Андрей Онищенко - Миссия "Звезда Хазарии" или "Око Кагана"

– Эй, у кого глаз зорче, посмотрите туда и скажите, что там наверху происходит?

– Встали, встали уже, но только двое!

– Так мало?! Всего два соискателя?! Не расколют ли они наш славный род на два лагеря? К добру ли это, аль к худу? – задавались вопросами люди.

– Кажись Ярок стоит! – заголосил в волнении народ, – а лица второго не видно, спиной стоит. Эй, Алав, – послышался окрик, – кажись, новый хан будет из твоего стойбища, никак не уймется, старый лис, но кто же второй?

– Достопочтимый Урух-баксы! – обратился Алав к каму-ясновидцу, – будь так добр, погадай мне и скажи, станет ли Ярок нашим ханом? За свои труды ты получишь от меня годовалого жеребенка!

Сидя на траве, Урух-баксы, расстелил перед собой кусок домотканого полотна, вытянул впереди себя сложенные лодочками руки и, потрясая ими, высыпал на полотно гадальные кости. Люди, обступившие вещуна, в ожидании затаили дыхание. Немного помолчав для приличия, словно пытаясь угадать комбинацию лежавших перед ним костей, кам-ведун промолвил:

– Брат Алав! Как я понимаю, тебя интересует, кто из двоих соискателей конкретно станет ханом? Верно, ли я говорю?

– Да. Но мне бы хотелось видеть нашим ханом моего дальнего родственника Ярока и никого другого!

Кам-ведун молчал.

– Не томи, зря ты испытываешь мое терпение, говори правду, все как есть! При любом исходе ты получишь своего жеребенка, прилюдно даю тебе в этом слово мужчины!

– Ну, что же, тогда слушай. Ни одному, ни другому из стоявших на кургане кандидату не суждено сегодня стать нашим ханом!

Возбужденная толпа народа в изумлении ахнула.

– Их только двое, претендентов больше нет, врет ведун! – послышались разочарованные голоса.

– Люди, извините меня, громко оправдывался кам, но хана избираю не я. Я только читаю то, что говорят кости!

– Так кто же станет ханом, говори? – наперебой выкрикивали возмущенные, кажущимся обманом, люди.

– Сегодня, как только солнце встанет между восточным горизонтом и зенитом, третий соискатель, который придет из дальних земель, омоет лицо молоком белой кобылицы, встанет ногами на белую кошму и примет на себя атрибуты ханской власти! Под его умелым правлением, наш род достигнет небывалого расцвета! Богатство и достаток придут в каждую юрту!

Солнце медленно приближалось к зениту. Ветер почти стих и стало довольно душно от того, что на совете в полном разгаре накалялись страсти.

– Ты, Осот, побереги свое красноречие для празднеств и застолий. Им здесь не место. Тут идет родовой совет и нечего щекотать душевные раны серьезным людям! А те из присутствующих, кто не выдержал натиска твоего красноречия и был до слез тронут мнимыми подвигами юного Байдара, и перешел на его сторону, не достойны, называть себя настоящими мужчинами. Если выберут Байдара, то через поколение наши внуки не смогут сесть на коня и превратятся в женоподобных существ, которые во всем будут походить на своего хана, и тогда былое могущество нашего рода останется только в легендах и сказаниях.

– Зачем ведешь обидные речи, Ярок. Изволь не оскорблять нас! Мы все являемся равноправными членами совета!

– Все равно ваши голоса ничего не решат, и я стану ханом! Я вам еще не то скажу. Сторонников Байдара собравшихся здесь можно пересчитать на пальцах рук. Как бы вы обо мне плохо не говорили, судьба выбора будет решаться голосованием, а я получу больше кинжалов. Вы проиграли. Уважаемый Калсым, давай пресекай эту пустую болтовню и переходи к голосованию.

– Подожди Ярок, не спеши, у нас еще есть право уполномочить Калсыма, похоронить Аджи хана от имени совета, а самим покинуть выборы, – выкрикнул один из противников Ярока.

– Можно еще остановить совет и вызвать тебя на поединок за оскорбление членов совета! – выкрикнул другой голос.

– Одного уже вызвали и что, суд Великого Тэнгри восторжествовал и теперь он лежит внизу под курганом в своей юрте, а мы собрались здесь на совет! – заметил третий голос.

– Перестаньте шуметь! – перекрикивая спорящих, пытался вразумить их мудрый Калсым, – я лучше других знаю наши законы. Срыв выборов, поединок и прочие способы борьбы против кандидатов возможны лишь в случае равенства голосов поданных за претендентов, плюс особые обстоятельства, а в нашем случае, возможный перевес склоняется в пользу Ярока!

– Правильно! Верно, говоришь! – закричал обрадованный Ярок, – вам нужно смотреть правде в глаза и признать меня ханом. Я сегодня великодушен, и став ханом, я не стану преследовать вас. Мало того, я сделаю тебе, Осот, предложение от которого ты не сможешь отказаться, а Байдара я все же удалю из своих земель. Приступай поскорее к голосованию Калсым!

Внизу у подножья кургана выборные страсти кипели не меньше чем на вершине. Люди спорили, заключали пари, бились об заклад, время шло, а предсказанный камом-ведуном третий соискатель ханской власти так и не появлялся. Потеряв терпение и веру, простой люд начал открыто насмехаться над ясновидцем.

Среди оголтелой толпы разгоряченного спорами народа, выделялся один пастух, отличавшийся от других огромным ростом и богатырской статью. К тому же, он пользовался уважением сородичей не за свое телосложение и не дюжую силу, а отличался от них еще и гибким умом, позволяющим его хозяину лучше других оценивать сложившуюся ситуацию. Вокруг него собралась группа из нескольких человек, которая стала тихо шептаться между собой.

– Батыр, – обратились они к нему, – у нас неспокойно на душе. Если Ярок захватит власть, то наш род быстро скатится в пропасть. Люди не доверяют Калсыму, с возрастом он стал рабом обстоятельств и часто изменяет принципам справедливости. Как ты думаешь, Осот со своим красноречием сможет переломить ход выборов в пользу Байдара?

– Нет. Байдар слишком молод и глуп. Его политика также не по нраву большинству населения. Он обязательно провалится на совете.

– Не береди душу, Батыр. В лихих набегах и войнах мы всегда шли на смерть и проливали кровь за честь рода не для того, чтобы в мирное время нас погубил этот ночной разбойник Ярок. Он такой же, как и покойный Аджи хан, думает только о себе и о своем кошельке, а на простых пастухов и воинов ему наплевать. Люди уважают тебя Батыр, что ты посоветуешь нам? Не бойся, говори открыто.

– Пока дело не дошло до голосования мы еще можем повлиять на исход выборов, хотя, на мой взгляд, что Ярок, что Байдар, никак не подходят нам в ханы. Но из двух зол нужно выбрать меньшее, хотя Урух-баксы, что-то говорил про третьего.

Присутствие третьего соискателя на ханскую власть было бы сейчас весьма кстати. Сколько у подножья кургана наберется людей разделяющих наше мнение?

– Человек пятьсот, а то и больше.