевать на технологию, плевать даже на качество, если это не слишком бросается в глаза. Главное - больше и скорее - не любят великие государи ждать. Выстроенный в спешке из не просушенного толком леса, поглотивший прорву выколоченных из народа казённых денег и укомплектованный тысячами среднерусских рекрутов, до того в глаза не видевших моря, этот помпезный океанский флот после смерти своего создателя банально сгнил за ненадобностью. Ну и стоило ли ради обезьяньей показухи "поднимать Россию на дыбы"? То же самое примерно ожидает и Нумидию, если Масинисса заглотит нашу наживку и соблазнится "морским могуществом". А он заглотит, куда ж он на хрен денется! Тупорылые обезьяны из его свиты в такой восторг придут - как же, Великая Нумидия - что хрен он их уймёт, если троном своим дорожит. И задрочит он своих несчастных подданных точно так же, как Пётр задрочил Россию. Даже немного жаль становится этих бедных нумидийцев, как представишь себе такую хрень! Увы, своя рубашка ближе к телу, а нам нужно, чтобы как можно больше неуёмной энергии Масиниссы ушло в "пшик", сработав вхолостую. И ещё нам нужно, чтобы Рим впечатлился стремительным усилением своего африканского союзника и озаботился этой совершенно ненужной ему проблемой. Глядишь - и Карфаген ему тогда понадобится ещё и в качестве боевого хомяка, а не одной только дойной коровы. Всего-то и надо для этого - произвести некоторые небольшие пертурбации...

   - Макс, ты охренел! - завизжала Юлька, едва услыхав, что нам предстоит принять на довольствие больше сотни матёрых испанских наёмников, - Только этой буйной полупьяной солдатни нам ещё не хватало! Ты бы ещё папуасов голожопых набрал!

   - Папуасы в Африке не водятся, - успокоил я её, - Они на Новой Гвинее, а она, считай, на другом конце шарика.

   - Ну спасибо, утешил! И что с того, что они не папуасы?! Мало нам навязанных твоим тестем конвоиров! Это ты у нас латифундист, капиталист и вообще империалист хренов! Можешь позволить себе и в солдатики поиграться! А нам чем прикажешь сотню этих прожорливых охламонов кормить?! Сволочь ты, Макс! Сволочь и эгоист! Велия, ну хоть ты-то его урезонь наконец! - ага, на женскую солидарность надеется, гы-гы! Только хрен она угадала!

   - Я думаю, можно и больше взять, - задумчиво сообщила моя ненаглядная, - Это же наши, турдетаны.

   - Да вы чокнутые! Вы в натуре созданы друг для друга! - Юлька окончательно выпала в осадок, после чего мы смогли наконец обсудить вопрос конструктивно.

   - Я как "латифундист, капиталист и хренов империалист" беру к себе тридцать пеших и пятнадцать конных! - положил я начало "постойной повинности".

   - Наполеон ты недоделанный! - буркнула Юлька.

   - Половину всей конницы? А нам по пять всадников оставляешь? - нахмурился Васькин.

   - А сколько ты хочешь?

   - Почему бы не десяток? Я осилю.

   - И в чём проблема? Арунтий просит нас принять ХОТЯ БЫ тридцать конных. Думаю, даст и больше, если сами попросим.

   - Вы, два идиота, не вздумайте! - снова взвилась Юлька, - Куда нам больше! Ты, Васькин, если тоже на лошадях помешан, как и этот татаро-монгол, так забирай себе и "нашу" пятёрку, и будет тебе твой десяток!

   - Мужики, мне тоже пяти маловато. Это же получается ни два, ни полтора. Давайте уж тогда и мне десяток, - подал голос Володя. Его Наташка фыркнула, но отмолчалась.

   - Хорошо, не вопрос, - глупо было бы возражать против столь здоровой инициативы, - Я потом, если решу, что мне десятка конных мало, ещё у тестя попрошу.

   - Тебе треуголка не жмёт? Барабан под ногой не слишком большой? - съязвила Юлька.

   - Пеших сколько с Серёгой берёте? - вернул я её к обсуждаемой теме.

   - Так и быть - десяток. Сволочь ты, Макс!

   - Юль, у нас же только пять охранников! - напомнил ей Серёга, - Этого же не хватит, если дикари налетят!

   - Рабов вооружишь! Двадцать ленивых рыл, между прочим, за которыми ты совершенно не следишь! Нечего им бездельничать!

   - Охренела, что ли? Рабов вооружать...

   - Поговори мне ещё! Ещё один Наполеон мне тут выискался!

   - Мне - два десятка, - попросил Володя.

   - Больше - не осилим, - добавила на всякий случай Наташка. На мой взгляд, они осилили бы и три десятка, если бы задались целью, но какие к ним могут быть претензии по сравнению с Юлькой?

   - Десятка три я потяну, - выручил Хренио, - Больше, извини, не смогу.

   Вот что значит, человек женат на античной аборигенке, а не на капризной и избалованной феминизмом современнице. Бесхозным таким образом оставался всего десяток пеших, и я взглянул на жену, которая, занимаясь нашим хозяйством, знала расклад получше меня и теперь подсчитывала наши возможности на навощённой дощечке.

   - Сможем, - ответила она мне на не заданный вслух вопрос, закрыв таким образом проблему.

   - Милитаристы рабовладельческие! - охарактеризовала нас Юлька, даже не подозревая, насколько она права на сей раз. В отличие от неё, предпочитавшей пускать деньги на тряпки с побрякушками, а не "на ветер", мы с Велией в натуре могли при необходимости безбоязненно вооружить и поставить в строй большинство наших рабов. Ливийцев на нашей "даче" практически не осталось, если не считать нескольких женатых и вполне своей жизнью довольных - основная масса свободных нумидийцев едва ли жила лучше. А уж на македонян с фракийцами и сицилийцев положиться можно было вполне.