Михаил Ланцов - Россия Молодая. Том 1

Одобрительные крики раздавались минут пять, пока, наконец, аудитория не утихла из уважения к царю, дабы он продолжил свое выступление. Но речь не продлилась долго, так как царь основные мысли уже сказал, сделав нужный «вброс», совершенно взбудораживший всех выборных и позволивший их в дальнейшим легко дожимать в нужную сторону.

В общем и целом, Земский собор продлился всего двое суток – девятого и десятого мая, приняв за это время все, что от него хотел Петр. А именно Конституцию России и двенадцать кодексов и прочих решений, и постановлений, заранее заготовленных царем.

– Только у меня осталось ощущение, что ты не давал Земскому собору опомниться от свалившегося на него счастья? – С улыбкой произнесла Анна, прижимаясь к царю на диване в комнате отдыха.

– Надеюсь, что да, – усмехнулся тот. – Хотя ты права. Давать им время на размышления было глупо. Я более чем уверен, что они передрались бы из-за каждого пункта. Выборные даже прочитать толком все тексты за эти дни не могли. Тем более, что кодексы и конституцию уже напечатали на особо качественной бумаге и переплели в дорогие, подарочные обложки. Жалко такой тираж сжигать.

– А они не взбунтуются?

– С какой стати? Как Земский собор порешил, так я и сделал. Именно об этом наши люди уже сейчас стали кричать на каждом углу, в том числе провокационные вещи. Кто же поверит, что я сам решился ограничивать свою власть? Значит собор заставил меня принять конституцию. И так далее. Сейчас – главное, донести содержание кодексов и конституции до широких масс. Чтобы, если кто и попытался что вернуть назад, то натыкался на глухую стену непонимания и неодобрения. Особенно это касается дворян и бояр. Купцы свои привилегии никому не отдадут без боя.

– Ты же отдал, – подмигнула Анна.

– Ну что ты, – улыбнулся Петр. – Я просто оформил их законодательно. И теперь, если что не так, будем тыкать пальцем в какой-либо кодекс, принятый Земским собором, то есть, выборными от всей земли Российской. Как же так? Всем миром решили так, а ты против? Против народа идешь? – Нахмурив брови произнес царь.

– Но ведь ты спешил неспроста.

– Верно. Там было очень много вещей, который вызвали бы как минимум дискуссии. Например, я знаю, что в будущем будет такая замечательная наука – генетика, которая докажет, что близкородственные браки очень вредны и способствуют вырождению рода. Но сейчас ведь этого нет. Как я это докажу? Никак. И Земский собор такое положение скорее всего не принял бы. Однако теперь, в спешке и суете, взбудораженные правильными речами и призывами, люди банально не заметили такой малости. Ты же сама говорила о том, что семейный кодекс практически никто так и не открыл. Вероятно, посчитали пересказом Домостроя[50]. А ведь там стоит прямо – ограничение на заключение брака между родичами ближе третьего колена включительно и буквально «кары небесные» за нарушение. Им всем лучше почитать потом… когда остынут. Благо, что кодексы по всем спорным вопросам снабжены обширными справками и пояснениями.

– И все равно, я не верю, что внедрение кодексов пройдет без возмущений. Взять тот же семейный кодекс. Ведь купцам и боярам с дворянами теперь придется многие свои планы пересматривать.

– Конечно, – кивнул Петр. – Недовольных будет много. Однако, главное – мы сделали – все эти кодексы приняли, как и конституцию. Так что дальше мы с тобой уже находимся в куда как выгодном положении и можем совершенно законно и справедливо подвергать гонению недовольных. Ведь мы – стоим за волю всего народа Российского царства, а они, поганые отщепенцы, идут против царя и его верноподданных. Ату их! Негодяев!

– Думаешь?

– Уверен. Этим активно начнут пользоваться в политической и экономической борьбе. Сама же знаешь, как оживились купцы и промышленники, получив возможность брать в банке России дешевые целевые кредиты. Иногда и до драк доходит. Денег не так и много. Убежден, что любой из числа уважаемых людей, кто начнет выступать против царя, конституции и кодексов будет быстро заплеван и сдан в заботливые руки правосудия. Купцам и промышленникам выгодно со мной дружить. Так что ничего страшного… – усмехнулся Петр. – Прорвемся.

– Вчера прибыл наш посол в России с подробным отчетом, – произнес Леопольд, обращаясь к жене. – По всей видимости, мы зря опасались горячих амбиций Петра. Военные успехи не вскружили ему голову.

– Но ведь на Терезе он женился.

– Два миллиона талеров, – пожал плечами Леопольд. – Это очень весомый довод. Тем более, что судя по всему он обо всем знал.

– То есть?

– По мнению иезуитов он прекрасно представлял и наши интересы, и французские, а потому смог вывернуть ситуацию в свою сторону. В итоге теперь у него есть женщина, мать его детей, которой он спас жизнь в практически безысходной ситуации. Сейчас она еще слишком юна, чтобы это понять, но в будущем оценит.

– И что с того? Она ведь стала монашкой.

– Уже настоятельница монастыря, устроившая в нем большую чистку и большие преобразования. Не понятно, что Петр задумал, но явно это как-то связано с церковью.

– Ха! А ведь получается, что он нами просто воспользовался, – усмехнулась императрица.

– Я тоже так думаю, – печально улыбнувшись, кивнул Леопольд. – Этот юнец обошел опытных дипломатов Империи и Франции, практически не затратив усилий. Единственный вопрос – это Тереза. Что он с ней собирается делать? Вряд ли он не понимает, что пока она жива, его будут вполне резонно втягивать в борьбу за польский престол. Ян умер. Сейм избрал Лещинского. И не без помощи Петра.

– То есть, ты считаешь, что он помогал нам посадить на польский трон своего врага?

– Конечно, – все так же печально улыбнулся Леопольд. – Он хоть и молод, но отлично представляет, какое «счастье» – править Речью Посполитой. Кроме того, судя по тому, что он учудил летом, царь Петр задумал очень серьезные реформы в России. Мне пока еще переводят законы, принятые на Земском соборе в этом году, но уже сейчас я вижу, что дел у него будет в излишке.

– Почему? Что он такое принял?

– Конституцию, – покачал головой Леопольд. – Сам себя, дурачок, решил ограничить. Похоже мы переоценили его.

– Сам?!

– В том то и дело. Причем в тот момент, когда самое подходящее время для укрепления трона было. Не понимаю, просто не понимаю зачем он это сделал…

– Погоди, не спеши с выводами. Скоро законы эти переведут?