Владимир Поселягин - Путь истребителя

Мы в это время крутились в ста пятидесяти километрах южнее и не успевали на вызов. Поэтому не дергались, продолжая патрулировать и играя друг с другом в

догонялки, пробуя зайти в хвост друг другу. Когда горючего осталось на пятнадцать минут полета, я отдал приказ возвращаться.

В эфире в это время прошло сообщение о сбитом Кожедубом разведчике. По словам наблюдателей с поста, мощность залпа была такова, что «Юнкерс» просто

разорвало, до земли долетели одни мелкие обломки. У Кужедуба была шестиствольная машинка, как у наших с Микояном ведомых. Страшная штука в умелых руках.

Свои машинки мы теперь чувствовали как пальцы на руке, на любое движение, они реагировали очень чутко, не сразу, но освоились.

Шли мы на бреющем, поэтому при подлете, когда эфир взорвался десятками сообщений, успели приготовится.

Радиостанции, что стояли у нас в самолетах и тот, что находился в штабе, было построено по-другому принципу, нет, шифровальных плат там конечно не было, но

немцам эту волну было не прослушать. Я особо не разбирался, что-то связанно с Герцами, так что общались мы спокойно, без боязни быть услышанными. Тут плохо

было в том, что посты ВНОС таких раций не имели и им приходилось связываться через наш штаб, а это уже потеря времени. Как нам сообщили, полк ночников

атаковали две пары охотников, расстреливая стоянки самолетов и с наземной техникой.

- Внимание. Немцев точно три пары. Они сейчас только так работают. Думаю третья в охранении. Хромой поднимаешься на полкилометра и страхуешь нас, а я атакую

смертничков, что безобразничают у девушек.

- Принял, Соловей.

Позывной Хромой он выбрал сам, так что тут без обид.

- Работаем. Малой. Заходим со стороны солнца.

- Принято, - ответил ведомый.

Тут нам не повезло, или не повезло третьей паре, тут как посмотреть, потому как она именно там и находилась, мы чуть не столкнулись, выйдя друг на друга лоб

в лоб.

Открыть огонь естественно мы не успели, при такой-то скорости, поэтому пролетели мимо разворачиваясь. Разница в скоростях у нас была километров в четыреста в

час.

- Хромой, третья пара твоя. Атакуй! – приказал я, после разворота возвращаясь к аэродрому.

- Принял. Атакую, - ответил командир второй пары. Они уже забрались на семьсот метров, и сейчас по моей наводке стали пикировать на заполошно мечущуюся

немцев.

При заходе на две первые пары «мессеров», выявились первые же недостатки, слишком большая скорость. Мы просто проскакивали мимо. Никакие учебные бой не дадут

того чувства бессилия когда атакуемый объект или резко уходил в сторону или сбрасывал скорость, из-за чего мы пролетали мимо не успевая среагировать.

- Поднимаемся наверх, тут игра идет в одни ворота, - приказал я.

Немцы уже разобрались в примерных ТТХ наших машин, и пытались разработать противодействие. Однако и мы тоже немного разобрались, и определились. Чай не

зеленые салаги, не первый день воюем.

Вкарабкавшись на километровую высоту, мы стали работать старыми добрыми «качелями». Ведущего третьей пары Степка Микоян уже сбил, упустив ведомого, поэтому

мы работали четверо на четверо. Меня немного смущало то, что эти в бега не подались, но потом сообразил причину. Новая неизвестная для противника техника.

Более чем уверен, что сейчас идет сеанс связи между охотниками и их базой. Думаю, драться они будут до последнего, передавая все, что видели о наших машинах

своим.

Новый метод сразу показал результаты, первым же заходом я сбил ведомого второй пары, именно он попал мне на прицел.

Далее все напоминало скорее избиение ягнят. Уйти на свое территорию мы им не давали, ставя огненный завес, остался один «мессер», когда подоспели еще три

пары «лавочкиных».

В баках у нас остались одни пары керосина, поэтому мы направились на базу. Посадка прошла хоть и аварийно, у меня и у ведомого Микояна «умерли» движки на

посадке, кончилось горючее, но благополучно. Движок заглох прямо над полосой.

Подкатив по инерции к капонирам, я открыл фонарь, и вытер мокрое лицо. Тело ломило от перегрузок, все-таки противоперегрузочные комбинезоны спасали не особо,

их еще дорабатывать и дорабатывать.

- Товарищ подполковник? – с надеждой посмотрел на меня Верник, когда я откинул фонарь. Ведь это не только моя победа, но и его тоже.

- Двух свалил, – показал я пальцами.

- Ура!!!

Как только поставили лестницу, кряхтя как столетний дед, я вылез из кабины. Немного постояв, снял шлем и отдал его механику, начав делать лёгкую разминку,

разгоняя кровь. В отличие от меня Степку пришлось вытаскивать, сил вылезти у него не было, все-таки первый бой, выложился полностью. Остальные тоже выбрались

самостоятельно.

Подошедший особист, пару секунд постоял рядом, рассматривая наши пропыленные истребители, и покачавшись с носка на пятку сказал:

- Нужно написать рапорт о вылете и составить отчет с рекомендациями. Их ждут на заводе.

- Сейчас подойдем, - кивнул я, разгибаясь.

Подковылявший ближе ведомый криво усмехнувшись, пробормотал:

- А над болотом мы так и не пролетели. Забыли.

- Ты как себя чувствуешь? – обеспокоенно спросил я.

- Мутит, и тяжесть во всем теле.

- Давай-ка в санчасть. Пусть тебя осмотрят.

- Хорошо.

Проводив взглядом, как пара бойцов усадила Степку в грузовичок и отъезжает в санчасть соседнего полка, я повернулся к остальным.

- С вами я так понимаю все в порядке?

Оба кивнули.

- Хорошо, тогда писать рапорты и отчеты. Пошли к особисту.

Когда мы рассаживались в землянке у особиста, выяснилось, что у всех троих болит спина. Похоже, потянули. Проблема по моему мнению была не в

противоперегрузочных костюмах, а в строении спинки сиденья, нас при перегрузках буквально вдавливало в нее.

На полный отчет нам потребовалось почти два часа, после чего мы стали писать рекомендации, выявляя плохую и хорошую сторону истребителя.

Особист все внимательно читал и подшивал в несколько папок. Его заинтересовал мой рапорт по лучшему применению этих машин:

- Значит вы считаете что «Ла» в данной войне преждевременен?

- Да, его можно использовать как высотный истребитель, для уничтожения разведчиков противника, что великолепно показал майор Кожедуб. Как разведчик,

штурмовик на крайний случай, но не истребитель, те же Ла-7М ему сто очков вперёд дадут. Мое мнение, кроме данных прототипов выпуск истребителей временно

прекратить, продолжив выпускать бомбардировщики. Насколько я знаю, они показали великолепные результаты при налете на Варшавский железнодорожный узел.