Дмитрий Светлов - Конкистадоры

Флотилия под командованием адмирала ван Дайка шла со стороны океана навстречу транспортным галеонам. Здесь тактика строилась на психологии, в надежде взять испанцев «на испуг». Из всей пиратской армады реальной силой являлись пять шхун и три караки. Но загруженные золотом и серебром галеоны и не помышляли о сопротивлении. Никому не хотелось умирать ради чужого богатства. Так что злато–серебро взяли без боя. Испанцам отдали два потрепанных галеона со всем необходимым снабжением, а трофеи увели на Гваделупу. В подобном решении был смысл. Дело в том, что барон Бреда и ван Дайк грубо нарушили голландские законы. Для выполнения своей задумки им пришлось поднять флаги Нидерландов на русских кораблях братьев Скопиных. Сами корабли только имитировали свое участие в бою, но факт остается фактом. Можно с уверенностью сказать, что все торговые дома немедленно сообщат о подобном беззаконии. А так флаги сменили на базах Скопиных, там же все вернули в исходное состояние. Слушок, конечно, пройдет, но и братья получат моральную компенсацию в виде дополнительной премии. Барон Бреда давно причислил Счастливчиков в разряд «своих людей». Абсолютно неконфликтные, умеющие пойти на компромисс и взаимовыгодное соглашение.

Голландские корабли заходили на рейд форта Александр непрерывной чередой. Экипажи спускали паруса еще до подхода к пушкам береговой батареи, и последний маневр постановки на якорь происходил с помощью весел. Командир гарнизона наблюдал за пришельцами из окна своего дома. Все действия спокойные, даже нарочито неторопливые, как будто изначально демонстрируют свою готовность подчиниться любому приказу. Разворачивающееся действо что–то напоминало, и дю Норбер взял подзорную трубу. Вроде корабли как корабли, караки, галеоны и шхуны, все под флагами Нидерландов. Но вот мелькнуло название на испанском языке. Ну и что? Военный трофей, ничего особенного, собьют закладную доску и поставят свою. Вон у хозяев все галеоны раньше принадлежали Испании, сейчас под русским флагом возят грузы в Санто–Доминго. Имеют право. Однако испанские названия попадались все чаще и чаще. Не может быть! Дю Норбер отказывался поверить в свою догадку.

Шлюпка с флагманского корабля уткнулась в прибрежный песок. На берег выпрыгнули двое: адмирал ван Дайк и незнакомый дворянин. Командир гарнизона вышел встречать гостей.

— Рад вас приветствовать! — Адмирал отставил ножку и с поклоном махнул перед собой шляпой.

— Взаимно, синьор адмирал! — Командир гарнизона ответил придворным ритуалом.

— Позвольте вам представить губернатора Нассау барона Бреда.

Барон и дю Норбер обменялись галантными поклонами.

— Польщен высокой честью принимать в своем маленьком городе таких гостей.

— Ах, бросьте дон дю Норбер, мы по–дружески, без церемоний. Основная часть кораблей сегодня же покинет вашу гостеприимную гавань.

— Я надеюсь, вы останетесь? Виллы господ Скопиных полностью готовы, слуги подобраны. Вы сможете отдохнуть после морского перехода.

— Увы, мой друг, увы, — ответил барон, — дела вынуждают меня сегодня же отправиться обратно в Нассау.

— Как жаль! А я надеялся послушать ваши рассказы о последнем сражении.

— Наши капитаны с лихвой восполнят мое отсутствие, — засмеялся барон, — вам расскажут пару десятков совершенно противоположных историй.

— Дело в том, — вступил в разговор адмирал, — что господин барон захватил «Золотой флот» и вынужден обратиться к вам за помощью.

— Как! Вы сумели разбить конвой охранения?

— Да, провидение было за нас, — ответил барон, — офицеров и матросов короля мы высадили на острове Передовой.

— Благородный поступок. Надеюсь, в ближайшие дни они будут доставлены в Санто–Доминго.

— Я прошу вас об одолжении, — барон заговорил с нарочитой скромностью, — необходимо разгрузить корабли и разобраться с трофеями.

Барон подал знак гребцам, и перед комендантом поставили сундук с золотыми рублями.

— Это наша компенсация за причиненное беспокойство.

Дю Норбер учтиво поклонился. Ха! Они грабанули Карла V, а теперь опасаются показать добычу в своем собственном городе! Но это не его проблема, а сундучок он разделит со своими офицерами. Осталось проследить о внесении правильных записей в журнал приходов и отходов.

Встреча в форте Александр с адмиралом ван Дайком больше обрадовала, чем удивила бояр Андрея Александровича Скопина–Шуйского и Бориса Андреевича Бельского. Поэтому они сразу приступили к делу.

— Надобно как можно скорее оповестить родственников, у губернатора Эспаньолы к ним срочное дело, — без обиняков сказал Борис Андреевич.

— Пустое, — небрежно отмахнулся адмирал, — вы и сами легко решите проблему губернатора.

— Как же ее решать, если она нам неизвестна? — возразил Андрей Александрович.

— Идемте, я вам покажу смысл озабоченности дона Аревало.

Адмирал ван Дайк повел бояр к стоящим в небольшом отдалении кораблям. Им бы смотреть вперед, так нет, соблазнились красотами тропического острова, всякими кустами в пышной пене нежно–розовых бутонов, птичками с яркими желтыми и красными пёрышками и, конечно же, изумительным видом ниспадающей с неба воды. Именно тропические красоты и отвлекли от главного и усилили эффект от терриконов золота и серебра. Оба боярина пораженно ахнули и замерли, не в силах произнести ни слова. Чернокожие рабы катили наполненные золотыми слитками тачки и небрежно вываливали блестящий на солнце металл. Другие подхватывали желтые брусочки и складывали в аккуратный штабель. Вот один из рабов игриво поймал слитком солнечный зайчик и навел его в глаза своему товарищу.

— Мы выгрузили только треть. — Голос адмирала вывел бояр из оцепенения.

— Карл Пятый не простит вам разбоя, — промолвил Андрей Александрович. — Испанцы сотрут Нассау в порошок.

— Еще и нам достанется за укрывательство, — добавил Борис Андреевич.

— Потеря «Золотого флота» неизбежно дойдет до ушей короля. Но ответная реакция будет в Европе, и совсем другая, — усмехнулся адмирал.

— Вы полагаете, что король призовет к ответу стат–хаудера?

— На эти деньги граф Нассау наберет немецких пикинеров. А наиболее вероятным последствием будет отказ Карла Пятого от австрийской короны в пользу своего племянника Максимилиана.

— У вас странная логика! — воскликнул Борис Андреевич.

— Не вижу ничего странного, Карл Пятый предсказуем и прямолинеен, как оглобля.

Бояр покоробило столь нелицеприятное выражение в адрес монарха.

— Вы ограбили короля, а он вместо отмщения отдает племяннику одну из вотчин! Вот в чем странность.