Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Давай прямо мне за спину! Есть щель!

Два раза мне напоминать не надо было. Сорвавшись с места, я в три неловких прыжка оказался рядом с кондуктором, почти уперся ему носом в спину.

— Давай за мной!

Самое странное, что Платон словно сквозь прилив шел, нагнувшись вперед, пыхтя и тихо ругаясь. А я не ощущал ничего, кроме отчаянного холода и словно статического электричества по всей коже, как всегда бывает при проходе границы. И при этом я видел, что Платон раздвигает собой само пространство, оно расходилось от него двумя колеблющимися волнами в стороны, как волна от катера. Затем окружающий мир сложился в какую-то невероятную мозаику — вот вижу поле и свою машину, вот вижу синие деревья и трех палочников, перетаптывающихся возле них, а прямо передо мной опять нормальный лес, а на его опушке симпатичный такой бревенчатый домик, а возле него машина. А у машины стоит мужик в красной куртке и джинсах, смотрит в нашу сторону.

Потом вдруг пространство собралось в ком и смоталось в один-единственный вид — с мужиком. А меня колотило от холода.

— Водки накати! — прохрипел такой же окоченелый Платон, протягивая мне флягу.

Я сделал сразу два больших глотка, кивнул, отдал флягу назад. Водка провалилась в желудок как вода, но оттуда тут же побежала по телу волна добротного такого тепла, сразу стало легче, хоть и закружилась голова.

Дверь домика раскрылась, на крыльце еще и женщина показалась. Мила.

— Ты как? — спросил Платон.

— Вроде нормально, — прислушался я к себе.

Да, не считая холода — нормально. Порядок. Пока все хорошо. Охлопал себя, разгоняя кровь, затем присел, отстегивая снегоступы. Потом вдруг сообразил — прошел! То есть вот взял — и прошел.

Хмель

30 апреля, четверг

Когда "Экспедишн" развернулся, выехал со двора и скрылся на просеке, Леша без промедления начал закрывать ворота, я встал рядом и отметил:

— Смотрю, работа кипит.

— Кипит, — подтвердил Длинный, задвинув массивный железный засов, на котором чернели непонятные руны.

— И как сроки?

— К лету все дома отделать должны.

Пока внешняя отделка была закончена только у двух срубов и бани, где прямо сейчас клали печь. На большом доме только-только начали крыть кровлю, до основной части гостевых домов руки и вовсе не дошли, они стояли с оконными проемами, затянутыми полиэтиленовой пленкой. Еще неподалеку от ворот соорудили навес, там приткнулся "бычок" с открытым кузовом и красный, весь забрызганный грязью пикап. Тот самый, на котором я не так давно в засаду попал, к слову.

Строители не работали, устроив то ли перекур, то ли сходку. У них явно что-то не ладилось, по крайней мере, бригадир орал так, что было слышно и у ворот. А может, так и надо. Неподалеку курил пухлощекий парень в зимнем камуфляже; судя по его спокойствию, подобную картинку он наблюдал неоднократно. Да и Длинный внимания на ругань не обращал.

— Обычное дело? — усмехнулся я.

— Ну да, — подтвердил Леха и отошел переговорить с бригадиром строителей.

Я не стал ему мешать и дошел до колодца. Там огляделся, оценивая масштаб задуманного Николаем и Диего строительства. В принципе, большая часть работ уже была выполнена, если и дальше так пойдет, летом можно будет принимать гостей.

Закрыв глаза, я запрокинул голову и глубоко вздохнул. Хорошо. Очень даже хорошо. Воздух чистый, едва-едва дымом попахивает, тихо и спокойно. Не то что в Форте. В Форте как на вулкане, никогда не знаешь, что в следующую минуту приключится. И даже не в криминале дело, просто жизнь по-столичному суетная. Впрочем, если не отдыхать, а заниматься производственными вопросами, и здесь нервотрепка начнется. Хрен редьки не слаще.

Пока бродил по расчищенным от снега тропинкам, глазея по сторонам, Длинный закончил разговор с бригадиром и скрылся в одном из домов, но быстро появился обратно, сменив фуфайку на полушубок камуфляжной расцветки, а ушанку на белую лыжную шапочку.

— Надо в Лудино скататься, — сообщил он, указав на бригадира, который забрался в кабину "бычка", — по смете вопросы возникли.

— Что-то серьезное?

— Да нет, просто закупку проконтролирую.

— Слушай, Леш, а не знаешь, Брюхатый на месте? Мы на завтра о встрече договаривались…

— А куда он денется? На месте.

— И горожан в селе нет?

— He-а, нет никого. В субботу и воскресенье увольнительная у контингента с нефтеперегонного, а в понедельник интендант закупается. Конвой с горючкой только на следующей неделе проходить будет. Сегодня-завтра никого. Меня бы предупредили. Сто процентов.

— Интересно… — задумался я.

Если разобраться, особого резона торчать на хуторе не было, к тому же ждут заказчика из Форта только завтра, даже если кто-то вдруг прознал, что приехать должен именно я, к "теплой" встрече еще ничего не готово. Аргумент? Аргумент.

Ко всему прочему мне просто хотелось нормально пообедать.

— А ты как поедешь? — Я указал на грузовичок. — На "бычке" или своим ходом?

— Не, бригадир не вернется уже. Своим. — Длинный посмотрел на меня и спросил: — Ты что, сегодня скататься хочешь?

— До администрации добросишь?

— Поехали.

— Один момент, — попросил я и сбегал в сруб за рюкзаком, патронташем и рычажным карабином. Оставлять оружие и боекомплект на хуторе не стоило, несмотря даже на договоренность о встрече с местным руководством. Мало ли что в дороге случится.

Леша придерживался аналогичной точки зрения: помимо "браунинга" десятого калибра, который он прихватил с собой, на заднем сиденье лежала винтовка и рюкзачок вроде моего.

Мы пару минут постояли, прогревая двигатель, а потом второй охранник распахнул ворота, и пикап выехал за ограду и пристроился вслед за "бычком".

Проскочив просеку, автомобили вывернули на дорогу к Лудину и прибавили скорость. Пикап шел ровно, а вот грузовик заметно мотало, но, как пояснил Длинный, бригадир знал здесь каждую кочку и мог на спор поехать до села с завязанными глазами.

— Серьезно? — улыбнулся я.

— На спор чего только не сделаешь, — рассмеялся Длинный.

Я усмехнулся и потер виски. Затылок начало понемногу ломить, пересохло горло, слегка подташнивало.

Могло и просто укачать, и все же я решил не рисковать понапрасну и достал упаковку экомага. Выщелкнул таблетку, закинул в рот, запил чаем. Термос убрал обратно в рюкзак, блистер убирать не стал и предложил водителю:

— Будешь?

Длинный посмотрел на часы и кивнул.

— Давай!

Оно и правильно: прием экомага пропускать — последнее дело. И мне в первую очередь. Пусть курс лечения внутреннюю энергетику стабилизировал, да только повышенный магический фон штука коварная: если не выводить шлаки, запросто необратимые изменения начнутся. Ну его на фиг.

Ехать от хутора до Лудина оказалось не слишком долго; сначала тянулись поля,