Татьяна Сорокина - Мыколка
Генерал-майор Езерский, откровенно тяготившийся своим болезным воинством, переложил все тяготы командования на своих подчиненных. Но, видимо, и ему доложили о странностях Шеховского и он, как-то вечером вызвал его к себе в палатку.
Когда корнет, войдя туда, доложил о прибытии, генерал, который сидел за столиком и вкушал кофий, заваренный ординарцем, приветливо сказал:
— Заходите корнет, присаживайтесь, не робейте. Вы знаете, когда-то имел честь знать вашего отца. Очень вы напоминаете батюшку, вылитый Андрей Григорьевич. Вот только, скажем так, ваш батюшка в юности был изрядный шалун, хе-хе. А вы уж очень серьезны. Наслышался в Моздоке о ваших подвигах, надеюсь, что они не останутся незамеченными Его Императорским Величеством. А сейчас все же хочу спросить, чем это вы голубчик занимаетесь на привалах? Признаться, мы все озадачены, уже разговоры всякие пошли. Может, вы развеете мои опасения?
— Ваше Высокопревосходительство, — начал Николка, — ничего особенного в моих экзерсисах нет. Просто я продумываю систему подготовки разведчиков во вражеских тылах.
На лице генерала явно нарисовалось недоумение.
— Но корнет, простите, я не понимаю, зачем вам это надо. У нас есть казаки, они природные пластуны, куда хочешь, проберутся. У вас у гусар совсем другие задачи. А вы так и вообще, насколько я наслышан, в жандармский корпус собираетесь.
И тут он начал соображать.
— Понимаю, понимаю, так вы Николай Андреевич к будущей службе готовитесь. Все больше ни о чем вас не спрашиваю. Вот только объясните старику, что же это за экзерсисы такие странные? Вы уж простите, тоже не утерпел, глянул краем глаза на ваши старания, не видел ничего похожего раньше.
Князь выругался про себя.
— Вот черт в этой степи нигде не спрятаться, кто-нибудь да заметит, — а вслух сказал, — Ваше Высокопревосходительство, я вот уже год сам придумываю эти упражнения для развития силы и ловкости.
— Ну и как у вас успехи, — скептически спросил Езерский, — что-нибудь получается?
— Получается, — сказал Николка, обиженный скепсисом в словах генерала, — могу из вашей охраны любого казака на саблях победить, да и без оружия тоже.