Владимир Лошаченко - Наставники

— Да, натворил дел ваш Горбачев. Впрочем, дальше еще хлеще будет.

Саша с удивлением глянул на него.

— Почему ваш? — спросил он.

— Ай, да я просто оговорился, — отбрехался плечами Иван Степанович.

Такие подозрительные оговорки Сашка слышал не впервые. Поневоле у него возникала логичная мысль: кто они на самом деле — Мастер с Учителем? Может, перевербованные нашей контрразведкой иностранные шпионы?

Мальчик не выдержал и прямо спросил об этом шагающего рядом мужчину.

Иван Степанович хохотал во все горло, аж прослезился, потом, став серьезным, сказал:

— Саша, ты молодец! Наблюдателен и все замечаешь, но в данном случае «промазал», клянусь, мы с Петром Степановичем не шпионы. У нас в мыслях нет причинить вред России, скорее, наоборот. Через три года тебе исполнится шестнадцать лет, обещаю, в день рождения мы расскажем всю правду. На вас, князь, возложена особая миссия.

Сашка при обращении к нему по титулу скуксился — опять Мастер подкалывает.

— Не журись, сынку, я на полном серьезе говорю, а зачем бы мы натаскивали Александра Пожарского воинскому искусству и прочим нужным наукам. Придет время, все узнаешь.

Саша влет понял — Мастер говорит правду. Он облегченно вздохнул и бодро потопал вслед за Наставником.

Выставив литр водки местным мужикам, Иван Степанович заправил бак японского движка «Ямаха» и запихал четыре полные канистры по двадцать литров в носовой закрытый отсек.

Узнав, что у хозяина лодки в Мильково есть родственник, взял его адрес с обещанием оставить лодку у него.

Ровно в полдень они отчалили — «Ямаха» фыркнула пару раз, а затем, низко загудев, поперла моторку по широкой глади Камчатки. Сашке, впервые плывущему на лодке, все было внове, все интересно.

В поселок Ключи пришли к вечеру, расположились километра за два от него. Переночевали в поставленной палатке, предварительно поужинав сухим пайком.

Утром Мастер предложил Саше прогуляться до Ключевской Сопки, вулкан еле проглядывался у горизонта, нополучил решительный отказ.

— Не понял, что с тобой, «кадет»? — удивился Мастер.

На его памяти Сашка впервые отказался подчиниться. Юный пионер вежливо и красочно описал, где он видит эти вулканы и горы в частности. У Мастера отвалилась челюсть.

— Князь, что за выражения?

Они переглянулись и расхохотались — Сашка умудрился плеснуть себе на колени чай. В дальнейшей откровенной беседе выяснилось — парнишка не любит горы и море, в общем, те места, где от буйства стихии человеческий фактор ничего не значит.

Мастер в задумчивости пожевал травинку.

— Вполне тебя понимаю, Саша, но, к сожалению, иногда обстоятельства выше нас. Хорошо предупредил, следующим летом обязательно двинем в горы — альпинистская подготовка пригодится. Заодно и на море смотаемся.

Сашка, услышав планы Мастера, лишь кисло сморщился.

Следующий день ознаменовался весьма примечательным происшествием. На ходу проскочив поселок Козыревск, тормознулись, Мастер заливал в бак очередную канистру, а Саша, сидя у борта, предавался глубокомысленному занятию — плевал в воду, затем вдруг прекратил столь увлекательное дело и спросил вслух, ни к кому не обращаясь:

— Интересно, а зачем ему столько рыбы? Не иначе про запас.

— О чем судачишь, «кадет»? — обернулся Иван Степанович.

— Да я говорю, за поворотом медведь на мелководье рыбу ловит, большую кучу наворочал.

Мастер вдруг широко улыбнулся.

— Наконец-то стали проявляться твои уникальные способности. Саша, на какое расстояние ты видишь и что именно?

Оказалось, особым зрением мальчик видел скрытые поворотом места километра на три.

— Это только начало, — обнадежил Мастер. Года через три-четыре ты за двадцать километров внутренним зрением узришь.

К вечеру прибыли в Атласово и, оставив моторку на стоянке, груженные рюкзаками пошли ночевать в местный дом рыбака.

— Надо горячее принимать периодически, — посетовал Иван Степанович, − а то испортим юный княжеский желудок.

Сашка не выдержал и возмутился:

— Будет вам, Мастер, меня подкалывать. Какой из меня князь? Воспитание не то.

— Ошибаешься, Саша, ты самый настоящий князь Пожарский. По силе своего духа и помыслам своим, а на мои шутки не обижайся. Мы же с Петром Степановичем любим тебя, как родного сына.

«Любят, то они любят, но гоняют почем зря», — подумал Саша, укладываясь спать.

A good morning is my friend, − раздался над ухом голос Ивана Степановича. Это значит, пора вставать, душ, туалет, комплекс упражнений и весь день разговаривать только на английском.

Мимо лодки проплывали живописные берега, покрытые ольхой и ивой. Многочисленные ручейки и речушки, скатываясь с гор, вливались в реку Камчатку. Пойменные луга радовали глаз разнотравьем и пестрой гаммой цветов. Мастер всю дорогу ахал и восторгался и, заметив равнодушный взгляд парнишки, поневоле спросил:

— Саша, неужели не нравится такая красота?

Тот пожал плечами.

— У нас на Иртыше не хуже.

— Ну, брат, ты даешь, — только и смог выдавить из себя Мастер.

Прошли Долиновку и километров через полста остановились пообедать. Пожевав консервированных крабов и съев по паре бутербродов с колбасой, попили чаю из термоса. Рядом с их стоянкой в реку втекал небольшой ручей. Саша, решив размяться, прогулялся до него.

Подойдя ближе, огляделся, что-то его беспокоило.

— Не так смотрю — догадался мальчик и прикрыл глаза. Ох, ешкин кот, откуда здесь столько металла, да все маленькими кусочками.

Саша выбрал самый большой, поднял и открыл глаза. На его ладони лежал эдакий тяжеленький барашек неправильной формы желтого цвета. Вернувшись к моторке, показал находку Мастеру.

— Поздравляю, князь, вы нашли самородок, жаль придется его выбросить.

— Это еще почему, — насупился Саша.

— В аэропорту органы отберут, у них металлодетекторы стоят — зазвенит.

— Жалко, — Саша повертел бляшку в руках и в сердцах швырнул ее в воду.

В Мильково пришли под вечер. Переночевав на природе, Мастер отправился по адресу. Нашел хозяина лодки, обсказал, где моторка будет стоять, зашел отовариться в продуктовый магазин.

«Зря с собой карабин не взял, — подумал он. На одной рыбе и крабах далеко не уедешь, хотя мне-то все равно, а вот парню необходимо полноценное питание. Придется поохотиться, — с такими мыслями он объявился на берегу».

Вслед за ним притопал сват — крепкий мужчина в брезентухе. Он переправил туристов на другой берег, а сам наладился обратно.

Пока Иван Степанович ставил палатку, Сашка, собрав спиннинг, порыбачил. Довольно удачно — поймал два ленка и кижуча. Сноровисто распотрошив улов, поставил котелок на спиртовой керогаз. Мастер ел уху и нахваливал. По мнению Саши, совершенно зря, то ли дело из стерляди, а это не рыба — так, одно название.