Артур Прядильщик - Сирахама

- ... впрочем, я догадываюсь, в чем причина! Он еще и голос изменил, наверно, что б его Ренка-сама не узнала! Ведь велика вероятность, что с ним заговорит наша неприступная принцесса, и тогда ему придется отвечать за все те, неприличности, что он ей отправ...

Словесный понос был прерван глухим звуком подзатыльника и спокойным голосом Ренки:

- Напоминаю, что наш слушатель Шкет-сан попросил, и ПОБЫСТРЕЕ (еще один звук подзатыльника), мелодию «шесть единиц». Ставим. Приятного прослушивания, Шкет!

Так его, Реночка! Так, моя сладенькая! И мордой... мордой - в стол! Чтобы до крови! Я тебя обожаю! Чтоб зубы у него из «вонючки» посыпались! Нажимай на «Плей», моя хорошая!

- О! Кстати, - Вмешался голос ведущего-мужчины... и до следующего звука подзатыльника успел проговорить. - А название песни отобразилось! Это «Онли ю» (Бздыщ!)... какое оригинальное название (Бздыщ! Бздыщь! Бздыщ!)

- Онли юююю... - послышался глубокий мощный мужской голос после гитарно-клавишного перебора-вступления.

Я торопливо вывернул громкость на максимум и рухнул спиной на кровать.

Темнота, прикрыв глаза, с зачарованной легкой улыбкой вслушивалась в музыкальное признание в любви.

+++

- Ага... так... так... И? И как называется? «Сикстин тонс»? По-английски? Хм... не слышал. А эксперты... Ага...

Ма Рё аккуратно закрыл мобильный-раскладушку и с довольнейшей улыбкой посмотрел на сотрапезников.

- Балалайка-сан! Наша теория может считаться доказанной! Только что прошел звонок от Шкета... Парень позвонил прямо в прямой эфир!

Ма Кэнсэй обеспокоенно посмотрел в сторону входа с яркой вывеской «Тортуга: пираты и пиратки» и анимешным изображением пиратки из какого-то мультика.

- ... на этот раз «Счастливчик» показал название песни - «Онли ю»... «Только ты» на языке этих презренных гайдзинов, как вы знаете.

- Запись? - Уточнила Балалайка.

- По-прежнему заблокирована...

- Отображения названия недостаточно для того, чтобы считать теорию доказанной, Хакуби-доно! - Разочарованно протянула женщина.

Хакуби поторпился добавить:

- На электронную почту главного бухгалтера пришла ссылка на архив с высококачественной записью песни «Онли ю» в архиве...

- Хм... действительно. Судя по блеску вашей... вашего чела, даже это - не все?

- Не все. - Ма Рё мечтательно смотрел в потолок... на его очках Кояме-Балалайке почему-то захотелось нарисовать зеленый значок доллара... настолько СЕЙЧАС это показалось уместным. - Не все, Балалайка-сан. В архиве лежала еще одна песня - «Сикстин тонс». «Шестнадцать тон», если на нормальном языке. Эксперты утверждают, что голос, исполняющий эти две песни - тот же...

- Отправитель?

- Один из ботов автоматической рассылки «Счастливчика». Но и это еще не все.

- Ну-ка, ну-ка... - Заинтересованно подалась вперед женщина.

- В архиве был текстовый файл с текстом и переводом песни. И, вы не поверите, специальный файл с нотной записью для электронного синтезатора... «миди» или как он там - я в этом не разбираюсь...

- Судя по всему, Хакуби-сан, мы за копейки получили даже больше, чем рассчитывали? - Хищно улыбнулась Балалайка.

- Истинно так, Балалайка-сан! Я бы даже заказал кое-чего особенного! В конце концов, сегодня - можно! Не так ли?

Неожиданно телефон Балалайки «поехал» по белоснежной скатерти, включив виброзвонок и песню на русском, кажется, языке:

«Бьется в тесной печурке огонь,

На поленьях смола, как слеза...»

