Игорь Шилов - Опыт поколений

В следующий раз я достал часы, когда можно было этого и не делать. С вероятностью в сто один процент могу назвать сколько на них, именно сейчас натикало. Четыре часа ночи, смог бы даже на это забиться, было бы с кем. Так и есть, четыре ноль семь, ночи или утра уже, лично мне всё равно чего, потому что именно в это время я хочу спать так, как ни в один другой час. Почему мой организм таким образом реагирует именно на это время мне не ясно, сколько не пытался я это выяснить у него, он молчит, зараза. Прямо, как коммунист перед расстрелом. В пять часов он уже бодр и весел, а вот с четырёх и именно до пяти, не поддаётся ни на какие уговоры и увещевания, валится, и хоть на куски его режь. Так и в этот раз, всего то прошло семь минут этого мёртвого часа, а я уже не знаю чего мне предпринять, чтобы не уснуть. Вырубиться мне, к сожалению, нельзя категорически, всё может закончится плачевно не только для меня, но и для моих товарищей, а это уже должностное преступление и оно попахивает расстрелом.

Не знаю, чем себя занять, чего бы такое придумать, чтобы хотя бы на самую малость отвлечься от мыслей о сне и главное, как на зло, всё печенье сожрал. Может руку себе прострелить или там ногу, а лучше всего голову, тогда точно больше никогда, с четырёх до пяти не засну.

Когда я уже почти перестал бороться, впереди, на дороге, что то засветилось, затем ещё раз и ещё.

- Чтобы это такое могло быть? - спросил мой затуманенный мозг, окружающее его пространство.

- Ё моё, да это же условный сигнал, идиот, я же сам его придумал - сказал я вслух.

Тут же моргнул фарами, посылая в темноту ответ, дошедшему на конец то до меня, сигналу от разведчиков.

- Чего так долго возились то? - спросил я спешно садившихся в машину людей.

- Потом командир, заводи давай и мотаем от сюда. Пришил я Лопату, ножиком его заделал - скороговоркой ответил Сутягин.

- Ну ни хрена ты даёшь. Чего прямо ножом и замочил? - излишне радостно спросил я Ваську.

А почему бы мне и не обрадоваться, не уснул же всё таки, справился. Пускай и помогли мне, в самый ответственный момент, ну и что, всё равно же это в основном моя заслуга.

- Ты чего молчишь, Васька? Или расстроился сильно по поводу содеянного. Так без лишнего пафоса скажу, зря. Не тот это человек, о котором переживать надо.

- Да на срать мне на него, бабу его жалко, она дура вышла не вовремя, ну пришлось и её почикать.

Бабу наверное и мне жалко, но чего теперь то горевать, когда ничего изменить нельзя. Ладно всё проходит и это пройдёт, а для ускорения этого процесса у меня с собой средство имеется.

- Захар, там в мешке с продуктами фляжка должна быть, достань её - попросил я Загребина.

Он порылся и вынул из лежавшего у него на коленях вещь мешка, армейскую флягу, в которой обычно воду носим.

- Дай ему, - указал я кивком головы на Сутягина и тут же обратился к нему - а ты пей, сейчас тебе в самый раз будет.

Васька открутил крышку и опрокинув железную баклажку, стал жадно глотать её содержимое. Но вдруг, как то резко остановил это занятие и поднёс к губам рукав гимнастёрки.

- Ты хотя бы предупредил, что там водка.

- Смешно. Я тебе чего, как сопливой девке, водички должен был предложить.

- Да нет конечно - сказал сержант смущаясь.

- Раз нет, тогда ещё глотни и закусывай, а потом расскажешь, как там дело было.

Меня хватило чтобы добраться до почти заросшей дороги, когда то ведущей к дому культуры.

- Всё мужики, приехали, если пол часа не покемарю, то на ходу засну. Сейчас дойдём до одного места, там зальёте обе наши канистры бензином, погрузите их и те, которые там имеются, в багажник, и только после этого меня разбудите. Я прямо там завалюсь.

Место, где когда то заныкал бочку и пару канистр нашёл без труда, на деревьях отчётливо просматривались указатели. Мужики сразу же занялись самой большой ёмкостью, а я не долго думая прислонился к сосне и провалился.

Сколько мне дали так просидеть не знаю, но когда понял, что толкают, спать хотелось по страшному.

- Командир, вставай. Мы тут грибников, очередных, нашли.

- Каких на хрен грибников, пошли их в жопу - попытался я, хотя бы на не много, продлить отдых.

- Так вот они рядом стоят, дожидаются, когда проснёшься.

Вот сволочи, только уснул, опять двадцать пять. Да когда же всё это прекратится, дадут мне отдохнуть в этом дурдоме, когда нибудь или нет.

- Я чего не понятно сказал, всех посылай в...

Пришлось заткнуться на полу слове, открыв глаза увидел перед собой девчонок, внимательно разглядывавших мою, наверное сильно помятую, рожу.

- Чего вылупились, не видите человек отдыхает - проговорил я вставая на ноги.

Как оказалось здесь не одни девчонки, были среди них и парни, все они примерно одного возраста, возможно даже мои одногодки, ну в смысле, столько же лет им, как и мне. Было бы смешно, если бы тут появились именно мои одногодки.

- Васька попить у тебя ничего нет - не обращая внимания на потеряшек, заговорил я с Сутягиным.

- Только то, что ты в машине давал, я фляжку себе на ремень повесил.

- Хреново, ну давай хотя бы её, а то не проснусь.

Сержант отвинтил колпачок с горлышка, просунул его под ремень, вместе с цепочкой, на которой весела фляжка и не закрывая её протянул мне.

- Желаю, чтобы все! - произнёс я тост.

Может быть, кто нибудь из присутствующих и поймёт о чём это я. А за тем, сделав глубокий вдох и не менее мощный выдох, влил в себя алкоголя буквально на два глотка. Полегчало сразу, сначала всё внутри проснулось, а потом оно и наружные органы разбудило. Снова взглянул на стоявшую рядом молодёжь, ну и прикид у них, еле сдержался, чтобы не заржать по полной программе, так только, всего то самую малость и усмехнулся. А кто бы сдержался увидев толпу народа с лыжами в руках и в странного вида кофтах, и шароварах, при полном отсутствии снега на земле.

- Кто такие и куда лыжи навострили? - задал я вопрос, который буквально висел в воздухе.

- Мы студенты, Ленинградского политехнического института и я бы попросила вас вести себя с нами соответствующим образом. То что мы заблудились, ещё не даёт вам права вести себя, как свинья - громко, наверное для того, чтобы её услышали все окружающие, проговорила чернявенькая и страшненькая девушка.

В это самое время, мой, обожравшийся ночью дармового печенья, желудок, принявший дозу алкоголя, решил высказать мне свой респект, проявившийся в виде громкого рыгания. Делать не чего, придётся и дальше вести себя именно так, как меня охарактеризовала, страшная красавица.

- Слышь Вась, эта фифа меня свиньёй обозвала и чё мне теперь с ней за это сделать.