Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов
А детей у меня двадцать три…
Хреновая математика получается, однако.
Я обвёл всех глазами, сам почувствовал на себе изучающие взгляды. И пожалел, что не захватил с собой указку. Она бы мне пригодилась.
— Подождём ещё немного, — вздохнул я. — Надеюсь, остальные просто решили не приходить слишком рано.
По часам ещё оставалось три минуты до начала родительского собрания, но надеяться на что-то подобное…
Кстати, Краснова тоже здесь не было. Но, может, граф просто чрезвычайно пунктуален? Слишком уж он чётко согласился прийти в 17:00. Даже с некоторым вызовом, как мне показалось.
В общем, пока наступила тишина, все разглядывали меня с искренним интересом. Я же продолжал изучать их в ответ.
В помещении возникло какое-то напряжение, воздух стал тяжёлым. Тут собрались очень разные по положению люди, и они чувствовали себя неуютно друг рядом с другом. И потому разбились на группы. Прямо как их бесята, блин.
Аскольд Свиридов вместе со своей дамой сидел в отдалении. Антон, помнится, тоже сторонился одноклассников, когда я только пришёл в академию.
Чета Рыжовых разместилась рядом с Иваном Самсоновым, отцом Андрея.
Это был подчёркнуто спокойный мужчина с короткими светлыми волосами, в очках, и с хорошо развитым Источником.
Иван Максимович возглавлял бедный дворянский род, во владении которого осталось только полуразвалившееся предприятие. Не знаю, как у него успехи в этом деле, но Андрей был хорошим пацаном и явно не обделён отцовским воспитанием.
Кажется, он хорошо знаком с Русланом, но благоразумно не вмешивался, когда тот взбесился.
Ещё один союз проглядывался между Юрием Тимофеевичем Островским, отцом Дениски, и Максимом Максимовичем Пришвиным, отцом Максима… Да, с воображением у Пришвиных, видимо, туговато.
Наверное, осторожный союз-соперничество Дениски с Максом продиктован отношениями между их родителями.
Остальные родители были из простолюдинов. Я сразу узнал Осипова Дмитрия, батю проказника Феди. Такие же ехидные глаза, которые выискивали всякое без остановки, небольшой рост и кривая ухмылка.
Он выглядел каким-то слишком уж весёлым и до сих пор находился под впечатлением зрелища, устроенного Свиридовым и Рыжовым. Но не показывал это слишком явно, потому что находился под надзором крупной женщины с таким строгим выражением лица, что они казались полными противоположностями.
Это была мама Феди, Екатерина Петровна. И даже мне от её сурового вида становилось немного не по себе…
Что ж, время уже подходило к концу, а начинать собрание с такой тягомотной атмосферы не хотелось. Сначала грохот и разрушения, теперь молчание и повисшая пауза? Не, так не катит.
Поэтому я решил немного разрядить обстановку. Прочистил горло, обратив на себя внимание, ухмыльнулся и выдал:
— Заходит как-то завуч в класс и говорит!..
Но в этот момент минутная стрелка перешагнула на отметку «12», наступило ровно семнадцать часов дня. И в кабинет вошёл Артём Ярославович Краснов.
Сразу все присутствующие насторожились. Графья вдруг разом подскочили с места и почтительно поклонились.
Даже матушка Анжелы, Анфиса Вячеславовна, нервно улыбнулась и кивнула в приветствии. Женщинам вставать при появлении благородного аристократа не следовало, но она едва это не сделала. И продолжала хлопать пышными ресницами в сторону Краснова, позабыв обо всём на свете.
— Добрый день, господа и дамы, — произнёс Артём Ярославович. — Рад вас всех видеть.
«Неужели он тоже пришёл? — прошептал Пришвин Островскому. — Я такого совсем не ожидал»
«И не говори, — ответил тот. — Думаю, никто не ожидал…»
Самсонов сдержанно поклонился как равному, а вот Рыжов стиснул зубы и явно старался скрыть какую-то неприязнь.
В общем, граф Краснов не оставил никого равнодушным. Даже некоторые простолюдины занервничали при его появлении.
Зараза, теперь анекдот ситуацию не спасёт!
— Господин Краснов, сядьте, пожалуйста, на место, — сказал я. — Нам уже пора начинать.
Все благородные обернулись на меня с такими глазами, будто увидели над моей головой топор палача. Затем разом перевели взгляды на Краснова в ожидании его реакции на подобную «дерзость». Даже сдержанный Самсонов наконец-то охренел от происходящего.
«Ну вот и отстрелялся новый классрук, — прошептал Аскольд Свиридов своей даме. — Жаль, хороший был мужик…»
Однако Артём Ярославович, вопреки всем их ожиданиям и фантазиям, коротко кивнул мне и ответил:
— Да, Сергей Викторович. Прошу меня извинить.
Он сел за самую первую парту прямо передо мной. И вместе с тем, как его высокоблагородная задница приземлилась на стул, тут же плюхнулись на свои места и остальные аристократы. Причём с таким видом, будто увидели, как тот самый топор по невероятной случайности промчался в волоске от моей шеи.
А я вдруг понял, что Дениска беспокоится не за того конкурента за лидерство среди умников. Походу, Стефания с Гордеем просто не хотят высовываться, а так уже давно бы перехватили контроль над ними. Да и, возможно, над крепышами тоже. Гордей явно скрывал свою настоящую физуху.
Но мне уже стоило начинать:
— Думаю, в первую очередь на нашем сегодняшнем собрании стоит обсудить минувшую учебную тревогу. Насколько я слышал, она вызвала много волнений среди родителей учеников…
— Да-да! — тут же воскликнула Анфиса Елизарова. — Это вы верно подметили, Сергей Викторович! Прошу объяснить, это по какому праву мою дочь подвергли опасности и выпустили на улицы академии настоящих монстров⁈
Похоже, наваждение перед Красновым у неё пропало, и дамочка пошла в разнос. Голос был такой звонкий, что некоторые из родителей даже слегка сощурились.
— По такому праву, что у нас здесь не интернат дошкольного образования, Анфиса Вячеславовна, — улыбнулся я. — А самая настоящая академия магии. И взаимодействие с этими самыми монстрами является неотъемлемой частью жизни мага. Если детей не подготовить к опасностям при встрече с настоящими тварями, у них будет очень мало шансов выжить.
Некоторые одобрительно закивали, кто-то негодующе поджал губы. Самой Елизаровой явно не понравилось, что её претензию так просто парировали, и по стервозному прищуру было нетрудно догадаться, что она готовит новую атаку.
Однако напряжение развеялось, все переключились на главное — своих детей.
И я уже решил, что всё пошло своим чередом, как вдруг руку подняла мама Сани Савельева.
— Да, Мария Ивановна, я вас слушаю, — сказал я.
Это была невысокая женщина с милым круглым лицом и короткой причёской. Она удивилась, что я назвал её по имени, но быстро оправилась и произнесла мягким голосом:
— Сергей Викторович, я беспокоюсь за своего Сашеньку. Вы сказали, что готовите наших детей к будущим опасностям? Я в принципе не хочу, чтобы он таким опасностям подвергался. Не хочу, чтобы он рисковал