Уильям Дитц - Только кровью

Экономика стабилизировалась, возобновилась торговля, начался процесс восстановления компании «Предприятия Чен-Чу».

Похоже, сейчас самое подходящее время для заслуженного отпуска. Вот только Майло сомневалась, правильно ли поступает, неожиданно решив отправиться в Африку, к полковнику Були.

Как и сама Майло, полковник поначалу был очень занят, поскольку ему пришлось заменить Каттаби, а также позаботиться о том, чтобы большая часть сил полковника Харко вернулась в Легион.

Они часто разговаривали по внешней связи — иногда беседы получались неловкими, часто наступали паузы. Проблема состояла в том, что они совсем плохо знали друг друга.

Однако Були оказывал Майло самые разные знаки внимания, трижды прилетал, чтобы с ней повидаться, посылал цветы во все ее офисы, а однажды, когда она направилась в один из районов Европы, где все еще было неспокойно, приставил к ней отряд боевиков наа.

Хотя все шло неплохо, Майло продолжала нервничать. Что, если дело в волшебстве Рио? Что, если они не смогут быть вместе? Что, если он храпит?

— Ты же иногда храпишь, так почему нельзя ему? — спросил голос, и Майло почувствовала, как ее охватывает радость.

— Сола! Как ты?

— Теперь, когда я могу отправиться домой, лучше, — ответила сай’линт. — Земля опасное место.

Серджи Чен-Чу вышел из каюты, остановился, чтобы закрыть дверь на замок, и слился с толпой.

Земля и восстановление законного правительства были уже вчерашней новостью на борту «Дружбы», где большинство разумных существ сосредоточилось на проблемах и возможностях, которые возникли после появления траки.

Многие узнавали Чен-Чу и приветствовали его. Стремительное возвышение от ушедшего на покой политика до поста губернатора планеты мгновенно изменило его статус: из списка С он перешел в список В.

Впереди возникла небольшая суматоха, и толпа раздалась в стороны. Чен-Чу заметил боевой флайер рамантиан и понял, что сейчас последует.

Сенатор Орно, вместе с послом Ишимото Седьмым и сенатором Ишимото Шестым, провели под арестом меньше часа и были отпущены на свободу под подписку о невыезде.

Затем, после невнятных извинений правительств и порицания Комитета по иностранным делам, все вернулось в прежнее состояние.

Нанкул рассчитывал на другой исход, пусть и несоизмеримый с совершенными преступлениями, однако большего президенту добиться не удалось. Орно имел множество влиятельных друзей, и по-другому быть просто не могло.

Патриции Пардо повезло гораздо меньше — ей предстоял суд.

Делегация рамантиан пробиралась сквозь толпу, Орно пронзил Чен-Чу взглядом, который не нуждался в комментариях. Рамантианин всегда будет его врагом.

Делегация быстро прошла мимо. Чен-Чу стало ужасно не по себе, однако он продолжал уверенно шагать вперед. Орно представлял собой проблему, но сейчас Чен-Чу необходимо заняться другими, более важными вопросами. Он только что вернулся с Земли, где при участии Майло и ее соратников восстанавливаются свободный рынок и гражданские свободы. Пришло время залечивать раны, как реальные, так и психологические.

Работы очень много, в том числе нужно создать трибунал по расследованию военных преступлений, приготовиться к предстоящим выборам, провести военную реформу... Все эти решения потребуют одобрения сената, а здесь не обойтись без серьезного лоббирования, так что его нынешняя должность только мешает.

Однако посол Дома-Са очень настойчиво требовал встречи, и Чен-Чу пришлось выполнить его просьбу. Впечатляющая личность! К тому же их многое связывало. В конце концов, именно благодаря информации, предоставленной хадатанином, удалось раскрыть заговор и обеспечить Нанкула основаниями для снятия с поста губернатора Патриции Пардо. Это чего-то стоило, во всяком случае, для Чен-Чу, и он согласился вернуться на «Дружбу».

Чен-Чу потребовалось четверть часа на то, чтобы пройти по нужным коридорам к хадатанину, который ждал его на посадочной палубе. Инопланетянин выглядел огромным в своем космическом скафандре. Чен-Чу услышал его голос через микрофон внешней связи.

— Ты пришел.

— Конечно. Я же обещал.

Дома-Са смотрел на землянина через стекло шлема.

— Люди часто обещают, хотя далеко не всегда держат слове.

Чен-Чу посмотрел в глаза инопланетянина.

— Еще одна черта, которая объединяет наши расы. Хадатане не умели смеяться — во всяком случае, как люди, — но необычное покашливание вполне могло сойти за смех.

Странная парочка пересекла палубу, приблизилась к челноку хадатан и вошла в шлюз.

Как только Чен-Чу пристегнулся к гигантскому креслу второго пилота, челнок получил разрешение диспетчера «Дружбы» и стартовал.

— Итак, — сказал Чен-Чу, — ты расскажешь мне, куда мы направляемся? И самое главное — зачем?

— Не сейчас, — флегматично ответил хадатанин. — Будет лучше, если ты сам все увидишь... За нами кто-то следует. Наверное, рамантиане. Сейчас мы попробуем от них оторваться.

Обманные маневры и полет до пояса астероидов занял почти восемь часов. Чен-Чу не заметил, как заснул. Дома-Са тронул его за плечо, и он открыл глаза.

— Мы прилетели.

Чен-Чу взглянул на экран. Челнок стоял на посадочной палубе.

— Прилетели? Куда?

Однако хадатанин ушел, оставив Чен-Чу разбираться с привязными ремнями. Дома-Са ждал его в шлюзе, и они вместе вышли наружу. Рядом стоял необычный челнок, по форме напоминавший богомола. Он был явно не хадатанским... Интересно, кому принадлежит корабль?

Гостей ждал офицер. Дома-Са представил его:

— Губернатор Чен-Чу... Командир копья Ноло-Ка.

Хадатанский офицер встал по стойке «смирно», а Чен-Чу нахмурился:

— Очень похоже на военный корабль. У вас нет права иметь такие суда.

— Да, корабль может за себя постоять, — признал Дома-Са, — но главная миссия «Обманщика» состоит в проведении разведки — вроде той, что помогла освободить вашу планету.

Хотя Чен-Чу уже знал, что корабль существует, он должен был существовать, в противном случае хадатане не смогли бы перехватить почтовую торпеду рамантиан. Реальность заставила его задуматься. Хадатане убили единственного сына Чен-Чу, своими бомбардировками уничтожили Навату, более того, на их совести гибель нескольких планет. И они с радостью примутся за старое. Поэтому маленький «Обманщик» символизировал собой огромную угрозу.