Игорь Шилов - Опыт поколений

- Сейчас приду, поспишь тут с вами, бегаете туда сюда.

Девушка закрыла дверь и ушла, я приподнялся и сел на своей импровизированной кровати, так и продолжая думать о жизни. Вот интересно, а почему эта девочка не ушла со своими подружками и не сдала нас, боялась, как и они погибнуть во время нападения, хотя её могли убить и на нашей стороне, а девчонки эти погибли можно сказать случайно. Не напились бы, вместе со своими ухажёрами, может и до сих пор жили себе вполне счастливо, и не терзали свои юные головки, размышлениями о предательстве.

Я поднялся, отряхнулся от прилипшей травы, одел ремень, накинул плащ, нахлобучил кожанку на голову и вышел на свежий воздух. А может всё дело во мне, может быть я чего то не правильно делаю. Условия в которых мы обитаем уж очень какие то жёсткие, наверное и мне жестче надо быть, хотя бы по отношению к себе, хотя куда ещё то жестче.

Пока я дрых или скорее делал вид, что этим занимаюсь, наши успели обустроиться. Раненые и слабый пол устроились во второй избе, новенькие заняли одну из бань, а Торопов, Петровский и уже считавший себя выздоровевшим Веснин, ждали когда я проснусь в женском доме.

Пока специально для меня разогревали кашу, поговорил с ранеными мужиками, которые, на мой взгляд, выглядели на много лучше, чем когда я их увидел в шалаше. Только пожалуй Севостьянов, смотрелся ещё не очень, но это и понятно у него аж две дырки, пусть и сквозные. По словам медиков Зимин и Иванов недельки через две смогут встать, а через месяц будут, как новенькие, а вот Витёк на долго у них прописался, его они не меньше трёх месяцев собираются держать на постельном режиме, но это тоже не страшно, главное, что живой остался.

Пожевав не солёной каши, пошёл знакомится с бойцами, прибывшими к нам буквально на кануне. Думаю у них ко мне много вопросов накопилось, хотя наши уже ввели их в курс всего, что с ними произошло. Они само собой, сразу не поверили рассказчикам, думали разыгрывают, всё пытались до меня добраться. Но когда наш санинструктор им всё по свойски объяснила, с использованием не нормативной лексики, мужики вроде успокоились и стали задавать вопросы по существу. Так что сейчас пожалуй мне с ними полегче разговаривать будет.

Беседа в бане затянулась часа на три, сначала я подтвердил, как старший по званию, что их не разыграли и всё действительно так, как им до этого говорили, потом они все сразу и по одиночки меня спрашивали, как такое вообще возможно. А когда с этим покончили, настала моя очередь вопросы задавать и проверять документы, что тоже заняло не мало времени, потому что делал я это на полном серьёзе, больше к моём отряде людей, с кем лично не поговорил, не будет. Когда же утрясли все формальности, вышли на улицу с сержантом Ерёминым, перекурить, а на самом деле переговорить без посторонних, о его людях. Мне как минимум два человека для разведки нужны, мои же все в лазарете, да и вообще хотелось мнение сержанта узнать о настроении в коллективе.

Бойцов в разведгруппу, командир этого подразделения, порекомендовал мне сразу же, как оказалось несколько человек у него бывали в тылу у немцев и проявили себя там хорошо. Что же, с этим не поспоришь, иметь под рукой бывалого разведчика лучше, чем новичка. А про настроение он мне так сказал:

- Я, товарищ лейтенант, за каждого, как за себя поручусь, видел их в бою. Не скажу, что все герои, да и мне самому не раз так страшно бывало, что еле сдерживался, чтобы дёру не дать, но вот предателей среди нас нет, в этом можете не сомневаться.

- Будем надеяться, что так и есть. Ты сержант не обижайся, но наверное знаешь, что с нами приключилось несколько дней назад, поэтому и вас так проверяю.

- Я не обижаюсь товарищ лейтенант, в особом отделе и похлеще бывает.

- Что приходилось бывать?

- Так я от самой границы топаю, чего только за это время не повидал и в окружении не раз был, и на прикрытии оставался. А после такого, обычно, до своих самостоятельно добираешься, поэтому без особистов проверки на вшивость и не обходились.

Сержант почти до ночи рассказывал мне разные истории, которые с ним приключались на фронте, а я в перерывах, между его рассказами, вводил его в курс местных реалиев. Расстались мы, как старые товарищи, много чего знающие друг про друга, так иногда бывает, когда знакомишься с человек в сложные для вас обоих моменты жизни.

Но, как пишут в романах, расставание наше было не долгим, эта группа людей сейчас главная наша сила, несмотря на то что сил у них, надо думать, не так много, как хотелось бы. Моё раннее пробуждение, принесло ясность мыслей и веру в неизбежность победы добра над злом, вчерашнюю слабость мозгов спишу пожалуй на контузию. А что ещё остаётся делать, пожалел себя любимого и достаточно, жалость к себе плохой помощник в такой ситуации, как мы оказались. Она действительно дерьмовая, даже я, относящий себя к оптимистам, не очень понимаю каким образом можно пережить зиму в таких условиях. Про продуктовую корзину я даже и не вспоминаю, такое не забудешь, двадцать три мешка картошки и мешок перловки, на двадцать пять человек, и это на целую зиму, когда есть хочется почему то на много больше чем летом. Но кроме этого много и других непоняток, где разместиться, чём обогревать помещения, на чем спать, из чего есть и много ещё чего. Хватило же у кого то ума вывезти всё самое ценное отсюда, хорошо, что хотя бы хозяйские телеги не уволок, да разные мелочи оставил, вроде столов, полок, ящиков и сундуков, но кто же мог знать, что так всё обернётся.

Хотя эту тему лучше не затрагивать, если тебя здесь за старшего держат, то кроме тебя про это вроде и думать больше никто не обязан.

- Хорош дрыхнуть - поприветствовал я жителей бани, прямо из предбанника.

- Лейтенант, темно же ещё, дай поспать - запротестовал сержант, признавший наверное меня по голосу.

- Вставать надо Серёжа, дел полно, а то через пару месяцев можем и не проснуться вовсе.

Как я не старался, но всеобщая побудка произошла только через час, да это и понятно, люди же не смогли себе позволить весь вчерашний день проваляться на сене. Поэтому сегодня зверствовать не стал, с завтрашнего дня начну гайки закручивать.

Пока было время осмотрел, машину, в кузов я только мельком загляну, а в кабине так вообще не рылся.

Спасибо бывшему хозяину тачки передал, запасливый мужик оказался, царство ему небесное. Кроме бочек с бензином нашёл ещё четыре полных канистры с горючим и две с маслом, аккуратно прикрепленные к бортам жёсткой резиной, помимо этого полный комплект авто инструмента и два домкрата, про вторую запаску поблагодарил отдельно.

Изучение кабины тоже принесло не мало сюрпризов, хотя бы взять старенький ТТ и реальную, вполне пацанскую финку, а чем скажите на милость плох почти не тронутый блок зажигалок в бардачке или фляжка со спиртом, найденная там же. Даже рулон туалетной бумаги не выглядит смешным и ненужным, при полном отсутствии бумажных изделий в данном месте, а как я обрадовался тюбику "поморина", это словами даже передать не возможно. Вкус этой зубной пасты пусть и не много странноватый, но это же не зубной порошок, которого кстати, здесь тоже не просматривается.