Василий Панфилов - Улан. Трилогия
Вскоре после неудавшегося мятежа, Грифичу пришёл очередной пакет документов из адвокатской конторы. Шуршание бумаг, чтение... Информация интересная - юристам удалось выбить кое-какую бывшую собственность Померанской династии. Не слишком много - только "выморочные" имения и фермы, да ещё и только в Шведской Померании - с Прусской пока глухо.
Формально список владений достаточно велик - два десятка мыз, ферм и имений. Но вот на деле... На деле теперь он мог назвать себя помещиком средней руки, но на уровень имперского князя по благосостоянию никак не тянул. Много Владимир не думал и тут же написал им, чтобы продолжали свою деятельность по возвращению его собственности и дальше, ну а средства на неё брали, сдавая пресловутые фермы арендаторам.
Медленно? А что делать... Но впрочем, не так уж и медленно - прецедент уже создан, так что дальше дела пойдут немного проще. Мелькнула было мысль пусть в дело средства, заработанные на службе в России, но пропала - несмотря на наличие русских войск на территории Пруссии и Померании, дела складывались не так хорошо, как хотелось бы. Нет, ничего определённого, но... мутно.
Да и откровенно говоря, выкупом бывших владений Грифичей заниматься не хотелось - это могло создать прецедент, но на этот раз не в пользу князя. Впрочем, дело тут было не только в прецедентах, но и в политическом влиянии. Сейчас он - воспитатель цесаревича и одно из доверенных лиц русского императора. Проще говоря - "давить" его юристам на судей станет намного проще. Пусть и считается, что суды в Западной Европе беспристрастны, но это далеко не так. Ну и... Одну и ту же статью закона в большинстве случаев можно трактовать по разному.
С Павлом, кстати, дела обстояли неважно. Нет, Владимир не потерял его доверие и цесаревич по прежнему любил его и доверял. Но вот психологически ему было тяжело - пусть он и не слишком любил мать, но это всё-таки мать, да и возраст у него пока ещё такой... Неподходящий.
Разговоров о Екатерине мальчик не вёл - понимал, что ТАКОЕ в принципе не прощается. Раскрылись уже планы насчёт убийства Петра после переворота, так что...
Предательство же Панина, выступившего на стороне Екатерины, мальчишка воспринял спокойно и на его слова о том, что переворот совершался в пользу цесаревича, только скривил гримаску. Ну в самом деле - верить в такую ерунду не мог даже ребёнок.
Цесаревич прекрасно понимал, что придя к власти, заговорщики первым делом принялись бы набивать карманы, а благо государства подождёт... Ну и соответственно - к власти Павла не допускали бы очень долго и вопрос ещё - а допустили бы вообще? Как-то сомнительно звучит - допустить до реальной власти человека, наследство (страну) которого ты грабил (если бы планы заговорщиков осуществились) в течении многих лет. Он ведь и спросить может...
Понятное дело, что понял это Павел не сам, хотя вообще-то - ребёнок рос умным. Объяснил наставник, научив с помощью простейших логических блоков "ковыряться" в происходящем.
- Плохо мне, - мрачно протянул мальчик, прижавшись к боку Владимира во время прогулки по парку.
- Понимаю, - столь же мрачно ответил тот, - я ведь тоже со многими из них знался.
Позитив и прочая хрень? Ну так психологом попаданец не был (пусть и частенько бывал в их кабинетах), а натужные попытки развлечь ребёнка "любой ценой" считал неправильными. А вот если он поймёт, что плохо не ему одному, а всем близким, пережившим такое предательство... Общее горе объединяет.
- А их правда опоили? Ну, гвардейцев? - спросил мальчик чуть погодя.
- Правда.
Успокоенное сопение - всё-таки приятно осознавать, что настоящих предателей меньше, чем казалось вначале...
- Они ни в чём не виноваты?
- Виноваты, конечно, - серьёзно ответил князь - он вообще со свои подопечным старался общаться "по взрослому" В меру, кончено - ребёнок есть ребёнок и оседлать шею Наставника или поиграть в карты на щелбаны - это нормально.
- Виноваты, - повторил Рюген, - они просто обнаглели, понимаешь? Привыкли считать себя "солью Земли" просто на том основании, что достаточно высокородны и служат в гвардии. Забыли, что русское дворянство - это прежде всего обязанности, а потом уже - привилегии.
- Бабушка распустила? - повторил Павел слова отца.
- Она, - со вздохом признался Наставник, - не она одна, понятно. Просто она допустила появление при дворе группы людей, которым можно практически всё, вот и... Ну а умные и беспринципные люди могут без особого труда повернуть их в нужную для себя сторону. Так... Вроде бы невинные разговоры, потом чуть более серьёзные, ещё чуть... Затем добавить какую-нибудь дрянь в вино и вот уже гвардейцы идут устраивать переворот, искренне считая себя правыми.
- Но ведь они невиновны? - С нотками сомнения спросил Павел.
- Виновны - и ещё как. Это солдаты из крестьян могут не понимать сути происходящего, а дворяне обязаны задавать себе и окружающим вопросы, думать о сути происходящего. Ну а если нет... То ты либо просто дурак, либо в чём-то согласен с зачинщиками мятежа.
Зачинщиков "потрошили" очень серьёзно, ну так и на кону стояло государство! Пётр ходил злой и видно было - всю демократичность и либерализм из него выбило. Ну а теперь - он выбивал из вельмож-мятежников имущество.
Одно только "раскулачивание" Разумовских дало Императору свыше полутора сотен тысяч крестьянских душ - и это при этом, что "душами" тогда считались только мужчины старше определённого возраста... А ведь были ещё и другие - бывший канцлер Бестужев-Рюмин, Пассек и многие, многие другие... Общая численность крестьян, перешедших в собственность императора, составила свыше полумиллиона душ**.
Император обчищал заговорщиков не только от жадности - тут скорее главенствовало решение лишить их материальной базы и показать - что бывает, когда влезаешь в заговоры. Затем уже - денежный вопрос и наконец - освобождение крестьян. Нельзя сказать, что Пётр был таким уж противником крепостничества..., но не понимать - насколько это вредно для экономики страны, он не мог, вот и решил действовать, раз уж появилась такая возможность.
После первой волны раздачи имений (без крестьян) "истинно верным", последовала и вторая - армейским офицерам и дворянам, отличившимся в боях и прежде всего - многодетным. Здесь была та же стратегия - по чуть-чуть, но многим. И "многим" было в буквальном смысле - небольшие поместья по шестьдесят-двести десятин получила почти тысяча человек, причём исключительно майораты, завязанные на службу. Государь не скрывал своей философии от Владимира...
- Когда делаешь благодеяния многим и понемногу, они остаются благодарны, а когда много и немногим - они начинают считать это должным.