Евгений Мостовский - Сугубо финский попаданец. Дилогия (СИ)
После отдачи распоряжения десантникам, зам командующего уехал на передовые аэродромы, а Новиков повесил «Коровина» с патроном в стволе, на заветный гвоздик под столом, ежели придут, то лучше застрелиться чем в подвалы, Левин небось уже показания на него дал. Из Москвы сообщений не было, в штабе похоже никого не осталось, молчание. В 23.30 пришел приказ из Ставки бомбить аэродромы Финляндии, а чего там бомбить? Немцев нет, тот налет на Мурманск который они провели, был с территории Норвегии, сами финны еще вчера отвели авиацию вглубь страны, радиоразведка перелеты четко зафиксировала. Только не время сейчас это объяснять, вмиг обвинят в нежелании воевать за Социалистическую Родину и придется идти вслед за Мерецковым. Хорошо, что в приказе перечислены города, вот их-то и поставим запасными целями, да еще Хельсинки, такое точно незамеченным не пройдет, финны сами подтвердят активность авиации Северного фронта. В ударе решил задействовать все силы — восемь полков бомбардировщиков и пять истребительных, тех которые вооружены Ишаками с подвесными баками. Жаль Балт флот участия особого не принял, всего один полк — 72-й на СБ-ПБ, остальные после налета на Восточную Пруссию были не боеготовы. Хотя как ни старались, взлететь смогли только 263 бомбардировщика и 224 истребителя, времени на подготовку совсем не осталось, но экипажи молодцы, пробомбили знатно. Отчитались о 43-х машинах врага уничтоженных на земле. Что тут скажешь — просто молодцы, правильно момент понимают. Потерь тоже особых не было, на аэродромы не вернулись только 11 бомбардировщиков и 7 истребителей, как и ожидалось финские истребители противодействия не оказали, а зенитки… Ну что зенитки? Постреляли и весь результат. Поздно вечером отзвонился Смушевич, интересовался потерями и хвалил за оперативность, завтра надо опять повторить, еще приказал найти Жигарева и вернуть его в Москву, все мол нормально. Из Смольного тоже был звонок, оказывается Абакумов арестован, Берия вернулся в НКВД. 201 бригаду отправили в казармы, а вот «Коровин» остался на своем месте, под столом. На всякий случай, ведь заместителя так и не выпустили.
Премьер-министр Рангель, 25 июня на вечернем заседании парламента охарактеризовал воздушные налеты как бомбардировку мирных городов и убийство гражданского населения. В Хельсинки, Турку, Хейнола, Виипури и Котка это, безусловно, имело место, свидетелями были все, от работников международных посольств, до простых обывателей. Напуганные и возмущенные парламентарии практически единодушно высказались за объявление войны СССР. Маннергейм мог довольно потирать руки, как всегда, нежелание анализировать ситуацию, эмоции, непрофессионализм и борьба внутренних кланов, толкнули Советский Союз в очередную войну с Финляндией, которая была абсолютно не нужна ни с военной ни политической точек зрения. Советы, вступив в тяжелейшую войну с Рейхом, создали себе еще один фронт, что очень скоро самым негативным образом сказалось на общей обстановке. Впрочем, даже если бы не было того скоропалительного решения Сталина, война все равно началась бы, слишком велика была обида за Стокгольмский мир, слишком много Финляндия вложила в новую армию, слишком далеко зашли отношения с Германией. Цепочка всех событий, начиная с 38-го года неумолимо приводила к одному — войне, но ведь СССР можно было стать не агрессором, а жертвой? Можно, но получилось как всегда. Вершиной разворачивающегося противостояния, стало решение Великобритании. Вновь приобретенному союзнику, который по сути сделал невозможным высадку на Островах, чисто по привычке «подставили ножку» — Англия объявила о прекращении морской блокады Финляндии. Что здесь сказать? Мировая политика, это всегда «Театр абсурда», а режиссеры его — слабоумные дегенераты.
Маннергем обратился к армии:
«Солдаты Финляндии!
