Артем Рыбаков - Дожить до вчера. Рейд «попаданцев»

— Мне интересна ваша оценка положения на фронте.

— Откуда же мне ее знать? — Тонкие губы фон Бока раздвинулись в подобие улыбки. — Мне, как вам должно быть известно, ее не докладывают.

— И тем не менее…

— Раз вы настаиваете… За все группы армий я говорить, естественно, не могу, но в центре… Я бы назвал это шатким равновесием — без пополнения или какого-нибудь интересного маневра мы прорвать оборону русских не в состоянии. А маневр, опять же, зависит от снабжения. По последним имеющимся у меня данным, моему преемнику удалось отвести часть подвижных соединений для отдыха. А вот цели, заявленные в последней директиве Верховного командования, с моей точки зрения, достижимы только при определенных условиях. Слишком наши фланги отстают от центра. И вместо того чтобы подстегнуть Рундштедта[82] и Лееба,[83] они решили раздергать мою группировку.

— Возможно, командование просто приняло наиболее простое решение? — спросил Канарис.

— Именно что самое простое! И этим они напрочь убили наступательный потенциал центра!

— И что, эти разногласия стали причиной вашей отставки? — осторожно поинтересовался адмирал.

— О нет! Совсем не это! Мне всего-навсего предложили перерубить сук, на котором я сижу. Как нам идея своими руками уничтожить основную базу снабжения у себя в тылу?

— То есть? — непонимающе мотнул головой Канарис.

— Фюрер, — разведчик заметил, как фон Бок дернул щекой — скорее всего он собирался назвать Гитлера по-другому, — приказал мне разрушить Минск за семьдесят два часа. Полностью!

— Как так?! — На этот раз удивление Канариса было не наигранным.

— А вот так! В память о погибшем соратнике! Хорошо еще не предложил солью все засыпать, как было принято у Чингиз-хана.

— Но ведь Клюге, похоже, удалось отстоять вашу точку зрения, Федор. Минск пока еще стоит.

— Как бы не так! Разрушение города всего лишь отложено — служба снабжения не успевает подвезти потребное количество взрывчатки. А вот команды подрывников уже прибыли. И эта информация достоверна — есть, знаете ли, у меня свои источники.

— Но ведь это безумие! Насколько мне известно, буквально на днях удалось наладить железнодорожное сообщение со столицей Вайсрутении, а тут такое!

— Не на днях, а почти две недели назад, — поправил разведчика фельдмаршал. — Но мои чувства вы теперь понимаете. Добавлю лишь, что от меня потребовали снять войска с фронта для сплошного прочесывания лесов в районе покушения. Грейфенберг подсчитал, что потребный наряд сил составляет три пехотные дивизии! Вы представляете?! Чтобы поймать горстку бандитов, мне приказали снять три дивизии с фронта! В то время как для парирования прорыва русской кавалерии двумя неделями раньше мне пришлось тоже использовать три дивизии из резерва. Но там-то был кавалерийский корпус в составе минимум трех дивизий!

— Однако же прочесывания проводились. — Адмирал снова нацепил на лицо маску внимательного, но равнодушного слушателя.

— Совершенно верно, но для этого пришлось перебрасывать полицейских. Клюге тоже не согласился снимать войска с фронта. Исключение, как мне сказали, он сделал только для эсэсовцев — дивизия Хауссера[84] выделила три батальона, но в основном задействовали армейские маршевые пополнения. Что тоже, признаться, обстановку на фронте не улучшило.

— Ясно. Моих «айнце» тоже втянули в эту чехарду.

— И каковы успехи?

— Пока без результатов, если, конечно, не считать отлов большого количества отставших от своих частей русских, выходящих к линии фронта поодиночке и мелкими группами. Так сказать: Much Ado About Nothing.[85]

Англофильство Канариса не составляло особого секрета для высших военачальников Рейха, а потому фон Бок на подобную эскападу никак не отреагировал.

— Можно сказать и так, Вильгельм. Я, еще в бытность командующим, рекомендовал не проводить специальных мер против подобных элементов. Рано или поздно голод заставляет остатки разбитых частей выйти из чащоб, тут-то их и надо брать. Опять же, если им и удается перейти линию фронта и соединиться с основными силами русских, в большинстве случаев они деморализованы, и использовать их сразу противнику не представляется возможным. А учитывал ли кто-нибудь эффект от той паники и упаднических настроений, которые эти бедолаги приносят с собой на ту сторону?

— Ну, наша служба собирает подобную информацию, — «скромно» заметил Канарис.

— Значит, вы со мной согласитесь, что от операций, проводимых Службой Безопасности, вреда больше, нежели пользы.

— Пожалуй, да.

— Отрадно слышать. — Тень улыбки снова мелькнула на губах опального фельдмаршала. — Если вы готовы поскучать с часок, я могу покопаться в своих записях и предоставить вам более развернутый отчет по интересующему вас вопросу, Вильгельм.

— Буду вам обязан, Федор. И еще… — «Хитрый Грек» сделал паузу. — Есть неподтвержденная пока информация, что Рейхсхейни пал от германского оружия.

ЗАПИСЬ ПЕРЕГОВОРОВ ПО ПРЯМОМУ ПРОВОДУ Б. М. ШАПОШНИКОВА С ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИМ ВОЙСК ЗАПАДНОГО НАПРАВЛЕНИЯ

У аппарата Шапошников.

ШАПОШНИКОВ. Здравствуйте! Сообщите, как идет наступление. Все.[86]

ТИМОШЕНКО. В целом успешно. Передовые части 19-й армии вышли к Духовщине. Духовщина серьезно разрушена артогнем и горит. Противник контратакует с использованием танков. Конев выдвинул 166-ю и 91-ю дивизии в направлении Спас-Углы с целью охвата Духовщины с севера, но они были остановлены контратакой танками из глубины обороны. Я приказал Хоменко оказать ему помощь ударом от Городно на Шиловичи.

Рокоссовский уверенно продвигается вдоль железной дороги на Кардымово. Штаб немецкого 8-го корпуса спешно эвакуировался из Залесово, где базировался до нашего наступления. Есть интересная информация от пленных: 9-й армией немцев сейчас вместо Штрауса командует Гот.

ШАПОШНИКОВ. Как далеко продвинулся Рокоссовский и нет ли опасности, что его части отсекут? Информация про Гота крайне интересна. Обеспечьте отправку пленных в Москву. Что у Доватора?

ТИМОШЕНКО. Радиостанции не добивают. Сегодня отправили к нему самолет для связи «кошкой».[87] Он обещает передать важные документы, захваченные в штабе 129-й дивизии. По последним данным, его группа действует в районе между Земцово и Слободой к северо-востоку от Рибшево. В последнем обнаружен крупный немецкий штаб — вероятно, корпусной. В Земцово — штаб дивизии. Доватор пока не решил, какой будет атаковать.