Сергей Палий - Санкция на жизнь
– Спасибо, – запоздало поблагодарил Стас, откидывая наверх стекло шлема и отбрасывая неудобные перчатки.
Теперь оставалось совершить пару коррекционных витков вокруг планеты и начать разгон на полной мощности G-двигателей по оптимальному рассчитанному курсу Земля – Марс.
«Эфа» борту 658214-2-МВ, – услышал Стас далекий голос в наушниках. – Мы ведем вас. Как слышимость?»
– Удовлетворительная.
«Через полминуты вы войдете в слепую для наших ретрансляторов зону. Ваша орбита 746-low-gelios. Менять орбиту без санкции категорически запрещено. Любое включение маршевых, тормозных или маневровых двигателей будет расценено как акт создания опасной ситуации в околоземном пространстве и пресечено силовыми методами без предварительного предупреждения».
Стас только хмыкнул. Отвечать на дежурную фразу боевого оператора «Эфы» не требовалось. И, честно говоря, только конченый кретин мог ослушаться этого стандартного приказа…
В последующие полтора часа Стас проверял и перепроверял навигационные расчеты траектории разгона, изредка перебрасываясь контрольными данными с орбитальной станцией. Пару раз он вызывал Землю, чтобы сверить точные параметры рейсового коридора, потому что встречным курсом от Фобоса шел «бычок»-тяжеловоз, под завязку набитый обедненным ураном. И Стаса явно не прельщала перспектива вписаться в эту фонящую всеми спектрами дурынду или, что было бы еще хуже, попасть в кильватерный конус ее G– аномалии.
В конце концов все расчеты были окончены. «Ренегат» завершал второй виток.
Стас вызвал оператора «Эфы» и запросил санкцию на разгон.
«Борт 658214-2-МВ, имеете право в расчетной точке сойти с орбиты и начать разгон по курсу 3-4-curve-0-2».
Стас улыбнулся сам себе. Курс, который он рассчитал, был практически идеальным. Редко удавалось так четко попасть в нужный рейсовый коридор, учтя параметры движения Земли и Марса, а также остальных грузовых, исследовательских, военных, туристических и дипломатических кораблей и прочих искусственных космических тел.
«Отличный расчет направления, – словно прочитав его мысли, похвалил оператор „Эфы“. – Спокойного вакуума, пилот».
– Спасибо, – поблагодарил Стас, усаживаясь в кресло и готовясь к выведению маршевых гравитонных двигателей на крейсерскую мощность.
Все необходимые санкции были получены.
Бортовые системы работали нормально.
За спиной острым подсвеченным серпом нависала Земля.
А впереди ждал обитаемый космос. До него оставалось только дотянуться.
И все же какое-то досадное предчувствие катастрофы вновь кольнуло Стаса, когда он откидывал защитные кожухи и переключал тумблеры основной тяги в активное положение…
В памяти вдруг возник и тут же разлетелся бледным бисером образ странного незнакомца с зонтом…
Стас вздрогнул. И тут же со злостью заставил себя выбросить всякую дурь из головы.
Ерунда. Абсурд. Чушь.
Всего лишь легкие предрассудки перед штатным рейсом. Ничего страшного.
Глава 3
За плоскостью эклиптики
Некоторым людям свойственно чувствовать мнимую опасность сквозь сон. Будто бы ледяное дыхание на мгновение касается сердца и наполняет его тревогой. Словно какой-то туманный сновидческий образ заставляет вдруг открыть глаза. И, как правило, оказывается, что все беспокойство напрасно: ощущение ложное, а рядом – всего лишь знакомое смятое одеяло и легкий шум вентилятора, в сотый раз прогоняющего через лопасти летнюю духоту.
Но иногда бывает иначе…
Стас дернулся и чуть было не шарахнулся головой о спинку койки. Потряс затекшей кистью руки и поморгал, все еще не понимая – что происходит. К горлу подступила тошнота, сердце бухало непривычно мощно.
Внезапно он резко сел на крепко натянутой простыне и почувствовал, как зад отрывается от нее и все тело плавно поднимается вверх, стремительно закручиваясь.
Каюта была наполнена красным светом. Аварийный зуммер мерно жужжал под потолком.
– Черт! – вслух проговорил Нужный, пытаясь ухватиться за что– нибудь. – Этого еще не хватало… Твою мать!
Через минуту ему удалось добраться до двери и выскользнуть в пустынный коридор. Здесь было непривычно прохладно; воздух казался слишком сухим. Неожиданно возникшая невесомость могла означать только одно: компенсаторы ускорения вышли из строя…
В следующую секунду в мозгу Стаса вспыхнула ярким маяком еще более зловещая мысль: тяги нет. Стало быть, гравитонники тоже вырубились!
– Твойу-у-у мать! – вновь выругался он, хватаясь за поручни и быстро двигаясь в сторону кабины пилота. – Да что же такое творится… Поспал, называется… Отдохнул после старта…
Рот наполнялся до омерзения противной невесомой слюной, в груди росло ощущение тревоги. Неужели не сон?…
В коридорах, переходных отсеках, аппаратных помещениях, кокпите – везде мерцал багряный свет, дающий понять, что основной энергетический контур накрылся блестящим купрумным тазиком.
Стас, маневрируя конечностями, уселся в кресло и застегнул на голом пузе пневморемни. При этом он прищемил кожу центральном страховочным замком и выругался так, что самому стыдно стало. Встряхнул головой, чтобы немного прийти в себя.
И тут его взгляд упал на погасший основной дисплей. Нужный поморгал и неторопливо оглядел всю приборную панель…
На ней не было ни одного огонька.
Стас закрыл глаза и с силой растер веки пальцами, отказываясь верить очевидному. Тупо потыкал пальцами в сенсоры клавиатуры и прошептал, убеждая самого себя:
– Электроника дала дуба. Наглухо.
Это было очень, очень плохо. Если вырубился бортовой комп и прочая электронная начинка, то не функционирует система регенерации и терморегуляторы. А это, в свою очередь, значит, что шаттл в скором времени превратится в ледышку и никакие аккумуляторы не смогут помочь согреться – элементарно не хватит мощности.
На то, чтобы найти причину сбоя и устранить ее, Стас имел часов пять. Не больше. Плюс еще пару – в тяжелом прогулочном скафандре.
И крышка.
Температура на борту понижалась с каждой минутой. Неторопливо и зловеще.
– Черт! Черт! Черт! – крикнул Нужный, яростно врезав кулаками по подлокотникам. И тут же сам себя одернул: – Так, без паники. Начнем с главного. Центральный компьютер, реакторы и связь. Давай-ка, «Ренегатушка», посмотрим, что ж тебя так перекозявило.
Стас отстегнулся, поймал парящий посреди рубки комбез и, извиваясь, втиснулся в него. Достал ящик с инструментами. Забрался под кожух, где находились внутренности бортового компа. Отсоединил резервные массивы памяти и, прицепив их к контрольным шлейфам, принялся проверять их один за другим. Все носители оказались девственно чисты, словно на них никогда не было терабайт управляющих программ и прочего необходимого софта. Зато процессоры не пострадали, и, выяснив этот факт, Стас впервые с момента пробуждения с облегчением вздохнул.
Ознакомительная версия. Доступно 22 из 111 стр.