Людмила Белаш - Русская фантастика 2010
Отправил письмо в ихний Астрономический союз с напоминанием: пора платить. Наблюдали? Наблюдали. Деньги на бочку. Пока молчат, негодяи. Вывесил в Сети объявление: срочно продаётся комета, недорого.
Вал писем с угрозами не спадает. Из-за шторы заметил кучку подозрительных типов, угрюмо пялящихся на мои окна. Не выхожу из дома. Вызвал слесаря укрепить входную дверь и поставить дополнительные замки. Вместе со слесарем явился корреспондент и с места в карьер озадачил меня вопросом: как я чувствую себя в роли губителя человечества? Признаюсь, я настолько растерялся, что не выставил его вон, а промямлил что-то насчёт того, что против человечества я, собственно, ничего не имею, исключая тех, кто отказывается мне платить и кого ещё ожидают вызовы в суд по моим искам. Репортёр, крыса такая, продолжает меня интервьюировать: не страдаю ли я, мол, приступами необъяснимой агрессии и не ревновал ли в детстве мать к отцу. Когда до меня дошло, что зря я язык развязал, репортёр уже успел многое записать на диктофон со своими комментариями. Хотел спровадить наглеца — не уходит. Тогда пообещал слесарю пятёрку сверх оговорённой суммы, если тот избавит меня от прессы. Слесарь раздумчиво сказал, что вообще-то он не вышибала, это не его профиль, но тут же изъявил готовность не просто выставить репортёра, а спустить его с лестницы, если я добавлю ещё пяток евразиков, или выкинуть его в окно за лишнюю десятку. Поладили на пятёрке, и я имел удовольствие слышать, как где-то далеко внизу слесарь догнал-таки акулу пера. И поделом.
Долго говорил по телефону с адвокатом. Он считает, что у меня ещё есть крохотный шанс: надо доказать, что мой астероид, оказавшийся кометой, изменил безопасную орбиту на опасную вследствие удара не бесхозного космического тела, а чьей-то собственности. Таковой, например, может оказаться космический аппарат или его обломок. Если доказать это удастся, обвинение в создании угрозы для жителей Земли мне не грозит.
Интересно, как я могу это доказать?
18 декабря
Забыл о работе. Забыл о свадьбе. Вообще обо всём забыл, кроме паскудства с моей недвижимостью. На письма не отвечаю, трубку не беру. Нашёл базу данных обо всех (якобы!) космических аппаратах, имеющихся сейчас в космосе, задал поиск. Естественно, оказалось, что ни один из них не мог столкнуться с моим астероидом и вытолкнуть его на новую орбиту. Огорчён, но не удивлён. Любой владелец космического аппарата, опасаясь последствий, первым делом постарается засекретить факт столкновения так, что и концов не найдёшь. На его месте я бы сам так поступил. Кому охота попасть под обвинение в создании угрозы для Земли, пусть даже ненамеренном! Между прочим, ненамеренность ещё надо доказать. И в первую очередь не присяжным в суде, а тем болванам, из-за которых я уже три дня живу на осадном положении.
В СМИ — вой и угрозы в мой адрес. Я под прессом прессы. Как следствие, сегодняшняя толпа под моими окнами больше вчерашней. Болванов до тысячи, наверное. Скандируют, что я-де убийца, и держат в руках плакаты того же содержания. В ответ на моё объявление о продаже кометы всё те же оскорбления и никакого делового интереса. Изменил объявление о продаже на «отдам даром в хорошие руки». Всё равно никакого положительного эффекта.
Господи, да я бы ещё приплатил тому, кто избавит меня от моей покупки! Но разве можно писать такое в объявлении? Тогда уж точно никто не избавит.
Продукты в холодильнике кончаются. Заказал пиццу. Вместе с рассыльным ко мне попыталась прорваться банда линчевателей. Отбивался ногами и пиццей. Отбился, но подвернул лодыжку, а пицца пришла в полную негодность. Если так пойдёт дальше, участь моя печальна: когда комета столкнётся с Землёй, она поубивает множество глупых людей и одного очень голодного.
19 декабря
Позвонил Анне, намереваясь извиниться за то, что не брал трубку. Надеялся, что она поймёт. И она поняла, да ещё как! «Между нами всё кончено!» В довесок обозвала меня скотиной и предателем. Сказала также, что я ещё глупее, чем она думала, если вообразил себе, что она выйдет за кретина, умудрившегося вляпаться в такую историю. Я было заикнулся о том, что, мол, из самых лучших побуждений хотел сделать оригинальный подарок… Куда там! Ответом мне был ядовитый хохот, вслед за чем связь разъединилась. О, эти женщины!..
Нашёл в шкафу початую бутылку дрянной водки. Пил без закуски, потому что никакой закуски нет. В восьмом часу вечера хотел выброситься в окно, но там внизу столько митингующих, что асфальта не видно. Свалишься на голову какому-нибудь из этих придурков и будешь увезён вместе с ним на труповозке. Бок о бок. Нет уж, увольте, я брезглив.
20 декабря
Страдаю от похмелья. Утром пил воду из-под крана. Днём пил чай, потому что в доме только он и остался, если не считать пакетика молотого перца и двух кусочков сахара. Попробую растянуть их насколько возможно.
21 декабря
Сахар кончился. Интересно, сколько времени человек может продержаться на одном пустом чае? Двигал мебель в надежде найти закатившийся куда-нибудь в щель бульонный кубик или любой другой провиант. Безрезультатно. Распахнул окно настежь и пытался приманить голубей, но только зря потерял время. Впрочем, не жалко: времени у меня теперь сколько угодно. До самой новогодней ночи, когда, по расчётам астрономов, моя комета то ли врежется в Землю, то ли пройдёт впритирку к ней. Это до сих пор не ясно, поскольку, видите ли, из кометного ядра продолжают вырываться газовые струи, толкая ядро то в одну сторону, то в другую. Зато приблизительно известно, куда ядро свалится, если всё-таки свалится. На Центральную Европу. Оттуда уже сейчас эвакуируют людей, вывозят ценности и опасные материалы, там останавливают ядерные электростанции и химическое производство. Доктор Лаймон Фарнеар объявил на весь свет: вероятность столкновения оценивается ныне как один к десяти. Согласно проведённым расчётам, мощность взрыва минимум в сто раз превзойдёт Тунгусский феномен, так что от такой страны, как, скажем, Австрия, может вообще ничего не остаться, да и соседям не поздоровится.
Комета уже видна невооружённым глазом как тусклое пятнышко левее Луны, правее башни Древоторфопрома. В дверь ко мне ломились, но запоры устояли. Одно оконное стекло разбито, и на потолке след от пули — кто-то стрелял снизу. Плохи мои дела.
22 декабря
Шансы на столкновение поднялись до одного к трём. Звонил адвокату — тот признался, что пока не знает, чем может мне помочь, и посоветовал не терять присутствия духа. Всё-таки против меня всего один шанс, в то время как в мою пользу — целых три. Разговор не был долгим, и мне показалось, что адвокат закончил его с облегчением.