Михаил Бураков - В окопах времени (сборник)
– Да, прапорщиков… то ли восстание подняли, то ли революцию… Так это ж декабристы! – внезапно озарило гостью. – Но Николай их всех… – девица сложила пальцы в кулачок, выставила указательный, подняла большой и сказала загадочное: «Тыж-тыж-тыж-тыж-тыж».
– Что, простите? – поднял брови следователь.
– Ну это… казнил их всех, поубивал…
Следователь закашлялся и многозначительно переглянулся с помощником.
– Продолжайте, пожалуйста, Анна Васильевна.
– Было это в девятьсот пятом… ой, в восемьсот пятом… или двадцать пятом году… О! Грибоедов еще говорил, что ста прапорщиков недостаточно, чтобы изменить что-то в России.
– Уточните, пожалуйста, какой Грибоедов? – попросил следователь.
– Ну тот, у которого «Горе от ума». У меня еще по нему сочинение было…
– Не скажете, поддерживал ли он декабристов? – спросил Христофор Иванович.
– Нам говорили… говорили… – стала вспоминать гостья, – нет, он их не поддерживал, но его книгу, «Горе от ума», запретили, и она была у каждого декабриста. Она их вдохновляла… Его поэтому и посадили…
– Вы не знаете, он потом участвовал в каких-нибудь мятежах, восстаниях? – не унимался следователь.
– Нет, его потом убили. Он дипломатом был, его послали в Персию… а может, к туркам… ну куда-то туда! – махнула рукой в сторону Анна Васильевна. – Он мир очень хороший заключил, его потому и убили, порубили на куски.
– Кстати, а что вы скажете про судьбу Пушкина и Лермонтова? Ваши друзья утверждают, что они тоже убиты.
– Да, Пушкина убил Дантес, на дуэли. Кажется, в 37-м году. Или он родился в 37-м? Не помню. Нет, не убил, а ранил. Пушкин застрелил Дантеса, но и сам умер. Он долго умирал и с книгами прощался…
– А Лермонтов?
– Лермонтов? Его тоже на дуэли убили, молодой был, лет тридцать… Где – не помню… Помню, он бабушку любил, и она его. Кавказ любил, про него стихи писал…
Константин Петрович довольно кивнул. Что ж, Анна Васильевна демонстрирует пока отменные знания истории для гостей. Пусть и много ошибок совершает, но хотя бы знает, когда воевали с Наполеоном и некоторые другие подробности… Кстати, даже из этой обрывочной информации можно кое-что выцедить. Лермонтов любил Кавказ, значит, он туда ездил, и, возможно, его там и убили горцы…
– Про великих поэтов и писателей мы с вами еще поговорим. Давайте вернемся к царствованию Его Императорского Величества Николая I. Вот один ваш друг говорит, что его расстреляли большевики…
– Да нет, это не его расстреляли, это Николая II с семьей…
– Ваши друзья, кстати, с вами согласны.
– Это Костян, что ли, Николаев попутал?
– Да, Константин Петрович, – подтвердил Христофор Иванович. Вдруг из-за занавески, отгораживающей часть комнаты, вышел высокий красивый мужчина. Следователи попытались привстать, но он остановил их жестом.
– Не помните, сколько правил Николай I?
– Долго, лет двадцать… Нет, двадцать это много, скорее пятнадцать.
– Много?! – мужчина хотел что-то сказать, но сдержался. – А как он умер?
– Как-как, взял и умер… Откуда мне знать?
– Не вспомните, кто правил после него?
– Александр какой-то…
– Александр Николаевич?
– Возможно. А потом Николай II… Они так чередовались, Александр – Николай, Александр – Николай… Нет, Александров трое было, а Николай II последним. Значит, после Александра был еще один Александр… или два… Какого-то из них прозвали Освободителем.
– За что? – полюбопытствовал мужчина.
– Он это, крепостное право отменил.
– На каких условиях, не знаете?
– Землю отобрал у крестьян, выдал плохую, а что получше – помещикам, да еще работать заставлял: вроде свободные, а вроде и нет… Плохо, в общем, вышло… Еще он потом не умер, а притворился мертвым, а сам пошел по России гулять и долго там жил…
– Есть такая легенда про мое… про Александра I.
– А я про кого говорю? – не поняла Анна Васильевна.
– Александр I царствовал с 1801 по 1825 год и уже умер, – терпеливо разъяснил мужчина.
– Точно! – лицо девицы озарилось каким-то светом. – Точно! А Александр II – он хороший был… наполовину. Много всего сделал и хорошего, и плохого… Относительно жестокое воспитание… Кто-то очень известный был у него в воспитателях. Александр первым по России проехался, узнал народ поближе… На него еще было покушение.
– Покушение? – мужчина чуть не подпрыгнул.
– Да… или даже не одно…
– А кто их устроил? Революционеры? – быстро спросил он. – Иностранцы?
– Революционеры. Конечно, им еще иностранцы помогали, они видели, что он что-то для страны делает, и потому убили. Несколько покушений было, и потом убили.
– Когда, как, кто?
– Не знаю…
– Долго он царствовал?
– Не знаю.
– Хорошо, а что вы знаете про Александра III?
– Не знаю ничего. Не успели пройти, в десятом классе мы не укладывались в программу и дошли только до второго Александра, а в одиннадцатом начали уже с Ленина.
– Кем он хотя бы приходился Александру II?
– Может сын, может брат… Короче, родственник. Николай II тоже родственник.
– На ком они женились, не знаете?
– Откуда… хотя… Николай II женился на какой-то иностранке. Она откуда-то с Запада. Даже имя меняла. Родила пятерых детей: четыре дочери и одного сына. У него гемофилия была. Это когда в крови то ли тромбоцитов, то ли еще чего-то нет, и она не останавливается.
– А как он заразился этой болезнью?
– Она наследственная. Передается по женской линии, а болеют мужчины. Все очень просто, смотрите, – девица взяла в руки карандаш, бумагу и начала чертить какую-то хитромудрую схему. – У женщины два икс, одна из них больная, у мужчины икс и игрек. Женщина передает либо больную икс, либо здоровую. Мужчина передает ребенку либо икс, тогда рождается девочка, либо игрек, тогда больной мальчик…
– Об этом потом поговорите, с врачом…
– Лучше у Яны спросите, она на медика собиралась поступать…
– Всенепременно спросим. Давайте вернемся к Николаю I. Что вы знаете про него?
– Тогда еще цензура была жесткая. Но несмотря на нее, в литературе наступил золотой век. Русификация, развитие культуры, очень богатый язык был… Новая одежда, новую форму ввели…
– Бунты, восстания были?
– Бунты? Не знаю… Хотя… Медный и Соляной бунт – это вроде чуть пораньше?
– Да, в XVII веке. А поляки не восставали?
– Поляки? Нет, разве что во времена лжецарей всяких помогали им…
– Мы про XIX век беседуем, – повысил голос мужчина. – Какие вы войны знаете? Этого века.
– Ну, 1812 года, до этого еще была то ли в 1805, то ли в 1807 война…
– Вы почти правы… – отметил мужчина. Да, Анна Васильевна знала больше, чем остальные.
– А с турками воевали?