Сергей Чекоданов - Летний шторм
Новые КВ-85, добравшиеся до фронта ещe два месяца назад, отличались от своего предшественника довольно сильно. Прежним оставался только корпус, да и в том лобовые листы брони потолстели, достигая предложенных, ещe после окончания Финской, десяти сантиметров. Поменяли трансмиссию, переделали кое-что в двигателе, превращая танк из испытательного груза для тягачей в полноценную боевую машину. Разобрались и с вооружением, заменив слабую для тяжелого танка 76-миллимитровую пушку Л-11 на орудие калибра 85 миллиметров. Пришлось для этого полностью переделать как башню, так и зенитку соответствующего калибра, из которой и изготавливали новую танковую пушку. Так как одним из главных требований Ставки было сохранить экипаж из пяти человек.
Новая машина представляла собой столь грозного противника, что после первого знакомства с испытательными ещe вариантами командование Вермахта издало очередной приказ о запрете своим панцерам вступать в открытые поединки с новоявленным русским танком. Но недавно в танковые корпуса фронтов западного и прибалтийского направления стали поступать, изготовленные на уральских заводах, новые Т-34 с пушкой такого же калибра. Так, что придeтся искать для тяжeлого танка новое орудие. Хотя чего искать? В составе полка подполковника Титкова есть пять экспериментальных танков, вооружeнных 107-миллимитровым орудием. И командует этой ротой герой Советского Союза капитан Колобанов, умудрившийся два с половиной месяца назад подбить в одном бою двадцать два танка противника. Надо признать, что ему повезло, так как рядом оказался корреспондент "Красной звезды". Фотографии расстрелянной немецкой колонны вызвали такой ажиотаж в стране, что обеспечили опальному, провинившемуся на Финской, старшему лейтенанту не только следующее звание, но и медаль героя Советского Союза.
- Я о том речь веду, что экипажи на этих танках кадровые, довоенные ещe. - Продолжил свою мысль командующий Первой танковой армией. - А у нас треть состава из новичков. Нам бы эти ребята очень пригодились. А их на устаревшей технике в бой бросают. Погорят не за грош!
- Может и лучше, что экипажи там опытные. - Ответил ему командир Второго танкового корпуса. - Меньше погибнет в атаке.
- Ты полигонный опыт с боевым не путай! - Катуков прислушался к неутихающей канонаде. - Это твои бойцы три месяца из боeв не вылезали. А эти в настоящем сражении не были, за редким исключением. - Генерал положил на стол свою фуражку, вытер выступивший от духоты блиндажа пот. - Кстати, Иван. А сколько твои парни вражеской техники подбили за эти месяцы?
- Точно не считали, Михаил Ефимович. - Полковник Петров потeр в задумчивости лоб. - Но не меньше, чем пять сотен. А может и больше...
- А кто у тебя самый лучший? - Упорствовал Катуков.
- Конечно шестнадцатая бригада! - Командир Второго танкового корпуса даже удивился предложенному вопросу.
- А кто же ещe? - Подключился к нему подполковник Титков, служивший в данной бригаде одним из командиров батальонов до начала войны.
- Ой, Иван, свою родную часть хвалишь! - Улыбнулся Катуков.
- Да как можно, товарищ генерал. - Возмутился полковник. - Они ещe в первые недели войны почти три сотни немецких панцеров подбили. Да и потом! Кого чаще всего в бой бросали? Шестнадцатую бригаду! Кто любимой палочкой-выручалочкой у штаба фронта был? Опять шестнадцатая бригада! Каких ещe доказательств надо?
- Ну ладно, Иван Михайлович, убедил. - Подвeл итог разговора командующий первой танковой армией. - Тебе же от этого хуже, но отказываться от своих слов уже поздно.
- А в чeм дело? - Насторожился полковник Петров.
- Есть у меня, товарищ полковник, одно очень важное задание. - Перешeл на официальный тон генерал Катуков. - Нужно принять группу иностранных журналистов. И обеспечить их всей необходимой информацией.
- Это каких же? - Удивился полковник. - Со всей Европой воюем. Англичан отшили. Кто там остался?
- Ты удивишься, но прислали их аж из Америки. - Генерал покачал головой. - Не знаю зачем они сюда прибыли. И подозреваю, что большая часть из них обычные шпионы. Но из Москвы передали приказ обеспечить им самые благоприятные условия. И показать ВСe!
- Как всe? - Продолжал удивляться полковник. - У меня же в корпусе новейшая техника?
- Я сказал то же самое. - Опять вздохнул генерал. - Но мне подтвердили этот приказ два раза. Причeм, и про новейшую технику сказали, что можно демонстрировать, не сомневаться.
- Выходит, товарищ генерал, что-то новое на подходе есть? - Подключился к разговору подполковник Титков. - Раз, разрешают показать то, что в боях уже побывало?
- Хотелось бы верить. - Отозвался Катуков. - Нам, пока, ничего не сообщали.
- Получается, что нам нужно удивить потенциальных союзников. - Полковник Петров опять потeр лоб. - Или вразумить будущих врагов.
- Не знаю, Иван. - Генерал Катуков решительно натянул снятую фуражку. - Но встречать их тебе. Так, что готовься.
- А мне, товарищ генерал, свои коробочки показывать или нет? - Спросил подполковник Титков, прикидывая, как отреагируют на это сообщение командиры его штаба.
- Ну, ты, подполковник, тоже к нам относишься, - усмехнулся генерал, - следовательно, этот приказ и тебя касается.
- А сколько, хоть, их приехало? - Командир Второго танкового корпуса достал свой блокнот, собираясь определится с очередным указанием начальства.
- Человек сорок на весь фронт. - Генерал Катуков встал из-за стола. - К тебе назначено две группы по три человека. Учти, что, по крайней мере, двое из них военные разведчики.
- Стрелять мне их что ли? - Сплюнул полковник Петров.
- Зачем? - Отозвался генерал. - Сказали тебе всe показывать, вот и покажи во всей красе! Или твои орлы этого не стоят?
Генерал Катуков повернулся и пошeл к выходу из блиндажа.
Маргарет проснулась от жуткого гула, доносящегося снаружи. Подкинулась на жeсткой, неудобной кровати, на которой побрезговала бы спать ещe еe бабушка. Но выбора не было. В этой части Польши, захваченной большевиками ещe два месяца назад, понятия об удобствах сильно отличались от еe родного Нью-Йорка. Здесь считали, что крыши над головой и жeсткого матраса на кровати вполне достаточно для неприхотливого счастья. В отличие от Маргарет, которая старательно копила обиды, рассчитывая, со временем, поквитаться с этим старым козлом мистером Уитвортом.
Маргарет села на кровати, понимая, что снова уснуть в том жутком грохоте, что доносился из-за стен жалкой хибары, обзываемой местными поляками домом, просто невозможно. Посмотрела на часы. Радовало хотя бы то, что в любом случае вставать пришлось бы минут через сорок. Вспоминая расположение комнат, которые ей так старательно показывала радушная хозяйка, Маргарет проследовала в коридор, где из стоящей в углу бочки бросила несколько горстей воды в разгорячeнное внезапным пробуждением лицо. Вернулась обратно, сбросила хозяйскую ночную рубашку, нашла свою одежду и начала торопливо одеваться.