Игорь Николаев - Война за империю
— Сплошные риски, никаких гарантий, — протянул в глубокой задумчивости Верховный.
— Товарищ Сталин, у нас эталона нет, — честно ответил штабист. — Не с чем сравнивать, не от чего отталкиваться. Ни мы, ни немцы и близко к такому размаху не приближались раньше. Это как в прорубь нырнуть с размаху — или выплывем, или потонем. На треть все решит подготовка, на вторую треть — импровизация, а на последнюю — чистая удача.
— И вы готовы рискнуть? — с холодным прищуром спросил Верховный. — Как … настоящий коммунист?
— Да, — выпускник Императорской академии Борис Шапошников вернул столь же морозный, выдержанный взгляд.
— Хорошо, что вы так верите в мощь нашей армии… и в мощь немецкой армии тоже… Если бы еще не приходилось верить в чистую удачу…
Сталин снова затянулся трубкой, заложил свободную руку за спину, сжав ее в кулак. Задумался, склонив голову.
— Коммунисты не верят в удачу, — сказал он, после долгого раздумья. — Не верят. Но…
Сталин усмехнулся веселым дьяволом.
— … Но если другого выхода не остается, может быть и в самом деле стоит спросить у судьбы? — спросил он у Шапошникова.
Верховный аккуратно положил трубку на стол, так, чтобы на столешницу не просыпались тлеющие крошки, затем достал из кармана монету. Обычный пятиалтынный, пятнадцать советских копеек.
— Орел — начинаем, — предложил он. — Решка — отменяем. Посмотрим, благоволит ли судьба материалистам?
Ошарашенный начальник Штаба открыл рот, пошевелил враз побелевшими губами, пригладил волосы. Но так и не нашелся, что сказать.
Подкинутая коротким скупым движением сверкающая монетка блеснула в солнечном свете, как крошечная золотая рыбка. Сталин ловко поймал ее в одну ладонь, прихлопнув другой. Не глядя на результат, отвернувшись, взял одной рукой спичечный коробок, вытряхнул рядом с трубкой все спички. Положил монету внутрь коробка, все так же, почти на ощупь.
— Черт побери, — прошептал Шапошников, который понял, как ошибался, когда думал, что знает все о невысоком человеке в полувоенном френче, мягких сапогах и с неизменной трубкой.
Щелчок закрытого коробка прозвучал в полной тишине, как лязг затвора.
Сталин положил вместилище с монетой на угол стола. Обычная коробочка из шпона с зеленой этикеткой и надписью 'Люкс; главспичкпром', в которой теперь хранился неизвестный никому результат совета Верховного с судьбой.
— После победы посмотрим, — сказал Сталин почти весело, щурясь в недоброй усмешке. Пойдемте к товарищам, Борис Михайлович, начнем составлять директиву о начале операции. Свою судьбу мы будем ковать сами.
а что было дальше — в свое время…