Павел Торубаров - Дурная привычка

Предложение Сержа было дельным. Тем более, что засиживаться нам смысла не имело: до сумерек оставалось часа полтора, а нам нужно было пройти еще около километра, чтобы очутиться под защитой научного лагеря и пересидеть в нем ночь.

Сориентировавшись по вышке ЛЭП, выглядывающей из-за холма, мы прямой дорогой двинули к лагерю.

С высоты и в бинокль лагерь ученых выглядел довольно оживленно и напоминал большой муравейник. И, как в любом нормальном муравейнике, вся жизнь в нем замирала с наступлением темноты. Охотник рассказывал, что еще застал лагерь, когда тот был всего лишь бункером, обнесенным забором из рифленого кровельного железа. Сейчас же лагерь представлял собой хорошо укрепленную позицию, к которой подобраться было очень непросто. Все высоты вокруг него были напичканы следящей аппаратурой, предупреждающую охрану о незваных гостях. Рупь за сто даю, что начальник охраны, капитан, носящий странную фамилию Выпь, уже в курсе, кто к нему пожаловал. Взвод военных сталкеров, постоянно дежурящий в лагере, сумел бы удерживать тут оборону хоть год, при условии, что припасов хватит. При необходимости, военные запрашивали воздушную поддержку, и минут через тридцать площадь вокруг ограждения могла быть перепахана ракетами, пущенными с вертолетов. Одним словом — Лагерь на Янтаре.

Я не зря отправлял письмо в «супермаркет». Без предварительно договоренности к лагерю ни одного сталкера на пушечный выстрел не подпустят. Только те, кого здесь знали, имели право пройти внутрь. Мне вот, например, повезло с учителем. Охотник периодически таскал ученым разные диковины из Зоны и, редко, выполнял их заказы. Это давало право учителю входить на территорию лагери и приобретать у ученых необходимое снаряжение. После учителя эстафета перешла в мои руки.

Я разглядывал лагерь, пытаясь понять, можно туда сейчас соваться, или не стоит. С холма было видно, как между строениями сновали ученые и лаборанты, двое сталкеров стояли на вышках возле ворот, на плацу, возле казармы, Выпь проводил вечернее построение. Рядом на флагштоке развивались флаги: сине-желтый Украины, красно-зеленый с орнаментом у древка Белоруссии, триколор России, голубой с белой Землей и оливковыми ветвями ООН, красно-синий Международных Изоляционных Сил, сине-голубой с золотым ангелом ученых. Вроде, все спокойно, лишних людей в лагере не видно. На всякий случай я отправил сообщение, и вскоре мне пришло подтверждение, что нас ждут.

Пока мы спускались с холма, напарник, поглядев на лагерь, задал глубокомысленный вопрос:

— Крохаль, — Серж перепрыгнул через небольшую лужу на склоне и, поскользнувшись, чуть не поехал вниз по траве. — Скажи, а почему лагерь в долине стоит. С холмов-то его очень просто из артиллерии достать.

— Ты под ноги смотри, — я помог Сержу подняться. — А про лагерь так скажу — в Зоне артиллерии нет — неудобно. Все оружие, которое тут используется, должно быть максимально мобильным. Как ты себе представляешь в таких условиях массированную артиллерийскую атаку с холмов?

— Ну, не знаю. Может — портативные ракетные комплексы? Противотанковые, например.

— Ага, куча сталкеров с ПТУРами выползет на холмы и начнет расстреливать лагерь.

— А что, не реально?

— В Зоне все реально, вопрос в другом — кому оно надо?

— В смысле? — Серж притормозил перед очередной лужей, подумал и обошел ее. — Что значит «кому надо»?

— Ну, кому надо нападать на ученых?

— Не знаю. Бандитам?

— Бандиты сюда не дойдут, они дальше Свалки не забредают.

— Тогда сталкерам. Тем же «Наемникам», например.

— У этих других забот хватает, нежели на научный лагерь нападать. Да и не выгодно это. Расходы большие, риска много, а прибыли может и не быть.

— Почему?

— Потому что трофеи еще вынести надо. А ты думаешь, что под развалинами их просто найти?

— Понятно. Тогда «Монолит». — Серж продолжал цепляться за свою идею. — Фанатики, я так понимаю, воюют со всеми, кто может в тайны Зоны проникнуть. А у ученых, я думаю, есть много способов для этого.

— Если бы Зона так просто расставалась со своими тайнами, то тут давно бы заповедник был, а не минное поле. И потом, как только первая ракета прилетит в лагерь, то военные сразу узнают об этом, и через полчаса тут вертолетов будет больше, чем пчел в улье. Ни один «Монолитовец» живым не уйдет.

— Ясно. Только мне казалось, что «Монолитовцы» никогда не задумываются о жертвах, если речь идет о препятствование проникновению в Зону.

— Они к ЧАЭС имени В.И. Ленина никого не пускают! Распылять силы им не с руки. Это раз. Два — до Янтаря им еще дойти надо. А сталкеры «Монолит» очень не любят. Кстати, практически все сталкерские кланы кровно заинтересованы в нормальной работе лагеря, иначе, откуда они снаряжение получать будут? И артефакты сбывать? Ты что думаешь, торговцы поголовно хабар за Периметр вывозят? Да, они его ученым сдают, в основном! Только редкие вещи, на которые заказы приходят, передаются напрямую. А остальное — через Янтарь. И обратный поток так же выглядит. Так что, лагерь — своего рода зона свободной торговли, в которой заинтересованы практически все. Кто же добровольно такой источник доходов отдаст? Ученым стоит только свистнуть, и на их защиту встанут и «Долг», и «Свобода», и «Наемники», и одиночки.

— Что же получается? Научники ведут нелегальную торговлю, на которой кормятся все сталкеры?

— Конечно! В Зоне у каждого свой бизнес.

Серж замолчал и до самых ворот лагеря не проронил ни слова, так на него подействовало известие о коррумпированности ученых.

Когда мы приблизились к входу, уже наступили глубокие сумерки, и над ограждением лагеря зажглись огни. Не доходя до периметра, я заметил совершенно свежий, буквально — сегодняшний, след БТРа, ведущий к лагерю. Подойдя ближе я приметил и второй- от лагеря. Кто-то что-то привозил или забирал. Мы с Сержем остановились в нескольких метрах от ворот под лучом прожектора. С вышки нас разглядывали. Когда осмотр закончился, на одной из вышек открылась бойница и охранник, направив на нас автомат, мягко поинтересовался, какого хрена мы тут делаем.

— Крохаль и Серж. — я посмотрел на автоматный ствол, покачивающийся в нескольких метрах над нами. — Мы к Виталию Владимировичу. Он ждет.

Бойница с лязгом закрылась. И мы остались стоять под лучом прожектора.

— Виталий Владимирович это кто? — тихо спросил у Меня Серж.

— Ученый. Я с ним тут контакт поддерживаю. Хороший мужик. Не зануда и не жлоб. С ним дело иметь можно.

— Понятно. Ты тут многих знаешь?

— Кроме него, еще начальника охраны, некоторых сталкеров и ученых. Повара их неплохо знаю — обалденные оладьи печет. — я аж слюну сглотнул после этих слов. — Еще знаком с их завхозом — еще тот жук. Он, кстати, мне одну штуковину обещал.