Александр Маркьянов - Зло именем твоим [СИ]
— Огайо — лидеру движения! Продвигаться вперед, не останавливаться, как поняли?
— Громила — лидер, вас понял…
Абрамс тяжело попер вперед, утюжа дорогу тралом, первый лейтенант снова открыл огонь короткими очередями по склону, где-то вдалеке взлетела осветительная ракета и первый лейтенант отвлекся на секунду. А потом что-то ударило его снизу, подбросило и перехватило дыхание. Какая-то неведомая, могучая сила ударила семидесятитонный Абрамс так, что на какое-то мгновение гусеницы оторвались от земли, и вперед полетел оторвавшийся, искореженный взрывом трал.
В себя первый лейтенант пришел через несколько минут — его куда-то тащили, положив на легкие пластиковые носилки, и вокруг все стреляло, от винтовок М16А2 до стадвадцатимиллиметровых минометов. Пахло горелым, болела голова, желто-красное зарево плясало перед глазами — потом он понял, что это не видение, и что-то и в самом деле горит. Потом его положили в свободный десантный отсек одного из Страйкеров, и санитар вколол ему прямо через одежду иглу в руку — и сразу стало легче. Повернув голову, он наткнулся взглядом на черный пластиковый мешок, рядом с которым стояли его носилки — он не знал, что это механик — водитель из их танка. Голова приятно кружилась — лекарство действовало, и воронка небытия засасывала его, и ему было уже все равно — кто лежит рядом, и почему…
Бронетанковая колонна американской армии, имевшая кодовое название TF Ohio была остановлена в южной части горного хребта Загрос, и к утру стало ясно, что нужно думать уже не о выполнении задачи о выходе в тыл крупной иранской группировки — а о деблокировании колонны, подвергающейся нападения и артиллерийским обстрелам. Ее удалось деблокировать только к концу следующего дня, массированно применив боевую авиацию. К этому времени боевая группа понесла тяжелые потери, было сожжено одиннадцать боевых машин. Двенадцатую сожгли американские летчики, ошибочно выведенные на цель — но об этом традиционно умолчали.
Те же летчики подтвердили — дорожное полотно на пути выдвижения серьезно повреждено, по меньшей мере, в пяти местах, дальнейшее продвижение вперед невозможно. Линия фронта начала стабилизироваться, о планах выйти в пустынную часть Ирана и хотя бы попытаться отрезать юг Ирана вместе с портом Бендер-Аббас — пришлось забыть.
Еще через день группа спасателей ВВС наткнулась на место последнего боя разведывательной группы Койот и эвакуировала тела. Удалось эвакуировать и тело первого лейтенанта Адриана МакДжинти, разорванного восьмидесятидвухмиллиметровой миной. Озверевшие от двух неудачных атак — в полный рост с криками "Аллах Акбар!" — басиджи просто расстреляли американца с дальнего расстояния из миномета. Потом удалось выяснить, что обороняя позицию, первый лейтенант убил из снайперской винтовки и пулемета более шестидесяти басидждей и иранских революционных гвардейцев, поджег пять транспортных средств противника. Посмертно, ему был присвоен орден Почета Конгресса США.
18 июля 2014 года
Порт Бандар-е-Хомейни
Second Platoon SEAL Team 10
Автоматная очередь прогремела где-то совсем недалеко сухо и отрывисто, совершенно неожиданно для всех. По звуку — Калашников, но это ничего не значит, Калашниковых здесь как грязи и каждый уважающий себя боевой пловец уже обзавелся старым добрым АК-47, на счету которого не сотни, не тысячи — а сотни тысяч жизней американских парней, которым просто не повезло оказаться в полном дерьме. АК — дешевая, скверно выглядящая железяка — но дело свое она делала. И изрядно.
Проверявший на столе свое снаряжение молодой, крепкий негр рассмеялся, хлопнул изо всех сил по спине бледновато выглядящего соседа.
— Что, Карло, за…л? Добро пожаловать в Засрабад!
— Засрабад, Томми? — спросил еще один из боевых пловцов, занимающихся своим делом на другой половине стола.
— Да… — легко согласился негр — это я сам сегодня придумал. На карте полно таких названий, которые заканчиваются на — бад. А та параша, в которой мы сейчас сидим, называется так сложно, что простому ниггеру с Гарлема невозможно это произнести. Вот и я решил — пусть эта раздолбанная помойка называется Засрабад. А?
— Но этот же город не заканчивается на "бад".
— Ну и что? А у меня будет так. Здесь каждая дыра должна заканчиваться на — бад[52], черт бы все побрал.
— Ты скажешь…
Кто-то усмехнулся. Кто-то махнул рукой.
— А что, не так? — вдруг завелся негр — здесь куда не глянь, одно сплошное дерьмо! Смотрели вчера по телеку, как турки в Багдаде с мусликами разбираются? Если бы нас за руки не хватали — сейчас бы мы в Багдаде были, а не эти…
— Младший лейтенант Дженкс…
— Сэр! — вытянулся негр
— Будьте любезны заткнуться.
— Сэр, так точно, сэр.
Не обращая внимания на подчиненного, лейтенант Вернон Трули продолжал работать со снаряжением. Снаряжение в патруль каждый готовит сам для себя.
Все бойцы понимали, почему мрачен лейтенант. Это случилось два дня назад, когда пара придурков решила сфотографироваться на фоне какой-то мечети, которую разрушило прямым попаданием снаряда и купол которой упал на землю. Лейтенант первым понял, что что-то неладно, первым успел выхватить пистолет и выстрелить. На восьмилетнем пацане обнаружили самодельный пояс шахида и ключик из дешевой желтой пластмассы. Эти ключики раздавали муллы и говорили, что это — ключ в рай. С тех пор лейтенант не мог найти себе покоя.
Карло Агостини и в самом деле был новичком, он прибыл на ближневосточный ТВД, чтобы заменить в группе Джека Гаргио, отправленного в США в состоянии, почти несовместимом с жизнью — пятьдесят килограммов в тротиловом эквиваленте рванули совсем рядом, Джек выжил совсем чудом. Карло, как и Джек в группе исполнял обязанности специалиста по взрывным работам, просто у Джека был опыт еще с Багдада, с которым сейчас разбирались турки. Разбирались кстати круто, вчера показывали виселицы, турки обожали вешать, потому что повешенный не попадет в рай, и они это знали. Но Джек был еле жив, он ошибся и поплатился за свою ошибку, а вот Карло пока жив. И ему опыт — и нарабатывать еще и нарабатывать.
— Готово, сэр! — отрапортовал специалист по тяжелому оружию, машинист Гэри Райкер, хлопнув рукой по своему комплекту снаряжения.
— Не трепался, вот и справился первым — сказал лейтенант.
Остальные промолчали.
В ближайшие минуты со снаряжением справились и все остальные, по команде все переместились на одно рабочее места вправо, проверяя снаряжение своего коллеги — дыхательное снаряжение, вооружение, средства ориентации — а младший лейтенант Том Принс, который в их отряде исполнял обязанности AOIC[53] направился к снаряжению командира — проверить его. Командир направился проверить снаряжение Принса. Аккуратность и контроль на каждой стадии, вот что необходимо при погружениях под воду, что в боевом, что в тренировочном режиме. Каждый проверяет друг друга, и ничего в этом нет, проверка — это не сомнение в твоем профессионализме, это, наоборот — подтверждение твоего профессионализма таким же профессионалом как ты сам.