Фантастика 2026-182 - Татьяна Петровна Крылова
С другой стороны, маги всегда предпочитали полагаться на свои силы. Если так будет и в этот раз, то Содер был прав и боятся было нечего. Мы всегда сможем уйти. В случае нападения выстроим коконы и шагнем в телепорт, помахав на прощание ручкой.
Все! Хватит рассуждать. Идем в Академию! Приняв для себя это решение, я ощутил, как в душе вдруг стало легко. Словно с плеч груз упал. Висевший над головой дамоклов меч ужасной неопределенности исчез.
Залпом допив пиво, я поднялся на ноги.
— Ты куда? — запротестовал Содер. — Давай посидим. Завтра пойдем.
— Давай завершим дело! — брошенная мной серебряная монета покатилась по столешнице. — Появимся в Академии. Если все будет в порядке, прогуляемся телепортом в Синюю яму.
— Я бы предложил сегодня повеселиться, а завтра…
— Невозможно грустной жопой весело улыбаться! Надеюсь, ты понял аллегорию?
Американец поморщился и одним глотком допил пиво. Поднялся на ноги.
— Ладно, пойдем.
Академия Магии
Восточной провинции
Тардинского королевства
Тряхнув головой, Тиллиана звонко засмеялась. Пушистые снежинки слетели с ее волос и присоединились к своим собратьям, медленно опускавшихся в свете фонарей на землю. Многочисленные студиозы, степенно прогуливавшихся по вечерней площади, начали коситься в ее сторону. Спустя мгновение примеру Тиллианы последовала Урсулла. Однако ее смех был более сдержан, и вызван скорее желанием поддержать подругу, нежели довольно неуклюжей шуткой Тора де Горбуса — неимоверно симпатичного студиоза с пятого курса. Младший брат их однокурсника Дарела. Два брата, но такие разные. Дарел был умный и по всеобщему мнению симпатичный. Тор же, по мнению все той же общественности, обладал яркой, просто невероятной красотой, но умом не отличался. Впрочем, ему это прощалось.
Внешние данные позволили Тору быстро снискать славу главного сердцееда Академии. Его чарам покорились многие, в том числе Тиллиана Типполи Талииди. Однако Урсуллу они оставили совершенно равнодушной. Одну из весьма немногих. Все потому, что ей не повезло иметь один штрих в определении собственных симпатий. Ей нравились умные и симпатичные одновременно. Например, брат Тора, Дарел. Сам Тор напоминал ей бабочку. Такой же красивый и легкомысленный. С высокопарным видом бормотал всегда всякую чушь. Как Тиллиана и прочие этого не замечают?
— Вот еще вспомнил! — Тор сверкнул яркой улыбкой. — Заявила Дарелу, что если бы хотела быть удобной, то родилась бы диваном!
Тиллиана вновь прыснула. Урсулла вынуждено растянула губы в улыбке. Как можно так говорить о девушке брата? На месте Дарела она бы терпеть не стала, и давно начистила младшему братцу его смазливое личико.
— Ой, шутник, — отсмеявшись, сказала Тиллиана. — Вот почему никто так больше не умеет?
Тор довольно улыбнулся и склонил голову.
— Я всегда к вашим услугам, госпожа Тиллиана! Позовите меня среди ночи, и я приду, чтобы поднять вам настроение.
Тиллиана игриво потупилась.
— Приходи.
Урсулла вздрогнула. Что значит «приходи»? Тилли забыла, что живет не одна?
— В общежитиях сигнализация, — торопливо напомнила она. — Усовершенствованная. Ее еще никто не проходил.
— Только потому, что за это дело еще не брался я, Тор де Горбус, — самонадеянно заявил Тор, проводив пренебрежительным взглядом проходивших мимо однокурсников своих собеседниц, Тина и Хантердея.
В отличие от старшего брата, Тор строго соблюдал принятую в обществе иерархию и не опускался до общения с людьми не из своего круга.
— Хотя я ошибаюсь, — продолжила Урсулла, тщательно игнорируя укоряющий взгляд подруги. — Гарету Плевакусу это удалось.
Тиллиана возмущенно фыркнула.
— Нашла кого вспомнить!
— Гарет Плевакус? — Тор с ленцой приподнял правую бровь. — Наверное, артефакт где-то купил. Или голой силой взял. Ее у него много. До сих пор, кстати, поражаюсь, как им с Содером повезло.
— В смысле? — не поняли девушки.
— Вы же сами знаете, откуда она у них. Им повезло оказаться в лаборатории, в которой лежал великий артефакт ректора. Силу они приобрели, но не все определяется голой силой, — Тор постучал указательным пальцем по лбу. — Нужны еще знания.
Урсулла поперхнулась.
— Кто рассказал тебе эту сказку? — нахмурилась Тиллиана.
— Ты сейчас серьезно? — почти в унисон с подругой воскликнула Урсулла. — Плевакус и Смэлл всегда впахивали, как проклятые, добиваясь результатов! Не буду спорить, погулять они любили, но к учебе относились так, как никто из нас.
Тор снисходительно хмыкнул.
— Первые три года сомнений не вызывают. Смущают четвертый и пятый курсы, когда они занимались по индивидуальной программе. Все видели, что после занятий они спешили в общежитие, из которого никуда не выходили. В соревнованиях и конкурсах они не участвовали. Заметьте, какое разительное отличие от распорядка дня первых трех лет обучения! Боюсь, правы те, кто говорит, что Содер и Гарет погрузились в свои коммерческие проекты и плюнули на учебу.
— Они не плюнули! — возразила Урсулла, задетая словами Тора.
Ей были неприятны его слова. Пусть она и недолюбливала Содера и Гарета, однако уважала их. Было за что! Урсулла хотела сказать, что представительницы де Лоренов и Флоров частично обучаются вместе с обсуждаемыми личностями, и вполне могут разрешить их спор, но не успела. Тор начал раньше.
— Плюнули! — начал расходиться он. — Еще как плюнули! Где они сейчас? Сказать? Они прогуливают, а преподаватели их прикрывают!
На это Урсулле нечего было сказать. В последние несколько декад Плевакуса и Смэлла определенно не было в Академии. В этот момент Урсулла вдруг для себя осознала, что не в первый раз слышит доводы Тора. В виде слухов они в последнее время циркулировали не только по Академии, но и в городе! Про артефакт Флора, благодаря которому Содер и Гарет обрели силу, про их небрежное отношение к учебе, про их связи, позволившие непомерно разбогатеть. Удивительно, но все словно забыли и про их поход в Проклятые земли, и про участие в войне против личей. Много чего люди забыли!
Если подумать, то только их шестой курс не обращал на эти слухи никакого внимания, попросту пропуская их между ушей.
— Я могу смело сказать, что это уже не те Плевакус и Смэлл! — Тор ударил себя кулаком в грудь. Возвысив голос — так, чтобы его слышала половина присутствующих