ВЛАДИМИР МЕЛЬНИК - По закону военного времени…

– – Никак нет, товарищ капитан, ну, мы это, просто…

– – Я вам дам просто! Завтра после смены ко мне! Я вам расскажу «что почем на Привозе»!

– Испуганный сержант открыл двери выхода на территорию части, еле скрывая волнение вышли и направились к штабу. Капитанское тело спрятали в кустах, а сами зашли в здание. Вырубили подскочившего солдата, а потом прапорщика-помдежа и дежурного. Прилепили мину к двери комнаты хранения оружия. Выскочили на улицу и побежали через плац к автопарку.

– – Вовка, может еще казармы заминируем? – спросил Зарубин.

– – Нафиг? Если рванет боеголовка ракеты, то тут пустыня будет на ближайшие десять километров.

– – Ну, не тащить же обратно оставщиеся две мины?

– – Автопарк рванем.

– – Добазарились.

– Вырубив наряд по автопарку, завели «УАЗик» на котором приехали. Валера быстро прилепил остаток взрывчатки к машинам, открыл ворота, находу заскочил на переднее сиденье. Подъехали к КПП части, солдат подошел и заглянул в водительское окошко.

– – Открывай! – гаркнул я.

– – А вы куда?

– – В магазин, капитан приказал. Вот студент со мной едет.

– – А ты кто вообще такой? Я тебя первый раз вижу.

– – Ну, надеюсь, в последний… – сказал я и открывающейся дверцей машины ударил солдата в лицо. Удар каблука в переносицу вырубил его окончательно.

– Валерка выскочил, быстро открыл ворота и через пару секунд мы уже мчались по ночной дороге. Как отъехали на пару десятков километров Зарубин достал небольшой приборчик из кармана.

– – Раз, два, три – елочка гори. – сказал мой напарник и нажал на кнопку.

Ничего не произошло: ни взрывов, ни фейерверков. Просто какой-то сигнал, который хитрым образом передавался нашим экзаменаторам. Он означал, что задание выполнено.

– Ну, что ж, молодцы, что тут скажешь! – одобрительно сказал Магашов. – Но то, что вы капитана, командира ракетного дивизиона голым и связанным в кусты кинули, а также вместо кляпа ему его же труханы засунули – это перебор. Зачем так издеваться надо было над офицером?

– Ну, так не «мочить» же его, – ответил я, сдерживая смех. – И не «бумеранги» ж ему заталкивать в рот – тогда он действительно «поставил бы кеды в угол». Когда его раздевали, и сняли берцы – хоть святых выноси. Туши свет бросай гранату. Вообще-то, я ему кальсоны, а не труханы запхал в хлебальник. Вас бессовестно обманули, товарищ подполковник. Я ж не живодер какой-то.

– Ладно, хватит прикалываться, – отсмеявшись, продолжил подполковник. – Я так и думал, что у вас все получится. Правда, не думал, что полезете на ракетную позицию. Вторая боевая двойка, не сдала экзамен и была отчислена – они вас ждали на базе РАВ, в шестидесяти километрах южнее. Короче говоря, даю вам два дня на отдых, а потом будет уже боевой выход.

– А что за задача? – с интересом спросил Зарубин.

– Отдохните, а уж потом все остальное. Вы, бл…, еще здесь?! А ну, бегом отдыхать! И за территорию части ни ногой! – больше добродушно, чем строго на повышенном тоне сказал наш шеф.

– Есть! – крикнули хором мы и выскочили из кабинета Петра Михайловича.

Когда зашли в свою комнату в общаге, Валера пошел в душ, а я сел перед телевизором. По ОРТ передавали новости. Симпатичная дикторша рассказывала о положении дел на театре военных действий. Новости были довольно-таки хреновые. Идет драка за Воронеж. Местная оперативная группировка стояла насмерть. Показывали общий план: дома горят, вспышки и «султаны» взрывов, самолеты сбрасывающие свой смертоносный груз. Один из корреспондентов был вместе с бойцами-курсантами Рязанского училища ВДВ. Перебежки, взрывы, очереди из автоматов и пулеметов. Противный визг и разрыв минометной мины заставил оператора залечь. Вот они заскочили в какой-то подвал. Раздавались неразборчивые матюки, крики, стоны. Все это перемежалось очередями «Утеса» и одиночными автоматными выстрелами. Тут съемка была более спокойной и качественной: показали троих лежащих солдат и копошащегося медика, который держал капельницы с кровезаменителем. Картинка повернулась и стало видно лежащих у противоположной стены «двухсотых». Камера начала перемещаться, теперь она смотрела на людей в камуфляжах и в гражданке. Они вели беспокоящий огонь короткими очередями. Когда сопровождающий корреспондент попытался взять интервью у одного из обороняющихся – моментально и откровенно был послан «на х…й». Ему всучили АКС с окровавленным цевьем и показали сектор обстрела. К чести журналиста, он без разговоров начал бить длинными очередями. В этот момент трансляция прекратилась.

Появилась дикторша и начала рассказывать о завершенни сдачи Вооруженными силами итоговой проверки за летний период обучения. Тут я немного отвлекся. Блин! Во дебилизм крепчает! Армия воюет, а тут еще и проверки сдают. Невольно вспомнился случай во время учебы в Центре. Я и Валера отрабатывали действия в лесистой местности. Оба оделись в маскхалаты, сверху еще бахрому нацепили, в общем были похожи больше на йетти, чем на людей. Когда закончили работать в «зеленке» Центра пешком неспеша возвращались на базу. Путь пролегал мимо такто-поля, где, оказывается, сдавала проверку пехота из батальона охраны. Ну, мы шли себе, никого не трогали, обычно и нас никто не трогал. Солдаты-портяночники что-то там сдавали по тактике, и вдруг нас окликнули. Ну, что ж, надо подойти. Перед нами стоял целый полковник в повседневной форме. Сытый, толстый и перегаром от него разит на несколько шагов.

– Кто вы такие?! – начал орать «полкан».

– Командир учебной разведгруппы лейтенант Самохин, – представился я, нам было запрещено называть свои настоящие имена.

– Это что за блядство?! Что за форма одежды, лейтенант?! Где ваш бронежилет?! Где знаки различия?! Вы офицер или махновец, ёб вашу мать?! – брызгал слюной проверяющий. – Чем вы тут занимаетесь?!

– Товарищ полковник, мы проводим плановые занятия по тактической подготовке. И попрошу выражаться более корректно, особенно при подчиненных.

– Ли-и-и-йти-и-инант!!! Ты что, ох…л?! Ты кто такой?! Кто твой командир?! Еще раз спрашиваю, что вы тут делаете?!

– Товарищ полковник, группа находится в учебно-боевом поиске согласно расписанию занятий. – спокойно говорю ему.

– Что за анархия у вас тут?! Почему нет единой формы одежды?! Где план-конспекты?! Из какого ты подразделения?! Кто командир?!

– Товарищ полковник, рекомендую вам сбавить децибелы. Мы из роты глубинной разведки. Больше ничего я вам говорить не буду. – мы там действительно числились.

– Что?!!!! – начался было еще один «фонтан» словоблудия у пузатого, но его за рукав дернул командир батальона охраны подполковник Подорожнов.