Егор Чекрыгин - Злыднев Мир.

Просто внезапно он зачастил в это, столь удобно распложенное заведение, и стал проводить там намного больше времени чем…., ну чем где– либо еще.

А служанку эту он даже и не замечал вовсе. Тем более что и она всячески делала вид будто и знать не знает, какой важный гость оказывает высокую честь их низкопробному заведению. Впрочем, эта гордячка вела так себя со всеми, за что и получила кличку Княгиня. Хотя глядя на ее гордо выпрямленную спину, задранный подбородок и презрительный взгляд, в ней и так было несложно заподозрить голубую кровь. Тем более, что после всех потрясений последних лет, сокрушивших немало древних родов, – вполне могло оказаться что дочь благородных родителей вынуждена работать служанкой в харчевне, (хорошо еще не в борделе). А может просто хитрая дочь мастерового или мелкого лавочника, заметив что подобные манеры существенно прибавляют количество ее чаевых и уменьшают количество «дружеских» шлепков по заднице, – начала играть подобную роль.

Для нашего же героя было неважно, Княгиня ли она по крови, или обычная нищенка, – он точно знал что она была его ангелом. Ангелом-мучителем.

– А нескучно ли, такому выдающемуся человеку как ты Белый, торчать в этом захолустном гарнизоне, обучая разную деревенщину отличать палку от копья?

– А для меня Старший Соратник, – особого отличия между ними и нет, – я по жизни всегда мечником был. Ты скажи-ка мне лучше, – Старший Соратник, это у тебя кличка, звание или должность?

– Можно сказать, – и то и другое и третье. А почему тебя это интересует?

– Да просто…, возникли у меня тут в связи с тобой, кое– какие воспоминания.

– Это какие же?

– Да как меня полковые маги допрашивали. Взгляд у вас похожий. Ты часом сам-то не маг?

– Смешно. Я уже наслышался о твоем чувстве юмора. Так что хочу тебя успокоить, к магии я никакого отношения не имею. Я как раз по другой части, и хочу предложить тебе работу достойную твоего уровня.

– А что это за работа, и что у меня за уровень такой?

– Ну про твой уровень мы сейчас говорить не будем. А что касается работы, – то это главная работа во всей нашей Армии. Та, ради которой все и создавалась. Я предлагаю тебе уничтожать наших Врагов.

– Уничтожать Врагов…, это Магов что ли? Вы я тут смотрю, и взаправду на них сильно взъелись!

– А разве ты испытываешь к ним иные чувства? – впервые на непроницаемом лице Старшего Соратника, появились какие-то искренние чувства, взамен стандартной «доброй» улыбки. – Почему же ты вступил в Армию?

– Спьяну. После жуткого похмелья. Мне тогда все равно было куда вступать. Да и магов я тоже в общем-то не люблю. Вроде как….

– ….Это очень странно. – А почему в таком случае остался?

– Сам не знаю. Поначалу, как только я понял, что куда-то вступил, – хотел удрать от вас, от буйнопомешанных. А потом понравилось. Тем более что тут я вроде как при деле, да и в авторитете.

А вообще я даже и не знаю куда мне идти. Память у меня пропала почти начисто. Иногда вспомниться что-нибудь, вот вроде как про допрос полковых магов. Только чувствую, – что человек я служивый, и другого из меня уже не сделаешь. А тут у вас вроде как армия. Так что выходит я на своем месте оказался. А поскольку друзей у меня нет, то ваши враги, – вполне могут быть и моими…. – ты последний кусок доедать будешь?

– Нет, – ешь на здоровье. Вина еще налить?

– А чё, смотреть что ли на него, конечно налей.

….А можно задать нескромный вопрос, – как именно вы с магами-то этими воевать собираетесь? А то я признаться, этих магов всегда сильно побаивался.

– Ну…, у нас есть свои методики. Если вступишь в наши ряды, – тоже их узнаешь.

– Так я вроде как уже вступил.

– Ты пока только в Армию вступил. А мы, как бы это тебе объяснить, – чуток покруче будем.

– А мы, – это кто?

– Безопасность.

– Слышал я про вас. И даже видел как вы вокруг меня ползаете, да вынюхиваете. Много нанюхали?

– Мало. Однако решили что тебе можно верить. И даже доверить дело куда более важное и интересное, чем маханием железяками и муштра.

– Ну ежели интересная, то стоит подумать. Только говорю сразу, – крысятничать за однополчанами я не буду.

– Не волнуйся, для этого у нас есть другие. Тебе же предстоит еще многому научиться.

– Когда приступим?

– Сегодня.

– А вот чем же хороша, эта отрыжка водяного? – ..Хорек?

– Тем Старшой, – что растет практически у каждой реки.

– И какие ее части надо собирать что бы к примеру, просто обездвижить врага?

– Стебли, – что бы обездвижить, корни, – что бы убить, а молодые побеги, что бы развязать язык.

– Да, вот такое чудесное растение, эта отрыжка водяного. Растет практически везде, так что даже если запас зелья закончился или потерялся, – всегда можно приготовить новый. Вот ты Незабудка, – будь любезен, расскажи нам как именно его готовить? А мы послушаем…..

Вот уже больше месяца, изучал Седой нелегкую шпионскую науку. Многие новые предметы давались ему легко и просто. Искусство подкрадываться и следить, пробираться во вражеские крепости, применения тайного оружия и методах «пристрастного» допроса. Тут он весьма преуспел, и был более чем на хорошем счету у своих учителей.

Яды, и травки развязывающие язык, усыпляющие или наоборот, – позволяющие долго не спать, – особого восторга не вызывали, но худо-бедно давались.

Но вот все что касалось тайнописи и счета, – для малограмотного Седого было мукой. И эта мука неоднократно заставляла его жалеть что он пошел в шпионы, а не в Полк Лучших, куда, как он слышал, собирали самых лихих рубак.

Ну конечно, – буквы различать он умел. И даже был способен прочитать приказ верховного командования, или похабное слово на заборе, (последнее кстати, ему приходилось читать куда чаше). Он даже умел ставить свою подпись в ведомости на получение харчей.

Но написать донесение, замаскировать его под невинное послание зашифровав тайный смысл в обычных фразах и словах, – это было для него неприступной твердыней. И сколько не бился наш герой об эту твердыню, она ему так и не покорилась.

Зато была иная дисциплина, в которую Седой просто влюбился. Это было искусство врать, притворяться, втираться в доверие, – короче носить личину.

Учил его этому старый скоморох. Который для начала проиграл перед своим учеником сценку, из довольно похабной пьески, где умудрился сыграть сразу несколько ролей, да так, что Седой и вправду почти поверил что перед ним ни один, а сразу пятеро человек.

А потом объяснил Седому как надо прикидываться и лицедейничать. Седой попробовал, и у него это получилось, и что важнее всего, – ему это понравилось. Благо, что одну маску он уже и так носил, и потому понимал, что лишние маски, человеку в его положении никогда не повредят.