Алексей Борисов - Смоленское направление. Книга 2
Ликарио, проведший детство в полной нищете, запрыгал от счастья. Ограбивший соседа, дабы вооружиться и пойти на войну, он получил звание рыцаря на поле боя. Согласился сопровождать посла в Смоленск только из-за обмундирования. Всё, что на нём было надето – с чужого плеча.
– Главный приз турнира, 'Чаша из Назарета' вручается Гюнтеру Штауфену из Самолвы, как обладателю наибольшего числа побед. Император Фридрих должен гордиться своим сыном. – Тороп вручил чашу.
И тут многие раскрыли рты. Участие принца в турнире – это событие. Бременские купцы захлопали в ладоши, выражая свою радость. И лишь римский посол схватился за голову, вспоминая сыновей Фридриха, был ли Гюнтер среди них. В памяти всплыл Уголино Буццакерини, разбивший в пух и прах флот генуэзцев и молоденький рыцарь, стоявший рядом с ним, когда его, Убальдино, с верёвкой на шее вели в трюм.
– Похож. – Подсказывала память.
Зрители левосторонней трибуны ещё долго шумели, обсуждая справедливость решения судей, отдавших победу латинянину. По их мнению, сумевший сохранить оружие Свиртил, и должен был победить, так как, в реальном бою шансов у вооружённого – больше. В процессе спора всплыла мысль, что судьи куплены и, искать правду бесполезно. На правой стороне, события разворачивались несколько иначе.
Князь поздравил призёров, пообещал позвать на пир, забыв уточнить, когда и во сколько, после чего отправился в комнату отдыха и изъявил желание рассматривать гобелены у себя в кремле. Гридни материю со стены сняли, упаковали и вскоре, Всеволд Мстиславович с чистыми руками и спокойным сердцем утаптывал снег копытами своего коня в сопровождении ближников.
Купцы Бремена порешили устроить праздник, сварить пива и отметить, как следует, безоговорочную победу немецкого оружия. Ибо участников было много, а почти земляков всего двое, но они в списке победителей. Смоленские купцы тоже решили не отставать, договорившись собраться в корчме и гудеть там, пока хватит сил.
Ермогена мирские дела интересовали мало, задуманное – удалось, можно и в келью ехать, тем боле, что Серафим привёз смету каменного храма, строительство которого планировали начать весной.
Я же отправился к Ишае, пообещав Савелию присоединиться к празднованию победы в его тереме, как только осмотрю Просперо. Латинянин получил травму, с которой и у нас-то не живут. Тысячи погибли в автомобильных авариях, пока не придумали подголовник. А тут был аналогичный случай.
Возле палатки лекаря стояли римские рыцари. Спорили, и по-моему, больше изъяснялись жестами. Федериго среди них не было. Стражник у полога узнал меня, но не пропустил.
– Велено никого не впускать.
– Понятно, служба. Ишая, ты как там? Мне можно зайти!? – Крикнул через полог.
– Алексий, руки заняты, заходи.
На кушетке, возле жаровни лежал без движения Просперо. Рядом с ним, на табуретке, с деревяшкой в зубах Федериго. Ишая мазал ему руку йодом и явно готовился накладывать гипсовую повязку. Рыцарь терпел и пытался прочесть надпись на бинте.
– Я лекарство от боли принёс. Что с Просперо?
– К утру умрёт. Эти … – Ишая кивнул в сторону Федериго. – Будут дежурить всю ночь. Воротник надо забрать, покойному он ни к чему. А у меня их всего два.
– Может, выживет? Если есть хоть единый шанс – надо использовать.
-Алексий, ты сам-то, в это веришь?
– Верю. Я в последнее время во многое верить стал. Ладно, таблетки на твою сумку положу. С деревяшкой в зубах, дай проглотить две сразу и кляп можно выплюнуть. А морфин Просперо всё же вколи. Удачи.
Я вышел из палатки. Ещё час назад, латиняне были врагами, и мы были готовы искалечить друг друга. Сейчас же, ненависти не было ни капли. Снорри ожидал меня, придерживая осёдланную лошадь, тихо напевая какую-то песенку.
Утром нас разбудил Трюггви, который по договорённости уже два дня ночевал в пристройке терема Савелия со своей командой, заодно охраняя его. Датчанин замучился ожидать во дворе, пока мы выспимся, и стал орать песни во всю глотку. Степанида, пёкшая хлеб, выбежала на крыльцо, нацелившись на певца кочергой.
– Ирод! Куры нестись не будут. Чего разорался?
– Мне скучно. Сколько можно ждать? Ведьма, покличь Снорри. – Трюггви не придал значения предмету в руках женщины, продолжал строгать свистульку, распевая новый куплет ужасным голосом.
– Я сейчас тебе такую ведьму покажу! А ну брысь! – Степанида огрела кочергой дана, да так, что от тулупа на спине пыль поднялась.
– Ай! Ой! За что? – Трюггви от неожиданности выронил ножик со свистулькой.
Поднять руку на кормилицу он не смел, а увернуться уже не получалось. Степанида выбивала пыль из овчины, как из половика. Размашисто и с напором. Дан побежал к сараю, спасаясь от ударов.
– Попросишь ты у меня сегодня пирожков в дорогу. Таких дам, что век вспоминать будешь.
– Хрясь! Хрясь! – Раздовалось возле пристройки.
Гаврюша, проснувшись первым, видел всю эту картину и, схватившись за живот, чуть не покатился по снегу, смеясь, пока не выступили слёзы. Вскоре повылезали и остальные, за исключением семейных пар. Экзекуция закончилась, Степанида с минуту постояла перед закрывшейся у самого носа дверью в сарай и с видом победительницы зашагала на кухню. У такой ключницы не забалуешь.
Как ни торопились мы с отъездом, но раньше полудня выехать из города не получилось. После завтрака пришёл Евстафий. Купец поведал об украденных гобеленах из комнаты отдыха и предложил оставить серебро, вырученное на тотализаторе турнира в его банке.
– Оборотных средств не хватает. Богемцы собираются десять поездов с товаром на днях отправить, а наши когда там будут, ещё неизвестно – жаловался Евстафий.
– Подожди, так товар-то твой будет.
– Если бы. Пока зима, они меха хотят. Воск им подавай. Где я это возьму? Я им свечки готовые хотел втулить, так они сами делают. Лексей … – Купец перешёл на шёпот. – Они оружие хотят купить.
– Так в чём проблема? Разве Данила мало производит? Пятнадцать кузнецов у него в артели.
– Да не то. Они хотят как у Гюнтера. Чтобы лошадь и человек. Ну …, конские доспехи и рыцарские. Пять комплектов просят.
– Евстафий, латы – не рубаха. Подвернуть и ушить не получится. С Гюнтером просто было, там Нюра его всего, вдоль и поперёк обмеряла.
– Я это тоже им говорил. Они чучела привезут. А бардинг подобрать не сложно. Лошадки что у них, что у нас одинаковые. – Не унимался Евстафий, продвигая идею торговли оружием.
– Ничего не выйдет. Если им нужны доспехи, то пять комплектов у меня есть. Пусть покупают и подгоняют под владельцев самостоятельно. А не захотят так, то к Даниле. Я тебе лекала передам, а ты уж сам с кузнецом договоришься. Только сдаётся мне, им один комплект нужен.