Василий Каталкин - Малец

  Апрель, снег окончательно сошел, но грязи пока хватает, приходится ходить по Москве с оглядкой и вовремя предпринимать меры дабы не оказаться забрызганным глиной с головы до пят. Мой бизнес продвигается успешно, купец, получив в моем лице не только переводчика с тарабарского языка на язык человеческий, быстро обленился и занялся своим любимым делом - засел за подсчеты доходов. Что, надо отдать должное, получалось у него много лучше, нежели вести разговоры с нанятыми лавочниками, да обеспечивать наполнение товаром своей розничной торговли.

  Честно говоря, такая работа меня стала напрягать, это потому, что крутиться приходилось весь световой день, прихватывая вечерние посиделки с работодателем, а я пока еще не перешел из мальцов в иной статус, и привычки впахивать от зари до зари еще не приобрел. Хотя, конечно, малец-то, я уже чисто условно, люди все реже меня так кличут, все больше юнец, да отрок, пройдет еще года два и уже не получится косить под юнца. На днях навестил знаменитый гостиный двор, святая святых купеческого сословия, именно на его территории, а она огромна, происходит вся торговая жизнь Москвы, и не только стольного города. А навестить я его был вынужден, так как Сопиков еще в прошлом году, как только узнал о неурожае, забил свои амбары зерном и ждал взлета цен. Вот за этим взлетом я и был должен следить, и надо сказать, что, несмотря на явный дефицит зерна по России, в Москве цены держались на достаточно низкой отметке. Продать же хлеб за пределы стольного града купец не мог, так как крупный опт ему был недоступен, а возить по паре возов в день не очень-то и выгодно. Вообще интересно, в отсутствие Петра Ромодановский правил достаточно эффективно и, несмотря на противодействие купеческой верхушки, цены ему удавалось сдерживать. Отчасти я видел причину такого положения дел в том, что в сдерживании роста цен на зерно был заинтересован сам князь-кесарь, однако так долго продолжаться не могло, в Москву, как в будущие добрые времена советского времени потянулся народ с окрестных деревень и даже городов, поэтому запасы хлеба на оптовых складах таяли быстро. Так что скоро цены на зерно взлетят раза в три или даже четыре, это без какой-то вещи обойтись можно, а по весне без хлеба не прожить. Кстати, народ что-то уже почувствовал, начал разгоняться маховик ажиотажа, а это уже точно конец политики сдерживания цен Ромодановского.

  - Малой, иди сюда, что-то скажу.

  Это раздается из узкого переулка, причем интонации такие, что не заподозришь чего плохого. Ага, сейчас так прямо и кинулся, делаю полностью противоположное, пару шагов от опасной зоны, и резко ускоряюсь, пытавшийся перекрыть мне дальнейшее движение бугай, стоящий чуть поодаль, не успевает. Вот и хорошо, но на будущее что-то надо делать, а то, как мне тут сказали, местные банды частенько промышляют даже на достаточно людных улицах. А что, пристраивается такой бандюган сзади к жертве, и в подходящий для него момент бьет по затылку кистенем, ну а дальше все как в наши времена, типа 'ой человеку плохо стало, надо его срочно в переулочек снести, чтобы ненароком не затоптали'. А в переулочке разденут догола, да бросят, и хорошо если жизнь оставят, а то и заберут на всякий случай, чтобы свидетеля не было.

  Обратно возвращаюсь уже другой дорогой, там, где народу еще больше и все время слежу, чтобы сзади меня не плелись подозрительные личности.

  Купец смотрит на меня не открывая рта, сегодня у него сложный день, заикание такое, что даже мне разобраться чего он хочет сказать сложно. Отчитываюсь, о произведенных следственных действиях:

  - Хлеба на складах при прежнем спросе осталось месяца на полтора. Но это если бы спрос был как в зиму или в начале весны, но люди стали зерно скупать быстрее, и поэтому купцы говорят еще две недели и торговлю хлебом закроют. А сам я думаю, что князь уже на днях торговлю прикроет, введет хлебный завет, продавать по дворам станут. - Глаза купца распахиваются в негодовании, поясняю. - Напротив клада караул с преображенцами разместили, видимо хлебного бунта опасаются, а раз так, то не сегодня так завтра будет объявлено о хлебном завете.

  М-да, смотреть на купца жалко, он же надеялся на спекулятивных ценах куш срубить, а тут такой облом ему от Ромодановского.

  - Тут проходил мимо подворья Семена Дорохова, так он срочно остатки зерна распродавал, - подлил я масла в огонь, - а у него брат в хлебном приказе. Вот только не понятно мне чего это вдруг они суетятся, что сейчас зерно продать, что позже его в приказ сдать, цена-то будет одна.

  Но видимо купцу все понятно, это я понял как он в отчаянии манул рукой.

  - Что? Хлеб будут под налог выкупать?

  Купец кивнул, вот это да, продразверстка во всей красе, но если учесть, что хлеба у купца полный склад, он налог может лет десять потом не платить.

  - Ну тогда придется до нового урожая держать, - чешу в недоумении затылок, - но то в убыток будет, примерно треть от прежней цены.

  Ладно, нечего голову ломать, решил купец рискнуть да пролетел, но для него это не смертельно, считай немного он и потерял, вся эта его затея могла принести в лучшем случает дополнительного дохода процентов двадцать от того что имеет. Стоило ли ему из-за этого столько копий ломать.

  - В слободе замятня, - продолжаю нагонять страху, - солдаты с Преображенского пытались жалобщиков из стрельцов сыскать. Как всегда никого не нашли, пока по первым домам шарили, все задами из слободы ушли. Рядом с немцем видел Любима Коровкова, а он человек Ромодановского, значит, дело политическое и думаю, в скором времени грянут большие события.

  Ну, вот, вроде бы доклад закончил, работодатель удовлетворен и сидит размышляет. Но долго размышлять ему давать нельзя, а то опять будет пытаться перевесить на меня свои обязанности.

  - Иван Илларионович, - позвал я купца и, дождавшись пока он выйдет из лабиринтов своего сознания, продолжил, - пора Федора, твоего племянника, к себе зазывать.

  Взгляд купца потемнел.

  - Знаю, что дело не мое, - поспешил успокоить Сопикова, - а все же подумай хорошо, твой недуг, чем дальше, тем больше проявляется, и неизвестно когда болезнь отступит. Помощники у тебя дельные, тут уж ничего не скажешь, и в случае чего разорения не допустят и дочерей без копейки не оставят. Но все ж они не родственная кровь, а Федор к делу интерес имеет, подучить его, и будет тебе в деле опора.

  Ага, задумался, вот теперь можно потихоньку сваливать, там меня Раевский дожидается, обещал его в казармы протащить и свести с полковником Крагге, который уже давно подыскивал дельного молодого человека, чтобы спихнуть на него часть своих забот, по управлению пушкарями. Кстати, должность перспективная, сейчас пушкари все больше в общем строе обитают, потому, что их не так уж и много, но лет через пять, с упразднением стрельцов, пушкари станут в отдельные подразделения, со своей спецификой, и карьерный рост Раевскому будет обеспечен. Да и фамилию не надо со счетов сбрасывать. Вот интересно, будет ли иметь этот Раевский родственные связи с тем Раевским.