Сергей Садов - Вольдемар Старинов 3 (СИ)

– Риола знает. Остальные… Гирон и Гюнтер получили все указания и сумеют повлиять на них, если возникнут сложности.

– На маркизу? – новая улыбка.

Володя задумался. А ведь он прав. Кнопка она ведь упряма как… как… даже трудно сказать как кто. Только он может на нее повлиять, если она что-то вобьет себе в голову.

– Ваши предложения?

– Как я понял, она очень увлечена разными боевыми искусствами… я очень мастер ножевого боя. Прошу прощения, ваша светлость, я видел ваши тренировки. Ваш стиль очень необычный, но, думаю, сумею подстроиться под него. Маркиза же будет слушаться только того, кого уважает.

Теперь Володя задумался уже надолго.

– Хорошо, – решился он. – Вы официально наняты в качестве учителя для Аливии, Риолы и Корта на время моего отсутствия… чтобы они форму не теряли. Заодно проследите за остальными тренировками. Вряд ли вы умеете работать со шпагой или знаете тот стиль боя без оружия, которому я их учу, но ошибки, полагаю, заметите и укажете на них, большего не прошу.

– А если госпожа попросит научить другим моим умениям? Она ведь поймет, что я не только с ножом умею работать, оружие можно и всего сделать. Для самообороны девушке самое то.

– Я не возражаю, если вы покажете, как защищаться подручными средствами в случае опасности… но без фанатизма. Аливия не воин и не солдат. И если вдруг графиня Тристимская о чем-то попросит касательно девочки… я очень настоятельно рекомендую к ней прислушаться. Не в ущерб безопасности, конечно.

– Я понимаю, ваша светлость.

Володя же, вздохнув, закончил:

– Хотя все равно вы не сможете отказать, если Аливия о чем-то попросит. Еще ни у кого не получилось, даже у меня. Умеет настоять на своем.

А через два дня в поход отправлялся выделенный отряд во главе с Володей. Провожать его вышли все обитатели замка, даже Улияна Тиндом. Аливия, с трудом сдерживая слезы, протянула попону.

– Сама вышивала… хлюп… с помощью госпожи графини… хлюп..

– Ну-ну, Кнопка, чего сырость разводишь?

– Ты ведь не погибнешь? Ты вернешься? Обещаешь?

– Конечно, – Володя обнял девочку, повернулся к другим, дожидаясь когда слуги оденут подарок Аливии на его коня и переседлают его. – Ну а вы чего носы повесили Корт, Аника?

– Так заниматься со мной теперь будет некому, – нашелся Корт. – Так и не смогу пока побить скипидарку.

– Сам ты скипидар! – взвилась Аливия, но не сделала даже попытки отойти от Володи.

Тот же улыбнулся.

– Учителя a вам нашел, не переживайте. Риола, Аника, надеюсь к тому моменту, как я вернусь, вы покажете мне свой спектакль. Кстати, я слышал, ваш бард сбежал от вас и записался в армию.

Риола махнула рукой.

– Пусть бежит. Ему, видите ли, не нравится, что приходится петь за занавеской и публика его не видит. Аника уже нашла другого певца, и голос у него лучше. Сторн может и хорошие песни придумывает, но вот исполнение…

Риола напрасно наговаривала, исполнял Сторн хорошо, просто его голос не годился для песен из Буратино. Сам же Сторн сильно в свое время ошарашил Володю, попросившись в армию. Вот уж чего не ожидал, так это такого шага.

– Милорд, я не могу выполнить ваш заказ на песни, если не узнаю жизнь солдат изнутри! Ваши идеи я реализовал, но чувствую, что чего-то не хватает в моих песнях. Когда поете вы, даже не понимая языка, я ощущаю внутреннюю силу песен. И я подумал, что их могли написать люди только сами пережившие то, о чем в них поется. Поэтому я и прошу вашего разрешения присоединиться к армии на этот поход.

Песни Сторна набирали популярность именно у простых солдат и Володя сам слышал как те распевали их у костров на мелодию «Землянки» и «В лесу прифронтовом». Но, как верно заметил сам Сторн, чего-то в них не хватало.

– А как же ваш спектакль?

– Я там уже не нужен, нашел другого певца.

Вот так Сторн и оказался в армии, чем вызвал настоящий шок у всей труппы. Они даже не поверили, что бард сам попросился, думали, что силой затащили.

Наконец коня переседлали. Володя подошел к нему и погладил попону с вышитыми гербами по углам. Хорошо вышитыми, очень аккуратно и красиво. Володя поднял девочку и поцеловал в щечку.

– Спасибо, Кнопка.

А вот перед Риолой он замер и неожиданно смутился. Риола вздохнула, пробормотала что-то про трусов и мужчин и вдруг ухватила его за шею и поцеловала. Володя сначала дернулся от неожиданности, потом замер, боясь пошевелиться. Откуда-то из строя солдат раздался ободряющий свист, следом ругань сержанта, быстро прекратившаяся, видно более старший офицер прикрикнул.

Наконец Риола отодвинулась и поправило волосы. Отвернулась.

– А то дождешься от тебя, когда сам догадаешься, – буркнула она смущенно.

Володя растерянно оглянулся. Ну Кнопка стояла надувшись, скрестив руки на груди, тут понятно. А вот графиня Тристимская одобрительно кивнула, видно она и посоветовала это. Тут точно заговор. Определенно.

Володя вздохнул. И что он должен сказать?

– Я… не переживай, Риола. – Он совсем запутался, махнул рукой и вскочил в седло. Махнул всем разом рукой и повернулся к замершим солдатам. – Вперед!

Хотя отряд и двигался по своей территории, но все равно соблюдались все меры предосторожности: впереди авангард из легких всадников Ллия Ттутса, чуть сзади небольшой отряд латников, готовый в случае необходимости поддержать и прикрыть едущий впереди отряд. Дальше основная армия и в арьергарде снова легкая кавалерия, ну еще и боковые разъезды. Отработкой марша Володя решил заняться и в боевом походе, потому скидок не делал, все действует так, словно идут по вражеской земле. Да и сам отряд ехал значительно медленнее, чем мог бы, благо обоз практически отсутствовал, с собой везли только корм для коней, а солдаты ели в заранее подготовленных местах, которые определяли снабженцы, двигающиеся впереди армии. Несмотря на это все они двигались с обычной скоростью местных армий. Привыкшие к скоростным маршам солдаты недоумевали, но приказ герцога никто оспорить не пытался. Остальные командиры тоже молчали.

Сам Володя ехал в довольно скверном настроении после расставания с людьми, ставшими ему семьей. Да еще эти казни, на которые он вынужден был пойти. С заговорщиками поступили просто – Володя приказал отвести их в ближайший город и казнить, уж там палач найдется. И, как ему ни хотелось остаться в замке, он был вынужден съездить на приведение приговора в исполнение. И если графа и его подельников он ничуть не жалел, то казнь служанки произвела на него тягостное впечатление. Потом в процессе подготовки все забылось, а вот сейчас воспоминания нахлынули с новой силой.