Андрей Акулов - Выжить любой ценой

– Я не спрашиваю, как зовут тело, я спрашиваю демона внутри него,- перебил мужчина.

– Я не де-емо-о-он!- завопил Вася.

Сквозь мутную завесу на глазах он увидел приближение летящей в воздухе ярко оранжевой змейки.

– А-а-а!..

Вновь зашипела кожа, и новый приступ дикой боли опалил грудь.

– Просыпайся, бес,- запел лысый.

Резкая боль резанула печень глухим ударом.

Внезапно Вася понял, что от него требуют:

– А-а-а!.. Б*дь, с*ка, пид*р, еб*чий!!!- завопил он.- Иди на х*й, лысое х*ило!..

– Как зовут тебя, демон,- облегченно выдохнул мужчина.

– Жопорватель уеб*нов, лысый пд*р!- Вася решил, что именно этого от него и ждут.

– Именем Господа нашего Иисуса Христа, изгоняю тебя, дух, Жопорватель сатанинский…- запел лысый.

Вася стал корчиться, плеваться и ругаться еще красноречивее. Он когда-то давно видел в кино, как изгоняют дьявола и решил, что это будет не лишним. Лысый пел, крестил и брызгал прохладной водой из чаши на лицо пленника после каждого крещения. При этом Вася кривлялся и высовывал язык – все по сценарию.

Когда лысый закончил, Вася беспомощно повис, словно бесовские силы действительно его покинули. Его мучитель подошел вплотную и начал бережно вытирать лоб Василия мокрой тряпкой.

– Э-эй. Брат Василий,- тихо позвал он.

– А! Где я?- Вася вздрогнул и поднял голову.- Где я? Что это за место?

– Не пугайся. Это чистилище. Ты был одержим бесом, и я изгнал его. Надеюсь на это,- сказал лысый и стал протирать каким-то дурно пахнущим маслом недавние ожоги на груди пленника.

– Я ничего не понимаю. Я умер? Я в аду?

– Успокойся, брат Василий, я же сказал – это земное чистилище. Здесь лучше всего отделяются демоны от бессмертных душ.

– Да! Демон вышел из меня. Я почувствовал это.

– Все позади, осталось только убедиться, что бес покинул твое тело, а не затаился,- сказал лысый и взял тот же раскаленный прут.

При этих словах Вася закрутил головой, страх пополз по коже и заставил приподняться мокрые волосы на голове:

– Не-е-ет… Я клянусь. Ни какого демона во мне не… а-а-а, с*ка!

Глаза лысого сверкнули:

– А-а. Прячешься нечистый,- протянул он, криво ухмыляясь. – Я тебя достану.

Он пошел к печке, положил в топку остывший прут и рванул на себя какой-то рычаг.

Вася тут же почувствовал нарастающее тепло в ногах и завопил:

– Что вы делаете? Отпустите меня! Я больше не буду ругаться. Клянусь! А-а-а!..

Жар стал невыносимым. Вася пытался хоть как-то убрать ноги от огненного потока. Он крутился, изворачивался змеей, рвал, не чувствуя как сдирает кожу. Боль была просто адской. На этот раз он не притворялся, извиваясь в муках: ступни горели и шипели как шкварки на сковородке. Пахло кровью и паленым мясом.

– Изыди нечистый…- пел лысый.

В глазах помутнело. Ноги застыли и онемели. В ушах зазвенело, и Вася провалился в пустоту…

Струя холодной воды ударила в грудь, и пленник вскинул голову. Он попытался что-то сказать, но пересохшее горло выдавило только болезненный хрип.

– Брат Василий, это ты?- спросил лысый, протирая мазью почерневшие ступни пленника.

Вася посмотрел на свои обугленные ноги. Ноги!? Это были куски прожаренного мяса, с лопнувшей, обгоревшей кожей. Пальцев не было. В место них торчали белые косточки, словно когти на медвежьей лапе.

Лысый поднялся и подошел вплотную:

– Или ты, Жопорватель?

В лицо ударило зловонное дыхание. Вася скривился и процедил сквозь зубы:

– Да-а, с*ка! Ты пид*р конченый. Еб*л я вашу Церковь. Я никогда не оставлю это тело! Понял!..

Что заставило Васю сказать такое, он не мог понять. Да и не пытался. Может в нем действительно жил демон или злость взяла верх над рассудком? Он не знал.

– Мне очень жаль,- сказал лысый и перекрестил Василия.

Вася плюнул в ненавистное очкастое лицо, попытался рассмеяться, но закашлялся. Он успел заметить в руках палача черный предмет, напоминающий пистолет с толстым коротким дулом. Холодное кольцо с силой прижалось к левому виску. Щелчок, глухой удар и тусклый свет моментально погас…

Вася открыл глаза, точнее к нему вернулось зрение. Мелькнуло желание подумать над происходящим, обеспокоится невероятными происшествиями, но оно тут же исчезло. Он вновь парил под потолком. Его изуродованное тело беспомощно повисло в кандалах. Возле левого уха чернела дыра, размером с пятак. Лысый мучитель, прощупав пульс на его шее, нажал какую-то кнопку на стене и вскоре в комнату вошли двое мужчин в черном. Они стали возиться с мертвым телом, и Вася потерял интерес к происходящему. Он развернулся. Черный вихрь уже поджидал за спиной. Сопротивляться движению не хотелось, и водоворот вновь плавно подхватил и унес его куда-то ввысь.

Беззаботное счастье охватило летящего Василия. Он парил в чистом вакууме. Не было ни образов, ни мыслей, ни слов, ни чувств, но какая-то точка сознания все-таки воспринимала себя как Василия. Внезапно он врезался в жесткую преграду. Проломил ее и рассыпался на миллион осколков. Они хаотически закружились, и Вася полностью утратил какое-либо чувство целостности.

Холодные, липкие прикосновения упругих червей мгновенно собрали воедино разбросанное во тьме сознание. Вася вскочил на ноги одним рывком и заорал, но отчаянный крик внутри него, вырвавшись наружу, прозвучал как-то вяло и неправдоподобно, словно плохой и ленивый актер пытался изобразить ужас. Он стоял посреди необъятного поля вьющихся фиолетовых червей. Ворсистый ковер покрывал всю видимую даль, сливаясь воедино с лиловым небом. Ноги по колено увязли в живой обволакивающей массе. Абсолютно голое тело было покрыто зеленоватой слизью с фиолетовыми разводами.

По коже прошли волны омерзения. Вася неуклюже затопал на месте, отвоевывая себе у фиолетовых монстров кусочек земли, судорожно отряхиваясь и отплевываясь. Под ногами что-то глухо лопнуло. Из трепыхающегося червя вырвалась густая струя, тут же исчезнув в общем месиве.

Когда первый шок прошел, и ноги немного привыкли к постоянному движению скользких тел, он огляделся по сторонам. Конца этому фиолетовому полю видно не было. Где-то оно уходило к самому горизонту, чуть поднимаясь в горку, где-то обрывалось, вероятно, спускаясь вниз. И все вокруг шевелилось и жило своей жизнью, не обращая внимания на дуновение легкого теплого ветерка.

Вася перевел взгляд на тусклое солнце. Оно не резала глаза, не слепило, не обжигало. Просто красный круг в однородном лиловом небе спокойно висел и равномерно освещал колышущееся поле. Ни единой тучки на горизонте, только чуть заметная дымка. В тяжелом воздухе, пахнущем прокисшим медом, не летали птицы, не жужжали насекомые. Вообще стояла тишина, за исключением еле уловимого шороха от трения червей.