Наша славная Зимняя война завершилась тяжелым миром. Несмотря на заключенный мир, наша страна явилась для врага объектом беззастенчивых угроз и постоянного шантажа, что вместе с преступным подстрекательством, направленным на подрыв нашего единства, показывает, что враг с самого начала не считал мир постоянным. Заключенный мир был лишь перемирием, которое теперь закончилось.
Вы знаете врага. Вам известно постоянство его целей, направленных на уничтожение наших жилищ, нашей веры и нашего Отечества и на порабощение нашего народа. Тот же враг и та же угроза сейчас у наших границ.
Без причины он нагло напал на наш мирный народ и подверг бомбардировке различные части страны. Будущее Отечества требует от вас новых подвигов.
Я призываю вас на священную войну с врагом нашей нации. Павшие герои войны восстают из могил и становятся рядом с нами сегодня, когда мы вместе с мощными военными силами Германии, как братья по оружию, с решительностью отправляемся в крестовый поход против врага, чтобы обеспечить Финляндии надежное будущее.
Соратники! Следуйте за мной еще в последний раз — теперь, когда снова поднимается народ Карелии и для Финляндии наступает новый рассвет».
Рассвет 26 июня Микки встретил на высоте 6000 метров, накручивая «восьмерки» восточнее аэродрома Суур- Мерийоки. Кроме него в воздухе или на восемнадцати аэродромах с прогретыми двигателями находилась вся финская истребительная авиация — 280 разных машин. Два дня без полетов на юго-западе страны живительно сказались на боеготовности, неисправных в это утро не было. Информационный центр в Утти отслеживал ситуацию по сигналам почти 220 постов ВНОС. Правда в районе Виипури, городе по сути прифронтовом, наземные посты слишком поздно обнаружат противника, вот и крутились восемь «Пири» на высоте, в надежде обнаружить первыми формации СБ и ДБ. Точно так же, сейчас над Финским заливом висят «Потезы», залитые «под пробку» бензином, ждут, высматривают. Удар 25 июня показал какие силы будут задействованы русскими и какие объекты будут бомбить. Задача была проста — не допустить советскую авиацию к городам, заставить сбросить бомбы до подхода к цели и отогнать назад. Правда сделать это будет не просто, Советы не теряли времени даром и с 40-го года серьезно улучшили свои самолеты и поставили в строй новые модели. Главный враг — истребители, теперь стали совсем другие. Конечно хватало привычных «Рата», именно они вчера в основном сопровождали бомбардировщиков, но впереди шли эскадрильи «расчистки воздуха» на уже виданных «Суперрата» из 155 истребительного полка и главной опасности — «Медведей» И-200 из 159 ИАП и старых противников из 7-го полка. Со стороны Финского залива появятся «морские» И-16 с подвесными баками — самолеты 61-й истребительной бригады. Главное отличие от «Зимней войны» это то, что русские перестали быть немыми, многие машины, хотя и не все, получили радиостанции с устойчивой связью. В эфире, на определенных частотах стоял такой гвалт, как они друг друга различают? Вот по этой трескотне очень легко было определить, начали они налет или нет. С земли сообщили — рюся в воздухе! Скучно сегодня точно не будет. Клепфиш как всегда первым различил в лучах рассветного солнца характерные блики, Гуннар забубнил в рацию, Даль подтянулся поближе. Ну вот и началось, шестерка «Медведей» на той же высоте, энергично атакуют. Попытаться от них уйти — пустой номер, скорость почти на 100 км/час меньше, а вот на виражах потаскаем. Правому двигателю полный газ, левому приберем, дать ногой и в вираж, 200-й так не может, идут по внешнему радиусу, стрелок их поливает огнем. Хотя нет, не так, Гуннар стреляет так-же как разговаривает — скупо, вот душа хуторянина, ему даже патронов жалко. Русские не реагируют, понимают свою роль — зажать «Пири», а вот чуть выше еще одна пара, сейчас спикирует и для него бой закончится, даже толком не начавшись. Да-а, это не 39-й год, опыта поднабрались.