Сергей Калашников - Заложники темпорального ниппеля [СИ]
После визита батюшки Мууса прибытие гонца в их обитель не было редким явлением. Более того, Сергей Анатольевич даже состоял в переписке с этим человеком. Его интересовали новости, а государева "писца" - возможные прогнозы развития событий. Убедить кого бы то ни было в отсутствии у историка дара предвидения никак не удавалось. Поэтому ответы составляли, порой, всей командой, беря за образец формулировки астрологических прогнозов, что отыскались на каком-то из случайно прихваченных дисков. Так чтобы было, вроде и понятно, но, в то же время, случись что не так, то всё равно соответствие текста прорицания любому варианту развития событий оставалось бы возможным. Главную же мысль - не ссориться с Чингисханом и Джучи - проводили через все рекомендации красной чертой. Кажется, это не особенно отклонялось от "генеральной линии", которой каган продолжал придерживаться.
Поэтому появление мчащегося во весь опор всадника никого не удивило. Вестник. Ворота распахнули, лошадку придержали и повели вокруг стен, чтобы "остыла", едва прибывший спешился. Тот оказался не с юга, из столицы, а с севера, из окрестностей Тарнига, подвергшихся набегу. Одного из учеников отец призывал вернуться домой, чтобы с оружием в руках встретить неприятеля.
Сашка, слышавший разговор, просто и совершенно бездумно объявил общий сбор - сигналы его огромного бубна все читали уверенно, поэтому уже через четверть часа личному составу раздавались арбалеты и тяжелые сумки со свинцовыми пулями. Ещё через десять минут полусотня выступила в поход. Лёшка подоспел уже тогда, когда отряд скрылся за лесочком на той стороне реки - а то бы он в корне пресёк эту инициативу - ну, куда им ввязываться в стычки между местными феодалами!
Ситуация усугублялась тем, что накануне из родных стойбищ учащихся подогнали их боевых коней, чтобы провести тренировки большим массивом участников сразу. Вот теперь и вышло всё сразу большим массивом участников. А остальные просто не успели разобраться в происходящем - в кутерьме сборов была четкая оттренированная многочисленными репетициями целенаправленность, устремлённость, не располагающая задавать вопросы тем, кто в этой кутерьме не задействован. Они давно привыкли не лезть под ноги тем, кто выполняет распоряжения Хранителя Покровительницы. Все дружно и организованно выполняли чёткие команды. Зато теперь - пустые конюшни и строй снаряженных в пеший поход послушников, которым лошадок не досталось.
Поняв, что к чему, Лёшка тоже недолго размышлял. После нескольких не увенчавшихся успехом попыток связаться с Сашкой по рации, вооружился, и возглавил колонну. Собственно, лошадок на своё воинство он просто набрал в трёх ближайших деревнях - привыкли тут люди давать монастырским транспорт, даже ссорится ни с кем не пришлось. Так что от передовой группы отстали они всего часа на два, поскольку двигались энергичной рысью по следу - явственно выделяющейся полосе потревоженного копытами полусотни лошадей снега.
Белый Июс перешли по льду, спешившись и ведя лошадей в поводу. Едва выбрались на берег, тут и началось. Куча верховых, обогнув возвышенность, несётся прямо на них. Впереди удирают послушники, а за ними целая толпа с улюлюканьем мчится, размахивая арканами. Только передние лошадки преследователей скачут с пустыми сёдлами, а остальные догоняющие всадники время от времени рушатся на землю. Наши подпускают преследователей буквально на верный выстрел, и валят их из арбалетов.
Лёшка построил своих верховых шеренгой вполоборота - так удобней стрелять - и распорядился валить неприятеля по мере готовности, не сходя с места. Удирающие, увидев подкрепление, смекнули и приняли правее, увлекая погоню под выстрелы в левый бок. Лёшкин карабин разбирался с неудобными всадниками, и с теми, кто пытался удрать, а основную массу его орёлики валили, словно в тире. Сашкина полусотня тоже замедлилась и уменьшила радиус разворота, чтобы следующие за ними лошадки притормозили. А, поскольку вперёд стрелять удобней, чем разворачиваясь на скаку, группу преследования выбили из сёдел очень быстро. На этом этапе бой походил на расправу.
Десятка полтора чужаков ушло. А честное воинство принялось за мародёрство. Коней переловили и навьючили на них не только оружие, но и одежду и обувь, что постаскивали с убитых. Раненых было с десяток - им остановили кровь, перевязали - чай выучку все прошли. Потом вернулись дозорные, доложили, что лагерь налётчиков, окружённый повозками, зашевелился и собирается сняться с места. Поторопились к месту событий и увидели, как ещё с десяток верховых стремительно удирают, бросив своё добро.
Впрочем, добро оказалось вовсе не их. Это пленники и погруженный на арбы разный скарб, добытый грабежом по пути сюда. Среди освобождённых людей некоторые ученики нашли знакомых, завязались беседы, потом пожаловала группа вооружённых всадников, собиравшихся в соседнем стойбище, чтобы дать отпор налётчикам, отыскался тут и батюшка, посылавший в монастырь за сыном. Начинался форменный базар. Лёшка кивнул Сашке, бубен зарокотал построение. Ха! Дисциплинированные послушники всё побросали, словно подброшенные пружинками, выстроились, рассчитались. Все в строю. Прихватив повозку для раненых "синеблузники" выступили к месту постоянной дислокации.
Почему синеблузники? А не получилось у них этой зимой другой краски. Зато от стрел в спину защита получилась очень приличная. Преследователи, как выяснилось, не только арканами размахивали, кое-кто стрелял из луков и попадал. Хорошие лучники по окрестностям встречаются часто, а уж среди тех, кто пошёл в набег, все такие. Из иной спины не по одной стреле извлекли, или выковыряли обломок костяного наконечника. И были попадания даже в голову, но деревянные ведёрки, что на скорую руку собрали для игры в войну с деревянными пулями, выдержали это испытание. Ранений, угрожающих жизни никто не получил. Все остались в сёдлах.
***Раненых до монастыря довезли только шестерых. И лишь двух Нюте удалось спасти. Обильные внутренние кровотечения, а время зимнее. Потом практически весь личный состав участвовал в показательных вскрытиях тел и разбирал ошибки, допущенные при перевязках. Заодно с анатомией наглядно познакомились. А еще возбуждение от упоения победой инструкторы выводили из бойцов потом. А то парни уверовали в своё оружие и сильно заподозрили себя в непобедимости. Так что марш броски, завершающиеся атакой крутого откоса, маневры в пешем и конном строю, стрельбы, учебные бои и хозяйственные работы, выполняемые в темпе вальса - конца-края не было активным действиям, направленным на восстановление равновесия неокрепших юношеских душ с окружающим миром.