Борис Долинго - Чужие игры

– Ну, допустим, с этим понятно, – кивнул Валентин. – Но как же исследователей можно эффективно контролировать, коли у них такая свобода перемещений и так далее?

Авван криво ухмыльнулся и объяснил, что есть способы. Во-первых, как уже говорилось, исследователи целенаправленно разобщены, а одиночка мало что может, по большому счёту в смысле заговора. Во-вторых, система управления некоторыми функциями Пирамиды, в которых уже разобрались техники, позволяет отслеживать некоторые точки Зон. В принципе, можно просматривать вообще все территории в режиме сканирования, но это занимает много времени и потребовало бы огромного штата, допущенного к самой секретной технике и операциям. Если бы такое наблюдение велось непрерывно, то никакой заговор бы не удался, в принципе.

– А так есть неплохие шансы на успех того, что я задумал, чтобы помочь всем, и вашим мирам в том числе!..

– Ага, – съязвил Сохатый, – сначала вы нас в грязь втоптали, а потом ты балакаешь, что поможете!

– Заткнись! – цыкнул на него Лобанов. – Ещё одно слово – за борт вылетишь!

Сохатый что-то недовольно проворчал и отвернулся.

– Продолжай, пожалуйста, Авван, – с улыбкой произнёс Михаил, – обещаю, этого больше не повторится.

– Надеюсь, – сухо ответил тарланин.

– Но почему исследователи хотя бы в паре не работают? – не унимался Валентин.

– Как я уже тоже говорил, это сделано из вопросов безопасности режима Тигурда: несколько исследователей, сведённых вместе, – уже потенциальная опасность заговора.

Авван отметил, что даже контакты вроде его контактов с Кинатой приходится держать в тайне, но, видимо, что-то дошло до ушей Комитета и потому их пытались нейтрализовать агенты. В кое-каких своих Зонах для того, чтобы отвлечь внимание Коулла, Авван и Кин попытались спровоцировать беспорядки – именно для этого на начальном этапе и привлекли землян.

Остапенко кивнул, но продолжал спрашивать. Его удивляло, тем не менее, что при такой значительной степени свободы у исследователей получалось, что никто из них не проявляет инициативу, не объединяется друг с другом и пытается начать общую борьбу против плохих правителей.

Тарланин интригующе улыбнулся:

– А так ли уж много из «верхних» понимает, что они – плохие?!

– Не понял? – переспросил Валентин.

Авван напомнил, что, во-первых, все «верхние» живут в прекрасных условиях. Во-вторых, самое главное в том, что истинное положение дел знают лишь единицы. Да, режим главкома и Комитета представляется жёстким, но всё, что делается, делается под флагом попыток понять, как возникло дробление миров на Зоны и как устранить это явление.

– Не понял, – вскинул брови капитан. – Но ведь это было сделано при попытках изучать Пирамиду давным-давно самими тарланами. Ты сам так сказал!

– Ну а кто об этом знает точно, а? – Авван заговорщицки подмигнул Валентину. – Об этом знают немногие даже среди нынешних «верхних». В частности, к ним относится очень узкое окружение Тигурда и Коулла, некоторые техники и им подобные.

– Но если все узнают…

– И что будет? Кто поверит и проверит, так ли оно на самом деле? Да и следят за этим те же агенты. Кстати, Тигурд в последние годы руководит больше именно идеологией, Зонами занимается в основном Коулл. Верховный в последнее время ударился в религию, решив создать новую веру на основе некоего «Духа Артефакта».

– Духа чего?! – почти одновременно выдохнули Остапенко и Лобанов.

– Артефакта, то есть Пирамиды. Она же артефакт неизвестных Предтечей. Правда, религия главкома пока в зачаточном состоянии и распространяется лишь среди «верхних». Новое божество назвали Аархом, если честно, я не знаю, почему именно так.

– Хм… – Капитан задумчиво посмотрел на Шорина, а тот на него. – Религия? Бред какой-то!

Авван согласно кивнул – конечно, бред! Но дело в том, что у Тигурда сложилась навязчивая идея воссоздать на Тандее полноценную цивилизацию тарлан со всеми атрибутами таковой. Для этого ему и религия очень удобна, и собственный статус долгожителя очень важен: ведь не одно поколение нужно прожить, чтобы увидеть результаты.

– Ну а у тебя почему со всеми ними конфликт? – спросил Валентин. – Что тебя не устраивает?

Авван всплеснул руками, поражаясь непонятливости землян. Он же хочет покончить с дикими экспериментами над цивилизациями! Он против ограниченного использования фантастических технологий кучкой избранных, в то время как остатки населения Тарланы, запертые в Зонах, погружаются в пучину окончательной дикости. Он за то, чтобы спасти, насколько возможно, цивилизации других планет!

– Мы с моим другом Янжем во многом ради этого стали исследователями! – с пафосом заявил Авван. – Противоестественный режим необходимо скинуть, и разве вы не поддержите меня в этом?

– Ну, если в этом, то поддержим! – уверенно ответил Валентин, а Николай молча кивнул.

– А я лично этих твоих – как их там? – Тигурд, что ли, и Колер, зубами порву… – начал подвыпивший Сохатый, но его снова оборвал Князь.

– Базар прикрой! – негромко скомандовал он и повернулся к Аввану: – Что ж, начальник, можешь на нас рассчитывать, если по-простому говорить.

– Я не сомневался, – улыбнулся Авван. – Поверьте, вы будете вознаграждены достойно.

– Давай-ка поточнее определимся, – констатировал Князь. – Значит, ты хочешь свергнуть Тигурда?

– Их надо убирать обоих – и Тигурда, и Коулла! Я давно уже понял, что никакими доводами их не проймешь, никакими полумерами здесь ограничиваться нельзя. Только радикальный переворот! Правда, Янж думает, что цели можно достигнуть без решительных действий, только переговорами и мелкими изменениями в системе. Его главный недостаток – он боится пролить кровь. А такие рассуждения часто приводят к тому, что крови проливается ещё больше.

Лобанов криво усмехнулся:

– Ну, само собой: крови бояться – революцию не сделать!

– Вот и я о том же: цель оправдывает средства.

– Всегда ли? – несколько скептически спросил Остапенко.

– Не всегда, – с готовностью согласился Авван, – но бывают ситуации, когда иного выхода нет, кроме как действовать предельно жёстко.

Остапенко вздохнул и поинтересовался, не может ли стать ещё хуже.

Авван снова согласился, что всё может быть. Но они уже не могут позволить себе заниматься переговорами и уговорами – да никто просто и не стал бы с ними таковые вести. Лично Аввана комитетчики намереваются просто устранить – слишком многое, по мнению главы Комитета он себе позволяет и знает. До поры до времени Аввана спасал главком, так как исследователи находятся непосредственно под его протекторатом. Однако лафа кончилась и на данный момент он вынужден скрываться.