Кирилл Алейников - Тени прошлого

— Вот как, — присвистнул Шон.

«Гриб» оказался не таким большим как в Керинге — раз в пять-шесть меньше, но все пропорции сохранялись: широкая мясистая «ножка», покрытая, как и «шляпка», наростами и впадинами; расходящиеся в разные стороны «корни», образующие лежащие на земле вязи. Единственным отличием, бросающимся в глаза, было ритмично пульсирующее сияние, которое испускала поверхность корабля. Туман впитывал в себя слабый свет и разносил по всей пещере, делая её похожей на пропитанную кровью губку.

Тина заметила округлый вход внутрь и направилась к нему; за ней последовали и спутники. Идти по «корням» здесь оказалось легче, чем на Офелии, потому что они были изрядно засыпаны землей и мелкими камушками. Специально селесиды сделали так, или свод пещеры медленно осыпался, неясно.

Опять Плотникова и Даско почувствовали давящий взгляд, исходящий откуда-то из недр корабля. Симмонс хмурил брови и шел с неподвижным лицом, по виду которого нельзя сказать, что он что-то чувствует. Впрочем, никто ничего не смог бы определить по его лицу, потому что лицо скрывала зеркальная тонировка бронестекла шлема.

Люди проникли внутрь через широкий круглый вход и по туннелю шли вглубь корабля. Ещё одно отличие сразу заметили Шон и Тина: туннель не разветвлялся и был почти прямым, под углом устремившимся вверх. Вскоре они оказались в бесформенном помещении, где даже идти стало попросту невозможно: глубокие щели с затерянным далеко внизу дном, пикообразные «горы» и свесы, мосты и переходы разной ширины, внезапно обрывающиеся над пропастями. Вокруг царило настоящее буйство хаоса.

Метрах в ста впереди находился какой-то источник света, разливающий вокруг чистые белые лучи, настолько яркие, что люди обязательно ослепли бы, но в скафандрах они лишь инстинктивно щурились.

— Куда идти дальше? — риторически спросила Тина, оглядывая картину инопланетной архитектуры.

— Кажется, я что-то вижу, — сообщил Шон, но не успела Тина спросить, что видит полицейский, как сама заметила вблизи источника света фигуру человека. Во всяком случае это был гуманоид.

Тут же всё начало расплываться и менять форму, пока белый свет полностью не залил окружающее пространство. Тина обернулась, но не увидела своих спутников. Впрочем, её это почему-то не взволновало. Ещё она обнаружила, что тяжелого «Кирасира» на ней больше нет, и руки не сжимают лазерный лучемет. Лишь легкий комбинезон прикрывал тело, и сквозь него чувствовалось тепло, исходящее от сияния. Тина стояла на этом сиянии, даже висела в нём, и ничего больше не было видно, кроме человеческой фигуры впереди.

— Кто ты? — спросила девушка, и звук её голоса вызвал едва улавливаемый звон вокруг.

— На этот вопрос трудно ответить однозначно, — раздался ответ. Тина сразу узнала голос, свой собственный до боли знакомый голос.

— Где я?

— Во мне.

— То есть как это? — удивилась Тина.

— Ты находишься внутри меня. Ты и твои друзья.

— Ты — это корабль?

— Я — это я. Тебе кажется, что я корабль, мне кажется, что я что-то другое.

— Ты живой организм?

— Я же сказала, что не могу ответить однозначно, кто я на самом деле. Большой космический «гриб», корабль блестящих, живая особь из другой действительности, тень прошлого… Лишь ярлыки эти слова, бесполезные и бессмысленные названия, потому что не в силах они передать сути. Скорее я конкистадор, пришедший в новый мир и изменивший его по своему усмотрению.

— Те, на Офелии, такие же как и ты? — Тина чувствовала странную легкость во всем теле, словно была перекачана наркотиками. Такая же легкость была и в душе, которую ничто не задевало и не волновало.

— С точки зрения внутренней структуры и происхождения — да. С энергетической точки зрения — нет.

— Зачем вы напали на нас?

— Лишь ответный огонь, не более. Станция «Вега-420» дала залп по одному из нас.

— Из-за этого стоило уничтожать планету?

— Ну, планета цела в общих чертах. К тому же вам теперь известна наша сила.

— Что вам нужно?

— На данный момент нам нужна энергия обнаруженной аномалии высшего порядка для активизации режима прохождения сквозь межреальностный барьер.

— Так вы не просто пришельцы, вы — из другой реальности? — недоверчиво, но удивленно спросила Тина.

— Да. Параллельная вселенная. Иной мир.

Тина сокрушенно покачала головой. Она никогда не верила в существование других вселенных, но теперь перед ней был живой организм (если так можно, конечно, выразиться) оттуда.

— Ваша вселенная — только частичка огромной системы, в которую входит неисчислимое количество других вселенных, похожих на данную или полностью отличных, — поведала человеческая фигура с голосом Тины. — В свою очередь эта система является крупинкой структуры на порядок большей — некоей мегасистемы. Подобный цикл мы считаем бесконечным.

— О какой аномалии ты говорила?

— Каждый структурный элемент каждой вселенной имеет соответствующую своему уровню аномалию. Субчастицы, составляющие атомов, сами атомы, молекулы и конгломераты молекул имеют нестандартные и теоретически не могущие существовать формы. Например, квант света иногда может находиться в состоянии покоя, протон при определенных условиях по массе превышает звезду, атомные ядра слагаются из одних нейтронов и так далее. На более высших уровнях также присутствуют аномалии: полые планеты, не шарообразные звезды… То что вы называете пульсарами или нейтронными звездами — уже в каком-то роде аномалии. Их плотность превышает пятнадцать миллионов тонн на кубический сантиметр, а период вращения равен тысячным и десятитысячным долям секунды. Или чёрные дыры — самые «яркие», так сказать, примеры аномальных явлений звездного уровня.

— И к какому уровню принадлежит то что вы ищите?

— О, это максимальный уровень в рамках данной реальности. Он превышает галактический, доменно-галактический и метагалактический. Он равен вселенной.

— Вселенной? И вы думаете, что на Офелии существует такая аномалия? — уже теряя контроль над рассудком, выкрикнула Тина.

— Более того, ты уже встречала её.

Плотникова подумала, что лишилась дара речи. Диалог со странным существом, пришедшим откуда-то совсем уж издалека, существом, чью силу и возможности нельзя оценить, выбивал разум из накатанной колеи. В принципе, поведанная теория устройства мироздания довольно популярна ныне, но когда тебе говорит это тот, кто точно знает, становится не по себе. И ещё непонятные аномальные явления. Где Тина могла видеть такое?

— Где же, — спросила она.