Аристарх Нилин - Потерявшийся во времени

Твоя Ольга.

Я судорожно нажал кнопку коммутатора и, не дожидаясь, выбежал в приемную. Хромов сидел и пытался ответить мне по селектору. Повернувшись, он приподнялся, взволнованно спросив:

— Что-то случилось?

— Да, немедленно разыскать Кушнареву. Поднять всех на ноги. Вы слышите, всех, вплоть до моей личной охраны.

— Слушаюсь, — и он засуетился, отдавая указания.

Я вернулся в свой кабинет и, расстегнув ворот рубашки, налил стакан воды. Прошло минут десять. В дверь без стука вошел Хромов. Его лицо было испуганным и видно было, что он пришел с плохой вестью.

— Ну, что жива?

— Не успели. Она застрелилась в тот момент, когда мы подъехали к дому. Пистолет еще дымился.

— Идите, мне надо побыть одному и вот что прикажите до моего приезда ничего не трогать, врачей не вызывать, одним словом ничего не трогать, слышите, — заорал я, — чтобы ничего не делали до моего приезда и машину к подъезду.

Хромов выскочил за дверь, осторожно прикрыв её за собой. Я достал бутылку конька, но рука тряслась, и я разлил его, так и не налив рюмку, поэтому сделал глоток прямо из горлышка. Ничего не почувствовав, я выскочил из кабинета и направился к машине.

Ольга лежала на полу. В руке она держала пистолет. Пуля прошла навылет и из обеих ран на голове текла кровь, образовав на полу огромную лужу. Она умерла мгновенно, так как лицо осталось спокойным, таким, каким я привык его видеть все эти годы. Только сейчас в нем читалось что-то особенное, спокойствие от окончания долгого и трудного пути в этой жизни. Я опустился на одно колено и прикрыл лицо руками. Я чувствовал, как волна боли подходит к сердцу. Я давно не чувствовал этой боли, с тех пор как умер отец. Даже смерть матери и родителей жены, не вызвали у меня тех переживаний, какие я испытал сейчас со смертью Ольги. Я смотрел на её умиротворенное лицо и не мог до конца поверить, что её больше нет, что она навсегда ушла из этого мира, оставив меня в полном одиночестве, наедине со всеми проблемами. Я осторожно, словно боялся разбудить её, закрыл веки и только тогда понял, что она действительно умерла.

Я поднялся и, обернувшись, увидел рядом стоящих людей из личной охраны и распорядился немедленно произвести кремацию и вечером организовать похороны. Времени до окончания операции «Тайфун-2» оставалось слишком мало. Я вышел из дома на улицу. Ветер гнал листву с деревьев, а тучи на небе предвещали дождь. Я приподнял воротник, и посмотрел на охранника, который, открыв заднюю дверь автомобиля, ждал, когда я сяду, чтобы закрыть её. Я посмотрел на небо и неожиданно сказал:

— Олег, пока дождя нет, я немного пройдусь, мне надо немного подумать и побыть одному.

— Слушаюсь, — и он дал какие-то указания по переговорному устройству, которое у него висело на ухе, и закрыл дверь автомобиля.

Я осмотрелся, внутренний двор дома имел детскую площадку. Между двумя домами был построен каменный забор с аркой посередине. Дома были старые, реконструированные лет пятнадцать назад, но внутренняя часть двора так и осталась прежняя. Даже пионер, стоящий посередине на постаменте, остался стоять на прежнем месте. Только горн весь обломался, и от него осталась только арматура. По небу ползли тяжелые тучи и вдали послышались раскаты грома.

Вспышка света, вслед за молнией, которая, извиваясь, ударила о землю с небес и я увидел, как человек, возникший из ниоткуда, повернулся и пошел навстречу мне. Испуга не было, даже любопытства и удивления, только предчувствие того, что все, что происходит сейчас, должно было произойти, не знаю когда, но обязательно произойти. Я вышел из-за статуи пионера, за которой стоял, и крикнул:

— Простите, вы случайно не меня хотели видеть?

Человек в плаще посмотрел на меня, и я узнал его, это был путешественник во времени, с которым я когда-то в юности разговаривал на скамейке. Он посмотрел на меня и видимо узнал, потому что остановился. Я подошел ближе, лихорадочно обдумывая о том, что же мне необходимо спросить у него в первую очередь, прежде чем он снова растает в воздухе, оставив меня наедине с самим собой. Мысли путались в голове и непрерывно перескакивали с одного на другое, словно хотели опередить друг друга в потоке вопросов, которые один за другим возникали в моей голове, наконец, собравшись с духом, я произнес:

— Вы помните меня, я тот молодой человек, на скамейке, которого вы когда-то давным-давно приняли за путешественника во времени?

— Конечно помню, ведь именно из-за вас я здесь оказался. Ну что, вы сделали свой выбор в жизни?

— Как видите.

— А что собственно я должен видеть?

— Как что, я изменил мир, он стал совсем другим, не таким, каким был в моей предыдущей жизни.

— Вот как. Ну что же поздравляю вас, за столь смелый поступок, и он достал из кармана длинного, почти до пят плаща, какой-то предмет, похожий на плеер или калькулятор.

— Подождите секунду, пожалуйста, можно один вопрос?

Он приподнял голову и, внимательно посмотрев на меня, произнес:

— Вы хотите спросить, правильно ли Вы поступили? Не так ли?

— Да, — ответил я и устремил на него взгляд, полный надежды, что он даст мне ответ, на вопрос, который все эти годы мучил меня.

— Так ведь я не знаю, — и он сказал слово в слово то, что давным-давно произнес Петр Петрович Гладышев, — только вам есть, с чем сравнивать конечный результат.

— А разве вы не знаете, как развивалась история, до того, как я попробовал её изменить?

— История, мой друг, только одна. вы её изменили, как же я могу видеть одно и то же время в разных вариантах?

— Но ведь я видел? — воскликнул я.

— Возможно, не буду спорить, — и он снова повернулся ко мне спиной. Я отчаянно пытался понять, как же так. Почему никто не может дать мне ответ и сказать, прав я или нет, и тут, словно что-то озарило меня, и я крикнул ему:

— Но ведь я видел вас почти тридцать лет назад, и теперь снова, мы не могли случайно дважды встретиться и потом, если я изменил мир, то, как вы снова оказались здесь, вас не должно быть в этом мире!?

Он обернулся и, усмехнувшись, произнес:

— Я вовсе не говорил вам, что прилетел из будущего, я просто путешественник во времени. А относительно того, что мы не случайно дважды встретились во времени, это вы правы. Надо же, в конце концов, все исправить. Вы попали в поле инверционного перемещения во времени. То, что вы остались в живых просто удивительно, но еще более удивительно, что вы своего рода зациклились в перемещениях. Впрочем, этому наконец-то пришел конец. Вот почему я искал вас, чтобы исправить ошибку, которую сам допустил во время путешествий.