Фантастика 2026-183 - Алла Железнова

А между ними — человек. Живой, в сознании. Сидит на камне, спиной к стене. Худой, как скелет, обтянутый кожей. Борода до груди, спутанная, с комками грязи. Одежда — лохмотья. В руках — камень, который он методично затачивает о другой камень.

Он поднимает голову. Смотрит на меня. Глаза — усталые, запавшие, но живые. И ясные. Ни следа безумия, что удивительно для человека, который сидит в такой обстановке. Мне кажется, тут кто угодно должен свихнуться.

— Ну наконец-то, — говорит он хриплым голосом. — Я уж думал, вы никогда не найдёте эту дыру.

Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга. Потом я спрашиваю:

— Глеб?

— Глеб Ворошин, мастер-артефактор, к вашим услугам, — он пытается встать, но ноги не держат. Садится обратно. — Простите, что не поднимаюсь. Шесть месяцев на подножном корму, знаете ли, не способствуют атлетизму.

— Граф Скорпионов, — говорю. — Сева.

— Скорпионов? — Глеб прищуривается. — Сын Алексея Ивановича?

— Ага. А как вы…

— А это что? — он замечает Клаца. Глаза расширяются и он отползает подальше от меня. — Это… краб? Вы притащили сюда краба?

Клац, будто почувствовав внимание, выходит из-за моей ноги. Демонстративно щёлкает клешнёй.

— Это Клац, — говорю. — Мой питомец. Долгая история, потом расскажу.

Глеб смотрит на краба, потом на меня, потом снова на краба и качает головой.

— Полгода сижу в этой дыре. Ни одного здравомыслящего посетителя, только монстры и эти, — он взмахивает на спящих людей вокруг. — И первый, кто приходит — молодой граф с питомцем-крабом. Мир определённо сошёл с ума, пока меня не было.

Подхожу ближе, присаживаюсь рядом на корточки.

— Расскажите, что здесь произошло. Коротко, если можно.

Глеб вздыхает. Откладывает камень.

— Коротко: влез сюда за редкой рудой, нашёл руду, но выход закрылся. Не физически — энергетически. Что-то блокировало проход изнутри, — он кивает в сторону тоннеля. — Потом стали приходить другие. Охотники, искатели, разные отчаянные головы. Лезли сюда, а выбраться не могли. Я их находил, стаскивал в эту пещеру.

— Они спят?

— Я их усыпил, — говорит Глеб спокойно. — Мои способности позволяют погружать живых существ в своего рода спячку. Не магический сон — скорее замедление всех процессов. Сердце бьётся раз в минуту. Организм почти не тратит ресурсов. Иначе они бы давно умерли от голода и жажды.

— А вы сами?

— А я — в сознании. Кто-то же должен следить, чтобы какой-нибудь монстр не сожрал спящих, — он усмехается. — Питался местной флорой. Здесь растёт кое-что съедобное, если знать, где искать. Не ресторан, конечно, но жить можно.

Полгода в одиночестве, в темноте, на подножном корму. Со спящими на попечении. И — не сломался. Не свихнулся. Ждал.

Крепкий мужик. Уважаю.

— Что блокировало выход? — спрашиваю.

— Откуда мне знать, — он пожимает плечами, — всё что знаю, недавно всё изменилось. Будто пробка из бутылки вылетела.

— Несколько недель назад? — спрашиваю.

Глеб замирает. Смотрит на меня.

— Вы причастны к этому?

— Похоже на то. В море, у побережья был монстр, явно отсюда. Мы его уложили, а портал закрыли. Начинаю думать, что нас с крабом сюда затянуло, потому что я вплавил макры из этого монстра в свою биту. А краб был под влиянием твари.

Мастер смотрит на биту. Прищуривается. Вижу, как в его глазах загорается профессиональный интерес — даже истощение не может заглушить этот огонёк. Видел такое много раз у Фёдора.

— Вплавили макры в дерево? — он приподнимается, тянется посмотреть ближе. — Как именно? Термическая спайка? Алхимический состав?

— Руками, — пожимаю плечами. — Прижал, сосредоточился, камень вошёл в дерево. Сам не до конца понимаю, как это работает.

Глеб откидывается назад. Смотрит на меня долгим, оценивающим взглядом.

— Мальчик мой, — говорит он медленно. — А кто ваши предки?

— Ну, отца вы знаете. Мать — Василиса Никитична, урождённая Сольпугина.

— Сольпугина, — повторяет Глеб. — Ну конечно…

— Вы знали мою мать?

— Нет, но я знал её род. Вернее — знал о нём. Сольпугины были… — он подбирает слово, — особенными. Они великолепно работали с металлами и макрами. Умели плавить такое, что многим артефакторам высших рангов и не снилось… Видимо, вы унаследовали эту черту от матушки.

Молчу и размышляю. Попахивает объяснениями войны между Скорпионом и Сольпугой. Если богиня отвечала за спайку несовместимых вещей, а Скорпион создал Паяльное Жало… Он перешёл ей дорогу. Это вполне могло послужить эдаким яблоком раздора. Надо будет поболтать с нашим божеством.

— Кстати, о Сольпугиных, — Глеб вдруг оживляется

Лезет куда-то за камень, на котором сидит, достаёт свёрток — грязную тряпку, обмотанную вокруг чего-то небольшого, и разворачивает.

Там лежит маленький артефакт размером с ладонь. Металлический диск с руническими символами по краю, в центре — углубление, будто для камня. Тёмный, тусклый — но когда Глеб протягивает его мне, штука дёргается в его руках. Буквально — рвётся из пальцев. Ко мне.

Глеб хватает артефакт крепче, удивлённо моргает.

— Что за… Он никогда так не реагировал!

Протягиваю руку. Артефакт буквально прыгает мне в ладонь — как магнит к железу. Ложится удобно, точно. Тёплый, вибрирует — знакомое ощущение, как с кольцом Сольпугиных.

— Вот ради этой штуки я и залез сюда, — говорит Глеб, глядя на артефакт в моих руках. — Хотел починить, в нём недостаёт ключевого элемента, видите углубление? Но не смог даже определить назначение. Полгода пытался — ни малейшего отклика. А вам он сам в руки прыгнул.

— Потому что чует хозяина, — говорю я, рассматривая диковинную штуку.

Глеб медленно кивает.

— Очень может быть. Но артефактов Сольпугиных уже давным-давно никто не видел, я понятия не имею что это и как работает. Надо будет разбираться, изучать. Если вы позволите, конечно.

— Позволю. Но сначала — у меня к вам вопрос поважнее. Вам знакомо название «Паяльное Жало»?

Глеб резко вскидывает голову. Глаза загораются ярко, жадно. Истощение будто отступает.

— Паяльное Жало⁈ Вы его нашли⁈

— Оно у меня дома. Частично рабочее, но сломано. Мой артефактор — толковый, но говорит, что починить не в его силах. Нужен специалист по древним техникам.

— Я изучал все доступные материалы по Жалу ещё до того, как сюда полез! — Глеб даже привстаёт, забыв про слабость. — Легендарный артефакт. Считался утраченным