Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Одышка началась почти сразу, после первого круга. Каждый круг был примерно около двух сотен метров.

«Исаев, ты вообще раньше не бегал, что ли⁈» — внутренне ругался я, пытаясь держать темп и дыхание.

На пятом круге в боку закололо. На десятом я решил, что на следующем круге просто умру. В пятнадцатый просто сам не верил. Последние круги бежал уже на морально-волевых. Легкие жгло, ноги одеревенели настолько, что я еле их переставлял. Со стороны это мало походило на бег, скорее, на прогулку девяностолетнего старика. Но я добежал. Добежал двадцать кругов.

Весь залитый потом, но довольный собой подошел к Тренеру. А он скомандовал:

— А теперь разминка.

А чем были эти двадцать кругов⁈

Ладно, работу на середине пути не бросают.

— Я покажу, — позвала Лиза, пока Тренер вернулся к тренировке остальных парней.

— Живой? — с ухмылкой спросила она, когда мы отошли в зону без снарядов.

Это был квадрат пять на пять метров, где можно было спокойно разминаться и никому не мешать.

— Легкий, как пушинка, — с улыбкой отвечал ей, хотя у самого колени ходуном ходили.

— Как скажешь. Сделаем небольшую зарядку и потянемся. Потом отдам тебя на растерзание Тренеру.

— Какая ты добрая.

— О, ты еще поймешь, как недалек от истины. Повторяй за мной.

Лиза показывала упражнения и делала их вместе со мной. Прыжки, падения, носки вместе, пятки врозь или как там. С прыжками все было плохо, но нежелание ударить в грязь лицом перед девчонкой, пусть и куда более спортивной, чем Исаев, прибавляло сил. Точнее, хотя бы просто держало на плаву.

А вообще, мне понравилось. В конце концов организм понял, что с него так просто сегодня не слезут, и выдал порцию эндорфинов.

Лиза была хороша. Двигалась легко и непринужденно — гибкая, словно кошка или, скорее, пантера. Под ее влажной кожей скользили жгуты мышц, а потная форма облепляла фигурку. Особенно когда она начала делать растяжку. Великолепные виды приковывали мой взгляд.

— Меньше глазей, больше делай! — глянула она через плечо, сидя в шпагате.

Я с трудом перевел взгляд с ее ягодиц на лицо. Но она как будто и не была против. Скорее всего, давно привыкла — это же просто зал для тренировок. Хочешь не хочешь, а на тебя здесь все равно будут глазеть. Оценивать твою форму и сноровку.

Через четверть часа мы закончили разминку. Хотя я бы назвал это заминкой, потому что уже чувствовал себя выжатым, как половая тряпка.

Тренер как раз закончил с парнями и помахал мне рукой, подзывая к боксерским грушам.

— Как ты держишь удар и как тебя валяют по рингу, я уже видел. Теперь хочу увидеть, как ты наносишь удары, — произнес он, вставая позади большой груши и обхватывая ее руками. — Бей, как умеешь.

Пот заливал мои глаза, воздух со свистом вырывался из груди; казалось, что и всего кислорода мира не хватит, чтобы я восстановил свое дыхание. Сердце просто ходуном ходило, а тело наливалось тяжестью. Ничего, это просто с непривычки так.

Груша оказалась жесткой, а кожа на костяшках Исаева — очень нежной. Содрал ее до крови после первой же серии ударов, но атаки не прекратил. Вспоминал всевозможные комбинации из прошлой жизни, удары руками и ногами и тут же применял их на груше. Выходило… поначалу просто ужасно. Мозг знал, как бить, а тело — нет. Удары получались неуклюжими, я часто терял равновесие. Но не отступал. Постепенно мозг начал дружить с телом. Понемногу, по чуть-чуть движения становились увереннее, ноги стояли на земле крепче, и все лучше включался корпус.

— Все, ямэ! — скомандовал Тренер. Он даже не вспотел держать грушу. — Бьешь, как котенок, но потенциал имеется. Где ты всему этому научился?

— Да так… — с трудом отвечал я, наклонившись и уперевшись руками в колени. Пот чуть не ручьем капал на пол. — Книжки читал.

— Оно и видно, что прочитал немало, — хмыкнул Тренер, снял и протер очки. — Не забросишь — выйдет толк, забросишь… на глаза не попадайся. А на сегодня свободен.

— Да, Тренер, — ответил и поплелся в раздевалку, еле переставляя ноги.

Прохладный душ привел меня в чувство. Голова после такой жесткой тренировки была приятно пустой.

Раздевалку я покидал последним. Вот почему Тренер был недоволен опозданием — ему пришлось дольше работать со мной. В зале большинство ламп уже не горели, было тихо и пусто. Тренер ходил, собирал снаряды и веса, ставил их на место. Свет горел ярко только в его каморке справа. Похоже, он здесь и живет.

— Доброй ночи, Тренер, — произнес перед выходом.

Он угукнул в ответ, и я покинул зал. На улице уже стояла темень, накрапывал мелкий и холодный дождь, но холода я просто не ощущал. По пути домой заглянул в мелкую забегаловку на первом этаже жилого дома, купил две шаурмы. Себе и Роману. Есть хотелось зверски. До дома не дойду — упаду в голодный обморок, если сейчас же не поем.

Да, хорошая вышла тренировка. Шел и как будто был все еще в зале, ощущал в носу аромат коричневой кожи, в которую была затянута боксерская груша, видел, как Лиза, сидя в поперечном шпагате, наклоняется и тянется то к одному носку, то к другому. Мышцы наливались приятной свинцовой тяжестью.

Еще бы шаурма была такая же вкусная, как та, какую покупали с Григорием на вокзале!

К десяти вечера добрался до дома. Потные вещи закинул стираться, а сам тут же поднялся на мансардный этаж. Половина пола была отмыта стараниями Романа. Темное дерево блестело влагой в желтом свете лампочек.

— Держи перекус! — вручил я другу еду, завернутую в фольгу. — Еще теплая.

— О, убить готов за шаурму! — обрадовался он.

— Ага, ешь. А я пока сменю тебя.

Хоть я и был уставшим, но взялся за работу с обычным рвением. Роман тут пахал один — теперь моя очередь.

Грязь и пыль, затхлый запах уносились в открытые окна, уступая место ночному осеннему холоду. Доску за доской я отмывал пол от застарелых пятен. Заодно перебирал коробки со старым хламом, которые здесь остались от прошлых жильцов. Ничего полезного в них не нашлось: сгнившие ткани и книги, содержимое которых уже и не прочитать, веревки да битая посуда. Роман притащил мусорные мешки — я забивал их