Amargo - Хогвартс. Альтернативная история.

— Вы видели первый тур? — поинтересовался Флитвик, когда я занял свое место у стола.

— Нет, — ответил я. Флитвик покачал головой:

— Линг, вы что же, принципиально не ходите на спортивные состязания? Квиддич вас не интересует, турнир тоже… Первый раз такое вижу!

— Все это как-то не по-настоящему, — сказал я. Флитвик поднял бровь:

— Пробраться мимо драконов — это вы считаете не по-настоящему?

— Ну, если это в дикой природе, и вы можете с ними драться, тогда да. А здесь все безопасно. Всегда кто-нибудь придет на помощь, вытащит, вылечит травмы…

Флитвик помолчал. За три месяца я уже привык к тому, что профессор далеко не всегда бывает веселым и беззаботным, каким часто казался в классе или при личном общении со студентами, и его молчание обычно означало не повод для настороженности, а какой-нибудь коварный вопрос.

— Значит, если бы с драконами дрались до смерти, вам бы это показалось более интересным? — наконец, спросил он.

— Если без страховки, то да, — сказал я. — Иначе у дракона нет шансов.

— Что ж, — ответил Флитвик. — В таком случае считайте, что вы с ним лицом к лицу. Какие из изученных за это время артефактов вы могли бы использовать, чтобы пройти мимо — для начала, не убивая?

— Думаю, эффективнее всего оказался бы зеркальный амулет Иштар, — сказал я. — Он бы позволил мне создать… хм… двойника дракона, и пока настоящий дракон разбирается, что к чему, я пройду мимо. Еще можно использовать молот Ануннаков, если допустить, что я умею ковать магическое оружие.

Флитвик кивнул головой, а потом неожиданно спросил:

— Как продвигаются ваши уроки с профессором Снейпом?

Я сделал вид, что ничуть не удивлен его вопросом.

— Понемногу, — ответил я спокойно. — Учусь прятать отдельные воспоминания.

— Получается?

— В основном нет — признался я. — Скрывать все сознание гораздо легче.

Флитвик опять помолчал.

— Вы занимаетесь только окклюменцией? — спросил он далее. Я кивнул.

— Да, только защитой. Наверное, это важнее, чем легилименция…

Спускаясь после сданного зачета на обед, я размышлял над его вопросом. Неужели преподаватели действительно считают меня таким идиотом? Конечно, особо блистать своей догадливостью не стоит, и если потребуется, я могу прикинуться круглым дураком, но вопрос о легилименции… нет, профессор Флитвик, я не копался в голове у профессора Снейпа и не имею ни малейшего представления, о чем он думает. Вряд ли профессор Снейп когда-нибудь позволит мне проделать над собой подобный эксперимент. И даже если позволит, сомнительно, что я увижу его коварные замыслы, коли таковые у него имеются.

Впрочем, отвечая Флитвику, я немного кривил душой. Работая со Снейпом, я должен был скрывать от него свои занятия в Выручай-комнате — патронуса, плеть, тибетскую магию, а также спасение Клювокрыла, поскольку в нем был задействован мой патронус. И до сих пор это у меня получалось. Судя по всему, прятал я их отлично, хотя Снейпу удалось добраться даже до эпизода убийства старика, который я закопал так глубоко, как только мог. Стоило это ему недешево, и я уже было решил, что он сдался, но профессор умело провел обманный прием и все же вытащил на свет всю сцену от начала до конца. После занятия, когда оба мы приходили в себя, Снейп спросил:

— Ну что, приняли это?

Я вспомнил наш разговор годичной давности, после которого оказался на заметке у Дамблдора.

— Наверное.

— Это не ответ, — сказал Снейп, придвинулся ближе к столу и в упор посмотрел на меня. — Не ответ, Ди. Я больше не вижу в вас сожаления по поводу содеянного. Вы сильно изменились за этот год и, судя по всему, уже не испытываете былого раскаяния.

— Я же говорил, что не собираюсь таскать с собой этот труп, — произнес я, не желая обсуждать подобные материи, но не видя возможности уклониться от разговора. — Если я позволю себе такую роскошь, как пожизненное чувство вины, оно помешает мне идти дальше. Это был урок, и, смею надеяться, я его усвоил. Убийства ради удовольствия я больше не совершу. Что еще мне надо понять?

Но Снейп ничего не ответил, и больше мы к этой теме не возвращались.

Пока все окружающие носились с идеей рождественского бала, который устраивали в честь Тремудрого турнира, искали себе партнеров и партнерш для танцев и примеряли парадные мантии, я испытывал на себе перепады настроения профессора Снейпа, решал задачи у Флитвика и переживал по поводу того, что за все это время не нарисовал ни одного рисунка. Свое плохое настроение я срывал в Выручай-комнате. На книжных полках в ее маленьком коридоре я обнаружил пособие по защите волшебных домов и укрепил тренировочный зал, постаравшись застраховать замок (и самого себя) от последствий своих удачных и неудачных экспериментов.

Играть с патронусом было хорошо, но, к сожалению, на нем было невозможно отрабатывать заклинания, а потому мне приходилось создавать животных. Обычно я творил огромных пауков, богомолов и комаров, специально для этого взяв из библиотеки анатомический атлас насекомых. Насекомых было трудно убить, они быстро двигались и были опасными, в отличие от мышей, которыми я злоупотреблял на прошлом курсе.

Незадолго до рождественских каникул я сражался с гигантским богомолом, который хоть и не бегал по потолку, как некоторые пауки, но зато делал точные и мощные выпады в самые неожиданные моменты. Наконец, мне надоело пялиться в его огромные зеленые глаза, и я выстрелил в него заклинанием душащей паутины. Богомол, однако, активно сопротивлялся, в нескольких местах разорвав серебристо-серые путы. Представив, какой здесь будет дым и запах, если этого гиганта сжечь, я послал в него ставшее уже традиционным заклинание плесени, и через несколько секунд богомол скончался.

Уничтожив все следы битвы, я собрал вещи и осторожно приоткрыл дверь. Коридор был пуст. Я вышел наружу и направился к лестнице.

— Так-так-так, — вдруг услышал я знакомый голос, и из темной ниши под оранжевый свет факелов вышел профессор Хмури. Я застыл на месте.

Нас разделяло несколько метров. Хмури перекрыл мне выход в главный коридор, а за спиной был тупик. "Выследил все же", подумал я и покрепче сжал палочку.

— Развлекался в Выручай-комнате? — поинтересовался Хмури, сверля меня своим огромным глазом.

— Это не запрещено, — сказал я, не отводя от него взгляда. Мало ли что придет в голову этому психу?

— Кто с тобой был?

Я не ответил.

Хмури сделал шаг мне навстречу, и я тут же выставил палочку вперед. Аврор оскалился:

— Ну-ну. Неужто будешь драться?

Я молчал, следя за его движениями. Заговаривать зубы — старый способ отвлечения внимания, на него только дети покупаются. Хмури не торопился; легко постукивая по ноге своей палочкой, профессор смотрел на меня с довольной улыбкой, будто я был преступником, за которым гонялось все министерство, а он меня поймал.