Вадим Мельнюшкин - Затерявшийся (Дилогия)

Пустые машины пошли легко и спустя час, и за три часа до восхода, были уже около дороги на Оболь. Заминировали три свежих трофея, на всякий случай, вытащив мины из ящиков и сложив кучками в кузовах. Рвануло здорово. Будем надеяться, что немцы поверят, что погиб весь груз, и разыскивать нашу нычку не станут. Теперь осталось спрятать свой автомобиль и начинать новую пешую Одиссею.

– Кузьма, Николай, есть кто дома?

– Кого там черти принесли?

– Лешего?

– Какого еще к бесам лешего?

– Я это – Константин.

– Батя, это командир…

– Цыть, мелочь, без сопливых разберемся. Ну, заходи, коли не шутишь.

Задвижка на двери стукнула, и тут же раздались шаги, удаляющиеся от двери. Лампу Кузьма поставил грамотно, так, что ее свет ослепил меня с ночи. Пришлось остановиться в проеме и дать себя рассмотреть, при этом самому оставаясь кротом.

– Проходи, чего встал.

Сделав два шага, смог рассмотреть Кузьму, уже убирающего «наган» куда-то под стол, и радостного Кольку, сжимающего в руках одноствольную тулку.

– Вообще-то я не один.

– Ну, так пусть все заходят.

– Потапов, двоих на пост, остальные заходим.

Через минуту в избе стало не протолкнуться.

– Нам бы поесть чего. Не слишком обожрем?

– Жизнь дороже.

Это Кузьма молодец, конечно, шифруется. Ну и мы подыграем.

– Даже бургомистрам зачтется, когда наши вернутся, пусть и пассивная помощь. А вы чего щеритесь, видите, человек крутится на своем месте, понимать должны.

– Да мы понимаем, товарищ командир, – Потапов состроил хитрую физиономию. – Поснедаем чего и пойдем в сарае прикорнем, пока вы будете данного несознательного элемента склонять к помощи.

Шутник, блин.

– Хорошо, Григорий, тебе комсомольское задание будет – подготовь доклад на тему пропагандистской работы с местным населением, а особенно с лицами, пошедшими на работу в органы оккупационного управления.

О, и лыбиться сразу перестал.

Ранний завтрак прошел скомканно, устали парни здорово – два дня без нормальной еды и хорошего сна. Ничего, доберемся до лагеря, один ночной переход остался, выспимся. Если повезет.

– Из сарая ни ногой, даже по нужде. Миколка, организуй им какую поганую посудину. Двое постоянно на посту, отдыхайте. Куда? А кто чугунок с картошкой и молоко часовым понесет? Хотя… Потапов, смени бойцов, пусть здесь поедят.

Еще через полчаса мы наконец остались вдвоем с Говоровым.

– Ну, еще раз здравствуй, Евстратович. Рассказывай, как здесь дела.

– Дела, как сажа бела. Растормошили вы немчуру – жуть. Хорошо, что вы сегодня пришли, а не вчера. Тут такие молодцы были, не дай боже в бою встретиться. Чистые волкодавы. Всю деревню перетряхнули.

– Камуфляж, автоматы, снайперские винтовки, радиостанция?

– Угу, знакомые?

– Встречались пару раз.

– И как?

– Два – ноль, в нашу пользу.

– Зря так хорохоришься, эти могут и отыграться. Снайперских винтовок я у них не видел, но противник, судя по всему, серьезный.

– Снайперы и пулеметчики, скорее всего, в охранении сидели, бегунов сторожили. Манера у них такая. То, что серьезные, тоже понимаю, мы их и били-то из засады. Но эту группу надо кончать однозначно, иначе жизни они не дадут, волкодавы, скорее всего, натуральные. Еще чего интересного есть?

– Немцы продукты требуют.

– Теплую одежду?

– Нет.

– Странно это. Либо очень хорошо подготовились к зиме, либо и правда хотят, как в Польше и Франции, быстро закончить.

– А могут?

– Не знаю, Евстратыч, больно все как-то неправильно идет. Ладно приграничные сражения проиграли, немцы мастера быстрых ударов, но Киев… А теперь еще и котел под Вязьмой.

– Точно? В сводках продолжают говорить, что на брянском и вяземском направлениях продолжаются бои.

– Немцы сообщили о большом котле еще до того, как мы по коммуникациям ударили. Раньше по-крупному вроде не врали.

– Плохо.

– Плохо. Эх, нам бы на неделю раньше их тут прищучить! Они же до сих пор разгрести не могут.

– Да, это у вас здорово вышло. Злые они, как черти. Кстати, учения я провел, как и было приказано. Сотню патронов могу прямо сейчас отдать.

– Если хорошо спрятаны, то пусть лучше полежат, я бы еще кое-что из трофеев оставил, потом заберем.

– Оставляй, спрячу. А патроны у меня вон в ящике лежат, чего их прятать. Их и немцы видели. По моей двойной бухгалтерии они хрен разберутся. Я и поставки почти все провел, вот только получили фашисты хрен, да ни хрена.

– Как сумел?

– Так я к интенданту твоему вороватому подкатил. Маслице там, окорок… Короче, треть поставки ему скинул, а уж сколько он сам украл – его заботы. Но проблема – вчера опять бумагу прислали, сверх плана требуют.

– Что делать будешь?

– Ругаться поеду. Я и краснопузым спуску не давал, а уж этим и подавно не дам. Не на того усесться пытаются.

– Только ты там не того…

– Уж не без головы.

Дверь открылась, и в избу ворвался Колька.

– Случилось чего?

– Нет, батя. Я с командиром поговорить.

– Ну, поговори, а я пока еще вздремну.

Кузьма встал, подмигнул и ушел за занавеску.

– Слушаю.

– Товарищ командир, возьмите меня в отряд.

– Предложение интересное. Оружие есть?

– Да, тулка.

– Не очень подходящее для боя оружие.

– На ста шагах жаканом не промахнусь, а если с близости картечью, то лучше пулемета будет.

– Так уж и лучше?

– Точно не хуже. А зачем в лесу дальше, чем на сто шагов, стрелять?

– Есть резон в таком утверждении. А отец как?

– Против.

– Я не про то. Как он здесь работать будет без помощников, как нам помогать, где посыльного возьмет, если ему или отряду будет опасность угрожать?

– Так и знал, что не возьмете.

– Но попробовать стоило. Значит, слушай сюда, сможешь организовать так, чтобы твое отсутствие здесь не пошло во вред отряду и отцу, – возьму. Но смотри – сам должен перед собой решить, имеешь право уйти или нет. Да, если ты думаешь, что, попав в отряд, будешь стрелять и взрывать, то зря. Есть у меня уже один такой – дрова носит и волком на меня смотрит. Скорее всего, так и будет до конца войны дрова носить. Думай, оно тебе надо? Все, я тоже спать, а на тебе охрана.

Ах, наконец достигли мы ворот Мадрита. Хотя какой это нафиг Мадрид, Венеция во время наводнения. Странно, дождей вроде сильных не было, а уровень болота здорово поднялся, что же весной ждет? Будем с вечно мокрыми задницами ходить, как трясогузки?

– Смирно! Товарищ командир партизанского отряда «Полоцкий мститель», отряд занимается боевой учебой, из последней операции не вернулись две группы общей численностью тринадцать человек. Других происшествий не произошло. Докладывал капитан Нефедов.