Вячеслав Кумин - Легион Цербера

Черный десятиметровый лакированный лимузин с кортежем охраны плавно катил по широкой автостраде, обгоняя менее представительные авто. Полицейская машина сопровождения с мигалками на крыше неслась впереди, то и дело подвывая звуковыми сигналами и обеспечивая приоритет перед столь же и еще более шикарными автомобилями. Владельцы триллионных состояний, способные купить все и вся, но не имевшие прямого политического влияния, вынужденно уступали дорогу сенатору.

И сенатор Сэм Фредерик, откровенно говоря, упивался ощущением власти. Он уже почти год, как получил сенаторские цепь и перстень, но все никак не мог привыкнуть к столь опьяняющему чувству собственного превосходства.

Делая вид, что работает, Сэм вводил в поисковую систему номерной знак очередного обойденного лимузина, вынужденного перестроиться в крайний левый ряд, и иногда даже смеялся в голос. Вот и сейчас он ввел номерной знак бело-красного лимузина и прочитал:

— Якасумо Дзисо! Пятьдесят шесть лет, директор компании «Сикоко-кусю», состояние около пятнадцати миллиардов!

Сэм Фредерик счастливо засмеялся и даже сделал неприличный жест в окно… благо оно тонированное, и оскорбленный владелец «Сикоко-кусю» его не видел.

Иначе сенатору не помогли бы ни его должность, ни высокие покровители и даже охрана. Однажды его нашли бы с мечом в животе…

— Козлы косоглазые… И откуда у вас, сволочей, столько денег, что половина Сената щурится… Смотреть противно.

Сенатор успокоился и поправил галстук. Лимузин, плавно покачиваясь, точно лодка на легких волнах, подъезжал к «Бифроттинг корпорейшен». Корпорация за последние годы значительно упрочила свои финансовые, а с ними и политические позиции. В этом Сэм видел свою немалую заслугу Директора по достоинству оценили его вклад в развитие бизнеса и сделали Сэма, как он того и хотел, сенатором Сената, где он продолжил защищать интересы корпорации.

Вырасти из довольно небольшого по значимости служащего до сенатора ему помогла «непыльная работенка», заключавшаяся ни много ни мало в отделении отдаленной колонии от Федерации Миров в самостоятельное государство. А это значит — требовалось отколоть сырьевую базу у конкурента, имевшего монопольное право «доения» колонии. Отсюда возможность получить доступ к дешевому сырью, покупка которого, даже в пять раз дороже, все равно была весьма выгодной.

Лимузин плавно остановился почти под козырьком с вывеской «Бифроттинг корпорейшен».

— Добрый день, сенатор Фредерик… — Дверь машины открыл предупредительный швейцар.

— Спасибо, Дональд… держи.

— Благодарю, сэр!

Сэм протянул десятку швейцару и направился к входу. Эта дверь расползлась перед посетителем уже автоматически.

Поднявшись на лифте и пройдя довольно длинный коридор, Сэм увидел пустовавший зал заседания директоров. Сэм как сенатор и тем более как представитель «Бифроттинг корпорейшен» получал весьма немало — сто миллионов в год — и мог позволить себе все радости жизни. Но со временем, как известно, аппетиты растут, и теперь ему захотелось заседать в этом зале, решая судьбу корпорации на правах полноценного директора.

«А почему бы и нет?! — подумал он. — Как сказал один из великих, нет ничего невозможного…»

— Добрый день, сенатор Фредерик, директор Макфрай ожидает вас, — широко улыбнувшись, с возбуждающей томностью в голосе произнесла секретарша и сама открыла Сэму дверь.

«Интересно… Сколько раз в день директор Мак вызывает ее к себе на подпись документов?.. — сама собой пронеслась фривольная мысль в голове Сэма, и он едва удержался от того, чтобы схватить секретаршу за филейную часть в плотно облегающей мини-юбке. — Уж я бы… а что я?! Я и вызываю свою чуть ли не каждые полчаса!»

Увидев суровое выражение лица директора, сенатор мгновенно стер улыбку с лица, подумав, что железный Мак вряд ли занимается подобным безобразием на рабочем месте.

— Добрый день, господин директор… — поздоровался Сэм.

— Садись, — указал Макфрай на кресло перед своим столом.

— Благодарю.

— Догадываешься, зачем вызвал?

Сэм тут же прокрутил в памяти всевозможные свои грехи, возможные проколы в Сенате, но ничего такого, чтобы его вызвали, не нашел.

— Если честно — теряюсь в догадках, господин директор…

— Совсем уже оторвался от жизни в своих интригах с коллегами, — сказал директор Макфрай с намеком на улыбку. — Ты раньше вроде неплохо разбирался в финансах… и не только. Смотри сам… это финансовый отчет корпорации за последние полгода.

Сэм поймал брошенную через стол папку и принялся просматривать листочки документов со столбцами цифр и графиков.

— Понял? — спросил директор, когда сенатор с, больше для виду, хмурым лицом перевернул последнюю страницу.

— Только суть, господин директор…

— Ясно… — уже открыто усмехнулся Макфрай. — Что ж, несколько детализирую суть. А она проста… мы начали нести убытки!

— Ну… господин директор, не все так мрачно. У корпорации всего лишь временное снижение коэффициента доходности. Всего-то полпроцента. Это не страшно…

— Да нет, это страшно. Несколько наших независимых друг от друга финансово-аналитических отделов показали, что это тенденция, и что важнее… не только наша, но как показала наша финансовая разведка — и других компаний. А чем это грозит через пару лет, надеюсь, объяснять не надо?

— Нет, господин директор… не надо. Но позвольте спросить…

— Ну…

— Чем вызвано падение?

— А это самое интересное, Сэм, — широко улыбнулся директор Макфрай, глядя холодными глазами. — Есть мнение, что это результат нашей работы…

— Вы хотите сказать…

— Да. Мы немного перестарались. Почти все миры, производящие продовольствие, объявили о независимости… даже те, с кем мы не работали на эту тему, откололись по примеру своих собратьев. Конкуренция, позволившая нам в самом начале подняться практически из пепла, понемногу начинает утапливать обратно в дерьмо не только нас, но и… всю Землю. Мы разбалансировали всю систему торговых отношений. Эти пахари и скотоводы наглеют с каждым днем, продолжая взвинчивать цены, и вот ведь зараза… мы практически ничем не можем на них воздействовать.

— Блокада…

— Думай, что говоришь, Сэм… — усмехнулся Макфрай. — Кто из нас первым загнется? Мы от голода или они от переедания?

— Сдерживать их ценами на топливо, запчасти, технику наконец!

— Я же сказал — конкуренция. Мы уже прозондировали вопрос ценового сговора, но, сам знаешь, всегда найдется тот, кто поставит технику контрабандой.