Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин
Короче говоря, для алхимика тут просто рай. Я бы здесь годы мог провести, просто изучая все это. Но года у меня не было, лишь несколько часов. Поэтому собрал в несессер все, что смог, чтобы изучить потом в своей домашней лаборатории. Главное, Роману все это добро не показывать, а то с ума человек сойдет.
Закончив, повернул назад и меньше чем через час оказался у выхода из пещеры. И меня там ждали.
— Я думал, ты уже уехал, — сказал Григорию, стоящему возле капота машины. На нем лежали какие-то свертки. — Только не говори, что это кто-то другой растащил мутанта на составляющие.
— Не буду. И была мысль уехать, братан, — отвечал он. — Я даже стартанул уже, но в конце концов повернул назад.
— И что заставило?
— Да… Совесть мазу взяла. Не знаю, что ты за ботаник такой, но сдается мне, что ты и исцеление дочки барона связаны как-то. В общем… я решил, что ты пацан ровный и надо тебя в долю взять.
Григорий похлопал по капоту рядом со свертками. Я поправил на плече отяжелевшую сумку и подошел. Было холодно, ветер с треском гнул сосны.
— Запомни две вещи, Григорий, — покачал я головой. — С Листницким и его дочерью я никак не связан. Он с чего-то решил, что раз я работаю в «Воронов Фармацевтика», то знаю секретные экспериментальные лекарства, которые могут ему помочь. Но я их не знаю. Как и не знаю, каким образом в себя пришла его дочь. Видимо, чудеса случаются. Это первое.
— Как скажешь, как скажешь, — поднял руки вверх, будто сдается, водитель.
— И второе… — голос мой стал таким же пронизывающе-холодным, как ветер сегодня. — Не люблю, когда меня пытаются кинуть, Григорий. За такое как минимум компенсация полагается. Не считая извинений. Иначе мы в последний раз с тобой видимся.
Я кивнул в сторону свертков, в которых была моя доля, встретился взглядом с водителем. Его лоб покрылся морщинами. Непонятно, то ли он сердился, то ли напряженно думал. Поднял руки на уровень груди и размял пальцы.
— Ладно… — выдохнул он, покачав головой. — Умеешь ты грузить, фраер. Но по справедливости. — С этими словами вытащил из нагрудного кармана кожаной куртки еще один увесистый сверток. — Эти сто пятьдесят тысяч в качестве извинений. Плюс ещё пятьсот на капоте. Всего шесть с половиной сотен. В общем, приношу свои извинения… за все, короче. — Он помолчал, перекатываясь с пятки на носок, и спросил: — Сработаемся теперь? С тебя шняга всякая, с меня сбыт.
Он протянул руку, и я, подумав, пожал ее. Это удобно. Лишние ингредиенты я смогу сбывать через Григория и получать за это деньги. Теряя на посредничестве водителя, буду брать объемами.
Но во всем этом была и еще одна интересная новость. В этом мире существует черный рынок алхимического сырья. Если им торгуют, значит, кто-то его покупает. Кто, если не алхимики? С одной стороны, это хорошо, с другой — надо быть осторожным в высказываниях и действиях. Вряд ли местные алхимики будут рады конкуренту, зелья которого куда сильнее их.
Но об этом я подумаю потом.
— Признавайся, Григорий, — сказал, собирая свертки с деньгами; карманы распухли от них, — там, куда продал, можно ведь и купить что-то, верно?
— Хех, ну поехали, покажу одно местечко, — улыбнулся водитель, сверкнув золотым зубом. — Но предупрежу сразу: без меня туда не суйся. Чужих там не любят. И деньги в машине припрячь… Бери только ту сумму, которую планируешь потратить.
— А ты держи рот на замке, что мы вместе работаем, — посоветовал в ответ, садясь в машину.
— Базар-вокзал, фраер!
* * *
Григорий остановил машину возле приземистого серого здания в один этаж. Оно стояло за небольшим подлеском из берез, высаженных между дорогой и домами. В подлеске пряталась парковка на дюжину автомобилей, на которой Пантелеев заглушил свой внедорожник. Справа, так же пряча фасад, но уже за голубыми елями, стояло офисное здание энергетической компании. Слева — не слишком новый жилой дом. Помимо нашей машины, на парковке располагались еще несколько автомобилей. Весьма простые на вид, не шедшие ни в какое сравнение с рабочим внедорожником компании или седаном барона Листницкого.
Ширма и не более. На меня она не сработала. Но то я, человек с опытом в триста лет. И не такое повидал.
— Нам сюда? — для проформы спросил Григория, кивнув на вывеску «Автозапчасти». Свет в окнах не горел.
— Ага. На вывеску не смотри, она для отвода глаз.
— Да это и так понятно…
Поднялись на крыльцо по обшарпанным ступенькам, и Григорий условным стуком постучал в металлическую дверь.
— Чего надо? — спросил обладатель злых глаз в открывшейся прорези.
— Это Пантелей, — ответил мой провожатый. — За покупками мы.
— Тебя знаю, а этого — нет. Валите отсюда.
— Да он ровный фраер! — успел крикнуть Григорий, но прорезь с лязгом закрылась. — При лавэ… Черт.
Глупо было ожидать, что нас просто возьмут и пустят отовариться на черном рынке алхимических товаров. Не знаю, на что рассчитывал Григорий, когда повез меня сюда. Хотелось бы посмотреть, что есть в этой таинственной лавке. Поэтому попасть внутрь я все же должен.
— Эй! — уже сам настойчиво постучал в дверь кулаком.
Задвижка снова отошла в сторону, колючий взгляд вперился в меня.
— Я же сказал…
Но я перебил, грубо приложив поперек смотровой щели пачку купюр:
— Что мне надо сделать, чтобы потратить деньги в этой дыре?
— Ой зря…
Щель закрылась, на той стороне начали лязгать многочисленные засовы и замки. Когда дверь распахнулась, из помещения хлынул поток тусклого света, а вместе с ним показались сразу три шкафоподобных молодчика.
Один — тот, что повыше, в белой футболке с черным черепом, — вышел на крыльцо.
— И что помешает нам просто забрать твои деньги, заморыш? — спросил он тем же голосом, который мы слышали из-за двери.
На крыльце зажегся свет, и под футболкой парня проступила рукоять пистолета.
Двое других выглядели под стать первому. Высокие, мускулистые и бритые налысо. У левого белел уродливый шрам на щеке, он поигрывал дубинкой в руках и был одет в джинсы и черную футболку. Второй, что справа и явно моложе, жевал жвачку и разминал пальцы, вдетые в кастеты. Оба стояли за спиной говорившего.
Не люблю, когда мне угрожают. А парень явно