Александр Афанасьев - Время героев (Часть 3)

С арендованного на час компьютера я вышел в сеть, посмотрел новости. Они не утешали – да, в Индианаполисе, точнее не в Индианаполисе, а в Спидвее, его городе спутнике произошел ядерный взрыв. Президент Меллон, который должен был там выступать с речью – возможно, погиб. Официально – это никто не подтвердил, называли разные цифры жертв, но цифры были чудовищные – от нескольких десятков, до нескольких сотен тысяч человек. В событиях 9/10 количество жертв – по сравнению с масштабом замысла и тяжестью разрушений – было небольшим, это даже породило теории о подстроенности всех этих событий. Что ж, взрыв атомной бомбы в Индианаполисе – никто не назовет подстроенным.

На сайте Госдепартамента пока ничего не появилось, даже странички с соболезнованиями. Сайт штата Индиана – перенаправлял на сайт Федерального агентства по чрезвычайным ситуациям. Там – набор стандартных рекомендаций, первое из которых – не поддаваться панике.

В последнюю очередь – я зашел на сайт, посвященный онлайновой игре – стратегии. Там, под видом какого-то add-on меня дожидалось задание…

Страннику

Воздух!

Вам поручается лично любой ценой найти и обеспечить эвакуацию объекта Сокол. Пароль – Сокол. Отзыв – Ветер. Для обеспечения эвакуации вам придаются силы, в количестве восемь единиц, встреча на точке восемь, плюс двадцать. Белая звезда. Для обеспечения эвакуации вам разрешено использовать любые методы.

Птаха.

Это задание – означало, что началась экстренная эвакуация наиболее ценной агентуры из действующей. Точка восемь – аэропорт Титерборо, Нью-Йорк, обозначение точек знает только тот, с кем я держу связь и я сам. Восемь единиц – значит, восемь человек прибудут туда самолетом, как – я должен догадаться, но мне подсказка – белая звезда. Там разберемся, что к чему. Я должен будут встретить их через двадцать часов после того, как этот пост был размещен в сети – времени оставалось достаточно. Слово Погружение означало – что я должен остаться в стране, при необходимости перейдя на нелегальное положение.

Адрес. Если сообщили адрес, открытым текстом – это значит, что штаб-квартира в панике. Никто и никогда так не подставляет агента – если не чрезвычайная ситуация.

Все данные о моей активности в сети я стер – они стирались тут автоматически, каждый день, но я стер вручную. Вознаградил парня чаевыми, вышел на улицу.

Сев в машину, я проехал восемь кварталов, прежде чем увидел нужное место. Общественный таксофон, питается монетами или карточками, они тут оставались скорее как памятники тем временам, когда не было еще сотовой связи.

У сидящего неподалеку нищего я раздобыл несколько монет, чтобы позвонить. Это обошлось мне в десятидолларовую бумажку – можно сказать, социальная активность. Номер офисного телефона набрал по памяти, его в общедоступных справочниках не было.

– Трианон, Мишо, добрый день.

– Добрый. У вас все нормально?

– Все тихо, сэр.

– Вот что – закрывай офис и уходи. Прямо сейчас. Завтра суббота, открываться или нет, решай сам.

Не дожидаясь ответа, я повесил трубку.

До аэропорта Титерборо добираться было уже проблематично. Активирована национальная гвардия, патрули на дорогах. Кто побогаче – тот любым путем прорывался к своему самолету и вставал на крыло. Лично я – тоже сейчас улетел бы не раздумывая в какой-нибудь центральный штат, поближе к хлебным полям, огромным мобилизационным складам и базам с ядерными ракетами, хорошо охраняемым. Как там… это рай? Нет, это Айова…

Но не с нашим рылом, да…

Я вскрыл еще одни "консервы", которые закладывал на самый экстремальный случай. Оттуда добыл карточку сотрудника Секретной службы САСШ, каюсь – подглядел и выспросил у Марианны, как она должна выглядеть. Надеюсь, что с этой не остановят.

У аэропорта, у самого въезда, стоял серьезный чек-пойнт. Старый М113 с крупнокалиберным пулеметом и новый Хаммер с тяжелым бронированием. Солдаты национальной гвардии – многие в очках, бронежилеты на них смотрятся, как на корове седло. Они не опасны, если знать как вести себя с ними. Это бывшие булочники и таксисты, наскоро призванные и надевшие форму, они не чувствуют себя еще частью военной машины и слегка стесняются своего нового статуса и своих прав. С ними нужно вести себя твердо и корректно, держась подобно командиру. Тогда все будет нормально.

Вывернув вправо, я нажал на газ, обходя поток машин по правой обочине. Резко затормозил, повинуясь жесту нацгвардейца, подкрепленному вскинутой винтовкой.

Достал из кармана удостоверение, поднял его и начал вылежать из машины.

– Не двигайтесь, сэр!

– Я федеральный агент!

Они были еще гражданскими, еще не понимали что главные теперь – они и словосочетание "федеральный агент" произвело на белобрысого такое же действие, как слово шибболет у иорданской переправы. Парень опустил винтовку, даже толком не разглядев удостоверения.

– Что здесь происходит? У вас есть кто-то главный?

– Да, сэр, лейтенант Дженкс, вон там! Нас поставили сюда проверять машины, вы же знаете, сэр…

– Знаю. Где ваш офицер?

Офицер уже бежал, придерживая рукой бьющий по боку автомат.

– Федеральный агент – я опередил офицера с представлением, как бы закрепляя свое особое положение и право распоряжаться – кто вас сюда поставил?

– Майор Уилкс, сэр, из десятой горной. А вы…

– Секретная служба, офис в Нью-Йорке. Мы работаем по своим инструкциям. Почему здесь такая пробка?

– Сэр, приказано производить проверку…

Да… и этот еще ничего не понял.

– Лейтенант, вы проходили продвинутый курс антитеррористических действий?

– Нет, сэр – заморгал глазами лейтенант

– Заметно. Пробка на шоссе, любое скопление людей – приоритетная мишень террористов. Вам что, нужна еще одна гекатомба?[78]

– Нет, сэр… – совершенно растерялся лейтенант – но мне приказали проверять…

– Выборочно, лейтенант, выборочно! Проверяйте только те машины, которые могут вызвать подозрение. Поняли?

– Да, сэр.

– Вот и хорошо. Чтобы я этой пробки не видел. И пропустите меня – я должен кое-кого забрать с Титерборо. Эндрюс[79] уже закрыта… мать их так, все садятся, где попало.

– Слушаюсь, сэр! – Господи, да как же так можно то, мясников и булочников с винтовками на защиту страны ставить – сэр… а что происходит?

Я мрачно усмехнулся

– Ничего хорошего. На вашем месте я бы позвонил вашим семьям и сказал им, чтобы они брали все самое ценное и уматывали вглубь страны, пока есть время. Там уже организовываются эвакуационные пункты. Но я вам этого не говорил, парни.