- Что-то серьезное... Я приказала меня не беспокоить. - Удивилась Балалайка и посмотрела на экран. - Главбух? Ай-яй-яй... - Она поднесла трубку к уху. - Да... так... так... Платежка? Вот так, да? А сумма в договоре? А что на скане? Но ведь там же было еще и прописью... А оригинал нашли? И? М-да... Фотошоп? Электронная подпись? Мистика! Нет... - Балалайка внимательно посмотрела на Хакуби и приказала. - Нет. Платежку не отзывать. Завтра решим.

- Действительно, мистика, Хакуби-сан! - С задумчивым видом положила мобильный на стол Балалайка. - Такая мистика, что даже жуть берет...

- Вот, Балалайка-сан. - Ма Кэнсэй осторожно придвинул рюмку к женщине. - И вещи сразу станут проще.

- Хм... благодарю, Ма-сан! - Благодарно улыбнулась Балалайка и лихо опрокинула стопку.

Чуть подождала, прислушиваясь. Улыбнулась шире:

- Вы такой заботливый, Ма-сан... жаль, что вхождение в чужие гаремы претит моей натуре собственницы!

- О! Все можно устроить, Балалайка-сан! - Засуетился покрасневший Ма Кэнсэй. - Еще одна рюмочка и мы таки найдем решение этого маленького затруднения... Тем более, в таком замечательном районе! Все под рукой, так сказать!

Балалайка чуть пьяно помотала головой:

- Хакуби-сан... ваша теория ПОЛНОСТЬЮ подтвердилась.

- Подробности?

- Бухгалтерия обнаружила, что сумма перевода по договору с Сирахамой на его счет увеличен в двадцать раз!

- Ой!

- Проверили договор в базе данных - сумма отчислений по договору увеличена за каждую песню в десять раз!

- Что? Неужели Ренка вписала...?

- Ну-ну-ну... зачем же сразу подозревать невинную девушку?! - Возмутилась Балалайка. - На бумажке все правильно - семь с половиной за одну песню... Слушайте дальше! На скане документа приписан ноль. То есть семьдесят пять тысяч за одну песню.

- А прописью...

- Японским по белому написано «Семьдесят пять тысяч иен»! При этом следов правки файла скана не обнаружено, электронная подпись файла - хэш-сумма, кажется? - не изменена!

- Мистика!

- А я что говорю! - Довольно улыбнулась Балалайка. - Согласитесь, Хакуби-сан, даже семьдесят пять тысяч иен за одну песню высочайшего класса - ерунда!

- Одну? - Вычленил главное Хакуби.

- Ну, да... платежка была на две песни - «Только ты» и «Шестнадцать тонн»! Итого - сто пятьдесят тысяч иен. Вы же не думали «нагреть» искусственный интеллект таким простеньким разводом, Хакуби-сан?

- Ой, горе мне, горе! - Картинно схватился за голову Ма Рё и обратил внимание на брата. - Братец? Почему ты таким тоскливым взором смотришь на вход в «Тортугу»? Наверно, тоже хочешь попиратствовать, как твой ученик, а? - Ма Рё шутливо пихнул брата локтем. - Или намек Балалайки-сан произвел на тебя такое неизгладимое впечатление?

- Жду, когда подъедет полиция и скорая. - Абсолютно серьезно объяснил Ма Кэнсэй. - И начнут выносить трупы. - Кэнсэй поднялся из-за стола и положил несколько банкнот на стол. - Простите мою неучтивость, прекрасная Балалайка-сан, но я должен откланяться!

- Мы договорились, брат? - Посерьезнел Хакуби.

- Да, брат! Заказ композиций будет настолько частым, насколько это возможно. Десять процентов от суммы отчислений - мои... Не беспокойся. - Ма Кэнсэй спохватился, нарисовал на лице благодушную улыбку и припал к запястью Балалайки. - Уверен, прекрасная Балалайка-сан, мы еще обязательно встретимся... и обсудим пути решения «гаремного вопроса»... Пока, брат! Звони, если что!