Александр Щёголев - Зона Посещения. Избиение младенцев

А может, это любовь, предположил Макс, может, у них все серьезно? Я вас умоляю, делано вздохнула заказчица. Какая «любовь», если истинной целью Лопаты была вовсе не Натали, а некая уникальная вещица, хранившаяся у Носорога! Девочка ее украла у отца – по просьбе негодяя. С краденым артефактом они и сбежали… Почему в Хармонт, при чем тут Зона? Да при том, что украденная вещь – это артефакт, прозванный «Джеком-попрыгунчиком». Он же «бешеный Рубик» – кажется, так вы, Макс, поначалу величали это чудо?

Тут папа надолго замолчал. Стояла ватная тишина, я даже подумал – сбой в записи. Потом он спросил:

– Если целью Лопаты был артефакт, зачем уводить из семьи девушку?

– К сожалению, мерзавец знает, насколько Гансу дорога его дочь. Ганс с нее пылинки сдувал. Пока Натали с этим человеком, жестких мер не будет.

– Какова моя задача – спасти заложницу или найти артефакт?

– Девушка без украшений изрядно теряет в привлекательности, поэтому гонорар за нее будет в десять раз меньше, чем за украшенную «Джеком-попрыгунчиком». Вы согласны, что это украшение, каких в мире больше нет?

– Мое мнение стоит дешево.

– Хорошо, давайте в числах. Вы готовы назвать сумму, в которую оцениваете предстоящую работу?

Некоторое время они обсуждали денежные вопросы, а я лихорадочно шарил в сети. «Джек-попрыгунчик», «бешеный Рубик»… не то, не то, не то… Ссылок было полно, особенно на знаменитую песню Rolling Stones. Но применительно к Зоне… С изумлением я обнаружил, что артефакт с таким названием нигде не упоминается, нигде не проходит. Если верить Сети – нет такого артефакта! Долго еще после окончания записи я просматривал страницы – все мимо. Хотя принято считать, будто в Зонах не осталось ничего, что не нашло бы отражения в строгих теориях, безумных гипотезах или в фольклоре.

Нет, ну папа-то каков! Целая корзина секретов.

Разговор еще покрутился вокруг деталей побега (когда и как все открылось, откуда уверенность, что Натали с Лопатой уже в Хармонте, какие здешние контакты могут у них быть), потом миссис Рихтер показала, как они оба выглядят (фотки почему-то не оставила, унесла с собой), и в заключение передала папе приготовленную заранее банковскую карту (в качестве задатка) плюс кэш на расходы.

Он спросил на прощание, что делать, если они уже ушли в Зону? Тогда вам нужно за ними, буднично ответила заказчица. «Не хочу в вас разочаровываться, мое разочарование плохо кончается для людей…»

Знал бы я, что это дело в любом случае плохо кончится, – помчался бы в ночь спасать папу.

Но я спустился вниз, к маме, и стал расспрашивать ее о новостях из «Детского сада».

– Пьеро, зайди к нам, – останавливает меня охранник Жиль, выскочив из караульной комнаты.

– Что-то не в порядке? Вот пропуск…

Я уже положил свой мобильник в лоток под окошком, уже собираюсь миновать турникет.

– Да что пропуск… Ноутбук у меня не включается, – со смущением объясняет он.

Выгребаю из лотка свои вещи. Он вводит меня за бронированную дверь и показывает на комп, который вдруг закапризничал.

Жиль – это начальник караула. Подчиненный его сидит перед окошком и делает вид, что все контролирует, а на самом деле смотрит маленький телевизор, стоящий сбоку на столе. Включен местный канал. В городе тревожно: вчера были похищены семеро детей – все из семей бывших сталкеров. С какой целью? Выкупа не требовали. Репортер строил душераздирающие догадки, типа, число семь не случайно, не иначе кому-то понадобились жертвы для тайного кровавого ритуала. Ночью сожгли дом пастора методистской церкви, известного своими призывами к терпимости, а в особенности лозунгом «Дети сталкеров – тоже дети». Клан «Новый Ирод» развернул перед госсоветом бессрочный палаточный пикет с требованием убрать из города мутантов, на центральной площади митинговали несколько сотен человек. Тех, кто вчера уничтожил энергоподстанцию, разумеется, так и не нашли. Комендатура выражала несогласие с незаконными действиями экстремистов, но вместе с тем напоминала, что в стране демократия и каждый имеет право на мирный протест.

– Активизировались, сволочи, – комментирует Жиль. – Кто ж их всех на нас натравливает?

Пытаюсь включить его старенькую технику. Не запускается, идет постоянная перезагрузка. Жиль смотрит на это дело с тоской:

– Нести в ремонт…

– Без паники, – говорю.

Переворачиваю, открываю снизу крышку, отвинтив один болтик. Специальная крохотная отвертка у меня всегда с собой. Вытаскиваю планку оперативной памяти. Их две, я убираю одну, сгоревшую. Возвращаю крышку на место, включаю ноутбук… Работает.

– Вау! – Жиль в восторге.

– Подождите радоваться, – объясняю ему ситуацию. – Оперативки стало в два раза меньше, значит, производительность снизилась. «Тяжелые» игры, например, не пойдут. Мой совет, купите новую плату и замените.

– Лучше я позову мастера, – хлопает он меня по плечу.

Не люблю панибратства, однако терплю. Иметь в друзьях начальника караула – большое дело.

Второй охранник вдруг поднимает указательный палец: тихо! По телевизору – новость с пылу с жару. В отеле «Метрополь» в своем люксе найдена мертвой некая миссис Рихтер. (На экране роскошный номер, потом – крупно – кровища на ковре. Труп не показывают.) Дама была зарезана. Полиция скрывает подробности, однако, по неофициальным сведениям, характер ран и их количество заставляют думать, что жертву перед смертью пытали. Убийство предположительно произошло ранним утром. Живший в том же номере телохранитель с тяжелой черепно-мозговой травмой находится в коме. Если верить источнику в полиции, уже есть подозреваемый, личность которого пока держится в секрете.

Дальше идет информация про убитую и про ее супруга. Чрезвычайно достойное семейство, тратящее большие средства на благотворительность. Слушать это нет необходимости, и я убираюсь подобру-поздорову.

Мобильник мой они забыли изъять. И первое, что я делаю, – звоню папе.

Трубка у него по-прежнему выключена…

Он ведь не вернулся домой – как ушел вечером, так и пропал. Мама утром отправилась на смену, я через пару часов – следом за ней, но его еще не было. А теперь и мобильник в ауте.

Зря я поперся в Институт, мелькает у меня мысль. Заказ, переданный Сэндвичем, благополучно подождал бы, перебились бы они со своим заказом. Чем время терять, лучше бы отправился на поиски папы, вдруг ему нужна помощь?

Мелькнула мысль и растаяла.

Мама возилась с Пеппи Длинныйчулок, сооружала на ее голове что-то, что могло бы сойти за прическу. Получалось замысловато, но масштабно. Шерсть на плечах и ключицах мутантки была заплетена в короткие тонкие косички – тоже, видать, мамина работа.