Владимир Поселягин - Путь истребителя

- Немецкая, - согласно кивнул я, и тут же попросил: - Дайка бинокль.

С помощью бинокль я в течение десяти минут обозревал залив, экипажи кораблей и сами боевые корабли.

- Гриш, дай трубу и шипы, - попросил я после внимательного изучения местности.

- Зачем? - с подозрением спросил он.

- Есть одна идея, - пробормотал я, и тут же спроси: - Мисс Эрхарт, вы как относитесь к змеям?

- Вкусные, - улыбнулась женщина.

- Вы могли бы найти… - я быстро описал нужную мне змею.

- Они тут не водятся. Но я знаю, где их можно найти. Дайте мне час, - после некоторого раздумья ответила она и, вскочив, скрылась в кустах.

- Что ты собираешься делать? - крепко ухватил меня за руку Гриша, наблюдая, как из мусора и лиан вяжу что-то вроде корзины

- Видишь разведчик?

- Ну?

- Все люки у него открыты. Нагревается на солнцепеке, а ту закрытую дверь справа от рубки видишь, позади пушки, рядом с лестницей?

- Радиорубка?

- Именно. Немцы только что после тяжелого плаванья, видишь, большая часть на берегу отдыхает. Уверен, охрану на себя взяли японцы, то есть у радио сидит

только один радист, японский.

- А если ты ошибся?

- Ну ошибся и ошибся. Главное со своим связаться.

- А координаты, как ты с радистом справишься, или вон часовой на корме ходит?

- Я по якорной цепи поднимусь, нос к берегу там часовых нет, а цепь скрыта от всех корпусом, не увидят. Дальше по борту и в рубку. Плюну в радиста ядом и

подложу змею, как будто это она его укусила. Дальше дело техники, - деловито объяснил я свой план.

- Ладно, у тебя все получилось, но как ты до наших докричишься? Там ретранслятор нужен мощный.

- Гриша ты конечно извини, но кое-что чего тебе знать не обязательно. Будут нас искать, еще как будут. Более того уверен что в местных водах есть поисковые

партии из наших, пара эсминцев думаю тут где-то бродят.

- Твои бы слова да…

- Эрхарт идет, - перебил я его. И действительно послышался хруст веток, и показалась Амелия, с мертвой змеей в руках.

- Мисс Эрхарт, вы знаете координаты нашего острова?

- Конечно. Бедный Фред перед смертью высчитал наши точные координаты. Для меня они как молитва, так что помню наизусть.

Тщательно запомнив широту и долготу острова, я надел каркас корзины изображающей склеившийся разный мусор, и тихонько поплыл к кораблю.

Днем у всех на виду, да это была не совсем логичная идея, но часовой стоял у противоположного берега, следил за начавшимся волейбольным турниром. От

отдыхающих меня скрывал корпус судна, а наблюдателям я был не виден. Меня скрывали скалы.

Плыл я очень медленно, мусор быстро не плавает. Плохо, что если кто выглянет с моего борта то, сразу увидит меня, вода чистая, дно видно, так что точно

разглядят.

Подплыв к цепи, я ухватился за звенья и стал осторожно подниматься, стараясь не шуметь. На баке действительно никого не было, я замер справившись за

хреновиной, на которую наматывалась цепи, и стал ожидать, чтобы высохнуть. Не хотелось оставлять мокрые следы. Через мгновение я поблагодарил себя за

паранойю. Буквально в трех метрах открылась крышка люка, и оттуда вылез японский моряк. Закрыв люк, он ушел на корму. Вытерев выступивший на лбу пот, держа в

руке нож, я стал осторожно красться по правому борту, по тому который был обращен к нашему берегу. Поднявшись по лестнице, быстро огляделся, после чего

потянув за ручку, приоткрыл дверь на пару сантиметров, этого хватило, чтобы заглянуть в радиорубку одним глазом.

«Черт, их там двое!» - мысленно простонал я.

Это же время. Остров в тихом океане.

В кабинете была практически полная тишина, было слышно только шум лопастей вентилятора рассекающего воздух.

- Вы уверены, что это русские? – спросил командир базы полковник Ламберг, поправив бумаги на столе.

- Я отчетливо рассмотрел флаг у эсминца, герр полковник. Нам пришлось лечь на грунт и пережидать пока он уйдет. Пассажиры очень волновались. Им небо подавай,

а не мир «Наутилуса», - хмыкнул капитан кригсмарине Отто Шульц.

- Значит, вы поэтому опоздали с прибытием на трое суток? Мне пришлось отправлять союзников вам на встречу.

- Из-за пропажи этого самолета нам пришлось менять маршрут, из-за чего мы потеряли много времени. Все из-за этого Суворова, сколько он нам планов поломал…

- Не напоминайте мне об этом чёртовом русском, где бы не появлялся этот Суворов наши планы рушатся. Мне пришлось отдать приказ на полную маскировку с момента

начала поисков. Вы сами должны понимать, что в этом случае, исследования были фактически прекращены. На двух прототипах погибло два летчика, ни одного не

удалось спасти.

- Сочувствую, герр полковник.

- Не стоит, капитан. Они погибли во славу Третьего Рейха, тем более вы доставили новых.

- Герр полковник, как мне сообщили, вам попались в руки несколько пленных. Там были русские?

- Нет, все американцы, говорят, что с гражданского судна «Виктория», подорвавшегося на плавающей мине. Я отдал их союзникам. Нам они не к чему.

- Ясно, герр полковник.

- Можете идти отдыхать. Послезавтра вы отбываете с очень важным грузом, маршрут следования получите перед выходом.

- Разрешите идти, герр полковник?

- Свободны. Отдыхайте.

- Извините, герр полковник, - остановился капитан у дверей: - А союзники подобрали пленных в море или их выбросило на берег?

- Кажется, они обнаружили их при приближении к острову. Сперва, одного, потом уже и остальных заметили в прибрежной воде. Они были истощены и обезвожены от

долгого пребывания в воде. Больше посты никого не обнаружили. Прочёсывание берега ничего не дало, свежих следов не было.

- Где их обнаружили?

- Их принесло по течению.

- Мимо «Скального острова»?

- Возможно, - насторожился полковник.

- Я отправлю туда лодку с десантом. Пусть осмотрятся, возможно, кого-то из пассажиров этот транспорта выкинуло туда.

Остров в Тихом океане. Борт разведывательного судна японского флота.

«А ведь второй ускоглазый не радист, по форме офицер… Точно, вот кобура на боку», - определил я, рассматривая двух японцев в радиорубке.

Один из них, радист, сидел в наушниках и что-то записывал, изредка поворачивая какой-то тумблер на аппаратуре, которой, кстати, оказалось неожиданно много.

Второй, его я определил как офицера, стоял радом и изучал распечатку, после чего что-то побулькав радисту, повернулся и пошел к выходу.

Отпрянув от двери, я спрятался за угол. Бежать было не куда, если японец направиться в мою сторону он меня точно заметит. Однако офицер направился к корме,