Иван Магазинников - Печать Тьмы

— А что тут рассказывать? — пожал плечами юноша. — Все очень просто…

Пока он говорил, безумный чародей смотрел на него не мигая. Не нужно было быть большим специалистом в магии, чтобы понять — он пытается отыскать ложь в словах своего гостя. А вор тем временем рассказывал. Из его слов выходило, что во время одного из заданий он получил таинственную татуировку, которой почему-то очень заинтересовались слуги Тьмы. Они устроили настоящую охоту на несчастного юношу, ставшего жертвой стечения обстоятельств. На сам рисунок Вивисектор едва бросил взгляд — похоже, что Печать ему была малоинтересна.

Не вдаваясь в подробности, Айвен рассказал, что с согласия Тайной Канцелярии он в сопровождении мага-геоманта и проводника — вот этого самого гоблина, который сейчас пытается прикинуться большой жабой и ловит муху языком — отправился в Мурлок, чтобы отыскать Первопечатника. Единственного человека, способного избавить его от злосчастного рисунка и преследования даркилонцев.

Юноша умолк и вопросительно взглянул на колдуна. Тот молча откинулся на троне.

— Так значит, ты Печатник и состоишь в Тайной Канцелярии? — лениво обронил Моррис. Он выглядел расслабленным, но друзья прекрасно понимали, что это впечатление обманчиво.

— Да! — уверенно заявил вор, — И далеко не худший!

Мэт едва слышно охнул за его спиной. Однако, Вивисектор не уловил в этих словах лжи — или просто не подал виду. Были еще вопросы, которые повелитель крыслингов задавал кому-нибудь из друзей или всем троим одновременно, но они были вполне безобидны, и лгать не приходилось.

Похоже, ответы удовлетворили Вивисектора. Он полулежал на троне и уже не смотрел на своих гостей, лишь изредка кивая их ответом и задавая новые вопросы. Наконец, допрос прекратился, и колдун выпрямился:

— Хорошо! Ваша загадка действительно оказалась интересной. Знаете, какая самая главная беда бессмертного властелина, именем которого пугают детей?

— Э-э-э… Бесстрашные рыцари со специальными мечами против бессмертных властелинов, которые ищут новых подвигов и приключений? — предположил Айвен.

— Глупец! Скука! Вот что терзает меня уже многие годы. Здесь не так много развлечений. Я пробовал пару раз наведаться в Хоен, но тамошние чародеи слишком уж местными тварями пуганые, чуть что — кроют магией, не глядя. Слишком опасно. За вами было интересно наблюдать. Надеюсь, что вы доставите мне радость и продолжите свое путешествие дальше?

— Разумеется. Менять планов мы не собираемся, — осторожно заявил Мэт.

— Вот и славно! Я знаю, где найти Первопечатника, и укажу вам короткий путь. Но сначала он, — Моррис ткнул пальцем в Айвена, — докажет, что говорил правду!

— Но как? Я не лгал, и вы это прекрасно знаете, — развел руками юноша.

— Все очень просто. Покажи силу своей Печати, убей с ее помощью! Эй, Кресс!

На зов повелителя в зал вбежал громадный крыслинг, вооруженный сразу двумя ржавыми мечами.

— Вот твоя жертва. Убей его, — приказал Вивисектор вору, указывая пальцем на вошедшего. — Или он убьет тебя.

— Но я не могу! Я не убийца! — юноша попятился назад, выставив перед собой руки.

На правой его ладони, обращенной в сторону крыслинга, вдруг засиял магический рисунок. Из Печати вылетел розовый луч, ударив прямо в грудь хвостатой твари. Гигант противно завизжал и рухнул на пол, сотрясаясь в конвульсиях. Несколько минут он стошно вопил и корчился от боли, пока не затих. Навсегда.

Все это время безумный чародей смотрел на несчастного слугу, облизываясь и сминая пальцами подлокотник трона. Судя по всему, он наслаждался, упивался болью несчастного. Когда все закончилось, маг с сожалением вздохнул.

— Я верю тебе. Я верю вам. Вот карта, — небольшой свиток поднялся со столика в воздух и медленно подлетел к Айвену, — На ней отмечен путь к Гремящей Скале. К северу от нее, в получасе пути, течет река. И именно там вы отыщите Печатника. Будьте осторожны, когда станете пробираться через болота, — Вивисектор улыбнулся, и эта жуткая ухмылка заставила юношу вздрогнуть, — На улице уже ждет Мрасс, он выведет вас из лагеря и укажет направление. Запасы пищи уже приготовлены и уложены.

— Мы… У нас нечем отблагодарить тебя, повелитель, — осторожно напомнил Мэт.

— Не стоит. Я очень люблю загадки. Надеюсь, что в нашу следующую встречу вы найдете, чем еще порадовать старика…

Как и сказал безумец, у хижины их ждал облезлый старый крыслинг, рядом с которым лежали их дорожные сумки и стояли хрум-скакуны, лениво обгладывающие крышу жилища Вивисектора.

Выйдя за пределы лагеря, путники около часа скакали молча, стараясь как можно дальше оказаться от лагеря. Каждый думал о своем, и громче всех при этом думал Айвен, стараясь докричаться до своего внутреннего собеседника:

"Какого каббра ты там устроил!? Что за представление?" — мысленно кричал он на Аннарена.

"Тебе понравилось?"

"Конечно нет! И мне не нравится, что в мое голове сидит кто-то, способный запросто проделать такое с живым существом, да еще и не спросив меня!"

"Зато ты видел, какое впечатление произвел мой трюк на этого психа?"

"Вы стоите друг друга…"

"Ощущение силы, власти над чужой болью и жизнью… Разве это чувство не пьянит, не манит?"

"Я избавлюсь от тебя. Чего бы это мне ни стоило", — злобно подумал юноша.

"Уж поверь мне, в этом наши с тобой мысли полностью совпадают"…

— Эй, Айвен. Ты не мог бы мне кое-что пояснить, — заговорил вдруг Мэт.

— Да?

— Там, у Вивисектора. Ты солгал. Но он этого даже и не заметил. Как тебе удалось провернуть это?

"Кстати, я присоединяюсь к желтоусому. Мне это тоже интересно"…

— Все очень просто. Нужно подавать ложь так, чтобы не лгать. Например, я съел за завтраком горсть малины. Ты меня спрашиваешь: "Эй, друг, ты сегодня ел клубнику?" А я отвечаю: "Я сегодня славно позавтракал этими красными ягодами". Понятно?

— Не очень.

— Я ответил, имея в виду малину, которая тоже красная — в этом я не солгал. Но ты спросил меня про красную клубнику и вполне логично предположил, что именно про нее я и говорил. О том, что это могли быть совсем другие красные ягоды, ты даже и не подумал.

— Хм. Логично. Вот только ты не Печатник — это наглая ложь.

— Нет. Если ты сам искренне веришь, что говоришь правду, то так оно и будет. Ты ведь сам на днях убеждал хеонских магов в том, что я из Канцелярии! На допросе!

"Он маг, обученный держать свои мысли под контролем", — вмешался Аннарен.

"А я думал, что ты читаешь мои мысли", — спросил его вор.

"Только те, что обращены ко мне или сопровождаются сильнейшими эмоциями. Громкие мысли. Кстати, твоя теория про ягоды шита белыми нитками, сколочена ржавыми гвоздями, а сверху еще и обмотана гнилыми веревками".