Андрей Матвеенко - Сны Великого князя. Дилогия (СИ)
Оставив бронепалубные крейсера у острова Аскольд, японские броненосные крейсера подошли к полуострову Басаргина, и в 13.30 головной корабль открыл огонь из орудий. В течение часа японцы выпустили около 200 снарядов, подвергнув обстрелу строящиеся форты Суворова и Линевича, береговые батареи и восточную часть города и порта. Тем не менее, несмотря на интенсивность обстрела, ущерб от него оказался невелик — в корабли, к примеру, и вовсе не попало ни одного снаряда. Впрочем, вышедшие из гавани с запозданием русские крейсера — причиной задержки были осложнявшие маневрирование зимние льды, вызвавшие навал «Бородино» на «Полтаву», и собственные минные заграждения — противника также уже не застали и вынуждены были вернуться назад. Владивосток в тот же день приказом коменданта крепости был объявлен находящимся на осадном положении.
Впоследствии японские силы еще не раз появлялись у Владивостока. Но основной их целью при этом были уже не обстрелы, а минные постановки у побережья русского Приморья. Так, сразу несколько минных заграждений были выставлены кораблями Камимуры на подступах к Владивостоку в ночь с 18 на 19 апреля.
Впрочем, со стороны японцев это был слегка запоздалый шаг, поскольку как раз накануне, 17 числа, во Владивостокский порт вернулись из очередного рейда последние из отправившихся в него 13 апреля русских кораблей — крейсер «Полтава» и два номерных миноносца. Днем ранее в гавани отшвартовались остальные три крейсера, которые в этом походе действовали уже под флагом нового командующего — контр-адмирала К.П.Иессена, принявшего этот пост еще 4 марта.
Цель этого выхода Владивостокского отряда в море, как и смена главноначальствующего над ним, нуждаются в отдельном пояснении. Сразу после своего прибытия в Порт-Артур командующий флотом Тихого океана вице-адмирал С.О.Макаров приказал возглавлявшему Владивостокский отряд Н.К.Рейценштейну послать один из крейсеров на разведку к островам Цусима. Рейценштейн доложил о невозможности выполнения этого приказа из-за минной опасности и отсутствия во Владивостоке тральных сил. Такой ход мыслей подчиненного не нашел поддержки у Степана Осиповича, известного своей страстью к активным действиям. И главнокомандующему Е.А.Алексееву лег на стол доклад, содержавший вывод Макарова о том, «что там (во Владивостоке — прим. авт.) нужен адмирал». Решение по кандидатуре нового командира Владивостокского отряда было принято в тот же день, 24 февраля, а уже в начале марта Иессен прибыл к новому месту службы.
В том же докладе наместнику Макаров, знающий, с какой настороженностью и даже опаской японцы относятся к российским подводным лодкам, испросил у него как Главнокомандующего русскими силами на Дальнем Востоке разрешения на переброску в Порт-Артур одной из двух находящихся во Владивостоке подлодок типа «Касатка» (это хотели сделать еще до войны, но так и не успели). Алексеев, слабо представляя себе роль этой «диковинки» в современной войне и, вероятно, не придавая особого значения боевым качествам крошечных в сравнении с современными броненосцами и крейсерами суденышек (или же зная, что во Владивосток планируется вскорости доставить по железной дороге две балтийские «касатки»), согласие на это дал, хотя и лишь спустя месяц. Поговаривали, что причиной такой задержки была не более чем чиновничья блажь Алексеева, не желающего безоговорочно потакать всем «прожектам» Макарова с учетом наметившихся между ними трений.
Однако страховочные меры от обнаружения лодки японцами в свете приказа наместника не рисковать кораблями понапрасну потребовали разработки отдельной операции для проводки в Порт-Артур отряженного на это задание «Карпа». И пока раньше вышедшие из Владивостока «Бородино», «Очаков» и «Кагул» с 6 миноносцами наведывались к корейскому порту Гензан, оттягивая на себя безуспешно пытавшегося их ловить Камимуру и потопив за время похода два военных транспорта и столько же небольших каботажных судов, «Полтава» еще с двумя миноносцами буксировала «Карпа» (для сбережения его собственного запаса топлива) к Цусимскому проливу.
Этот второй отряд, в отличие от действующего с «шумом и помпой» первого идущий сторожко, уклоняясь буквально от каждого встречного дыма, смог довести подлодку почти до Ульсана, после чего она отправилась в Порт-Артур своим ходом, а крейсер с миноносцами лег на обратный курс. Причем на пути домой этим кораблям, не скованным более охраной лодки, удалось захватить двигавшийся из Хакодате в сторону Кореи японский транспорт и привести его во Владивосток. А для введения в заблуждение японской агентуры во Владивостоке относительно того, куда делся «Карп», в крепости был распущен слух о гибели лодки со всем экипажем в результате подрыва на мине во время учебного выхода.
Очередной рейд крейсерского отряда, с 7 по 12 мая, оказался не столь результативным — за все время нахождения на коммуникациях противника четверкой русских крейсеров было потоплено лишь две шхуны и один транспорт, перевозивший военную контрабанду. Зато в следующем, начавшемся 31 мая — сразу после получения из Чифу информации об активизации воинских перевозок японцев — и завершившемся 7 июня, русским сопутствовала удача.
В этот раз крейсера наведались к островам Цусима, где «Бородино» потопил два японских транспорта («Идзума-Мару» и «Хитачи-Мару»), а «Очаков» — еще один («Садо-Мару»). Однако главным в данном случае было не количество пушенных на дно «купцов», а содержимое их трюмов. «Садо-Мару» перевозил 1350 солдат, еще свыше тысячи было на «Хитачи-Мару», но куда чувствительней для японцев была потеря другой части его груза — предназначавшихся для обстрела Порт-Артура 18-ти тяжелых 11-дюймовых гаубиц, которые не успели отправить по назначению из-за задержек с высадкой 3-й армии Ноги. Эскадра Камимуры в составе 4 броненосных и 2 бронепалубных крейсеров, а также 8 миноносцев, получив сообщение о нападении на транспорты, оперативно выдвинулась с военно-морской базы Такесики на островах Цусима на поиск Владивостокского отряда крейсеров, но все их попытки отыскать русских оказались тщетными. А те на обратном пути еще более увеличили свой призовой счет, задержав в 150 милях северо-западнее острова Дажелет английский пароход, шедший с контрабандным грузом в Японию.
Состоявшийся 15 июня новый выход Владивостокского отряда в море обернулся первыми потерями уже для русских. На подходах к корейскому порту Гензан один из сопровождающих крейсера миноносцев (N 314) получил повреждение рулевого устройства при касании камня. Руль исправить не удалось, а буксировка миноносца одним из крейсеров замедляла движение отряда, мешая тем самым выполнению задания. Поэтому миноносец пришлось затопить с помощью подрывного патрона, предварительно сняв с него команду, артиллерию и боезапас.