Тимоти Зан - Пульт мертвеца

— Это было здорово, гремучник, — силился поблагодарить я. — И каким-то образом все произошло быстрее, чем я ожидал. Куда мы теперь направляемся?

— За пределы системы, — прошептал Эдамс. — Туда, где захватчиков уже нет.

— Разверни нас, пожалуйста, — приказал я ему. — Помести нас назад, впереди корабля, который возглавляет флотилию, чтобы они пронеслись мимо нас минуты через три-четыре.

— А почему впереди? — спросил Куцко. — Почему бы нам не расположиться спокойненько на обочине и не ждать, пока они ударят нам в хвост?

У меня похолодело в животе, но я сумел ответить ему как подобало.

— Потому что иначе всё это произвёдет нежелательный… эффект Допплера, — всю эту ахинею я произнес очень убедительным, вполне серьезным тоном. Я уже осилил не очень хитрую науку, как облечь заведомую ложь в обертку убедительности. — Когда мы будем находиться впереди них, им придется иметь дело лишь с одним проявлением этого эффекта, лишь с одним его фактором. А он непременно последует, стоит лишь мне запустить эту нашу машинку.

— Дай я тебе помогу, — вызвался Куцко, делая шаг ко мне. Но этому шагу суждено было превратиться в широкую дугу, как только раздался щелчок прерывателей, и мы, потеряв гравитацию, снова очутились на траектории Мьолнира. Он выругался и стал беспорядочно размахивать руками, ища, за что бы ухватиться. — Может быть, нам что-нибудь сделать с этим чертовым псевдогравитатором? — зарычал он. — Из-за этих штучек кто-нибудь сломает шею.

— Нет! — выкрикнул я, когда рука Эдамса потянулась к «Пульту Мертвеца» выполнять приказание гремучника. — Пусть всё так и остается.

— Почему? — нахмурился Куцко.

Я, кусая губы, стал лихорадочно прикидывать, что бы такое ему еще соврать и… нашёл.

— Все, что мы наплели этому Грачику — вовсе не ерунда, вот почему, — заявил я. — Мы не можем знать, как поведёт себя этот контроль со стороны гремучников в условиях невесомости, и лучше уж меня потошнит лишний раз от этих перепадов, чем мы потеряем ориентацию. Кстати, о ней — гремучник, где мы очутились?

— Приблизительно… в двух минутах… перед захватчиками, — прошептал тот.

Я просил о трёх или уж четырёх минутах. Вот какова их ювелирная точность, оказывается.

— Ладно, — согласился я. — Не забудь и следи за появлением красного света.

— Не забуду. Вы уже готовы для… нашей помощи?

Я присвистнул.

— Да нет, еще не совсем готовы. Подожди минутку — дай мне прикинуть, как это всё сделать.

Краем глаза я заметил, как одна из бровей Куцко медленно поползла вверх.

— Говоришь, провёл на «Вожаке» четыре дня, где тебя учили управлять этой штукой, и ты все еще не можешь этого делать?

— Послушай, лучше заткнись и дай мне работать, ладно? — отбрил его я. — Я знаю, что делаю, а сделать это — ровно одна минута.

Куцко взглянул сначала на Эдамса, потом снова на меня. Он по-прежнему старался доверять мне, но доверие не бесконечно.

— Знаешь, если это займет слишком много времени, то не лучше ли нам удалиться на значительное расстояние отсюда и попробовать всё сделать оттуда? Не очень что-то мне хочется, чтобы наш гремучник проглядел сигнал, и нас бы разнесло еще до того, как ты успел бы дотронуться до этого передатчика.

— Да не будет это долго длиться, — огрызнулся я. Сам того не зная, Куцко почти вплотную подошел к истине и страстно желал, чтобы гремучники всё же уловили то, что я так хотел им передать. — Ещё минута, и всё, о'кей?

— Ладно, — согласился Куцко. С его терпением стало происходить то же, что и несколько секунд назад с доверием. — Просто хочется верить, что ты сможешь отыскать эту проклятую частоту, на которой мы собираемся работать, и побыстрее. И при этом будешь знать, что именно ты собираешься им передать.

— Надеюсь, что мне не придется искать особую частоту, — рыкнул я. — Это широкодиапазонный передатчик — именно поэтому вся эта настройка такая хитрая. А что касается того, что я должен им сказать, то я просто собираюсь передать им наши поздравления от Патри и повторить это затем на том языке, который нам предоставят гремучники. Потом перейдём на приём и подождём ответа. Ну что, доволен?

Он не успел сообщить мне, доволен или нет, так как снова вернулась гравитация.

— Правильно, — кивнул Куцко, голос его звучал твёрдо. — Значит, еще минута. Ух!

Я намеренно повернулся к нему спиной.

— Прости, гремучник, но мне кажется, нам еще разок надо все это повторить, хорошо?

— Очень хорошо, — вздохнул он.

Его голос… Мне хватило единственного взгляда, чтобы подтвердить мои опасения, которые возникли у меня, стоило мне лишь услышать его голос. Эдамс начинал терять голос. Нам надо было дать ему возможность отдохнуть, и посему следовало срочно убираться с траектории гостей.

— Гремучник…

Но было уже поздно. Раздался щелчок прерывателей, и гравитация исчезла… а Эдамс снова задыхался.

Куцко скользнул мимо меня к Эдамсу, одной рукой хватаясь за кресло, в котором тот сидел, а другой потянулся за кислородной маской, в следующую секунду прижав её к лицу пастыря.

— Как далеко? — допытывался он у Эдамса. — Как далеко мы от них?

— Три… три… минуты, — пролепетали губы Эдамса.

Куцко посмотрел на меня и впервые за все время, сколько я его знал, я заметил в его глазах настоящий, неподдельный ужас. Ужас… и покорность судьбе.

— Три минуты, — бормотал он. — Три минуты… и мы погибнем.

Случилось так, что момент, на который я возлагал такие надежды и готов был молиться, мог быть упущен.

Если можно, то пусть чаша сия минует меня…

— Проверь курс, — велел я Куцко, сердце у меня готово было выскочить из груди, я боролся с внезапным приступом тошноты от жуткого страха. — Убедитесь в том, что мы действительно находимся на траектории, по которой пролетают пришельцы.

Он в растерянности стал крутить головой по сторонам в поисках нужного дисплея… и в то время, как его внимание целиком сосредоточилось на этом, я незаметно опустил руку в боковой карман. Шприц, который я стащил в лаборатории на Сполле, обжёг мне ладонь смертельным холодом.

— Помоги мне отстегнуть пастыря Эдамса от кресла, — обратился я к Куцко, переложив шприц в ладонь правой руки.

Не знаю, почему мне пришла в голову эта мысль. Но Куцко в одну секунду повернулся ко мне, его левая рука по-прежнему прижимала маску к лицу Эдамса, а правая выдернула игломет из кобуры.

— И не пытайся, Джилид, — тихо произнес он. — Одно нажатие на спусковой крючок, и этого шприца нет.

Я набрал в лёгкие побольше воздуха.