Алексей Борисов - Смоленское направление

– Не в том месте ищите, сын мой. – Отшил боярина-инспектора Ермоген.

Тороп и не подозревал, что перед смертью, смоленский князь пожертвовал церкви Михаила Архангела почти всю казну, а может и не пожертвовал, кто сейчас упомнит подобную мелочь? Учитывая, что налоги собирались после сбора урожая, сумма не могла быть заоблачной, но до запланированного поступления серебра было далеко, а князь в роли просителя устраивал церковь больше, нежели самодостаточный владыка Смоленских земель.

Обиженный Тороп стал искать правды в другом направлении, церковь Петра и Павла единственный внутренний конкурент церкви Михаила Архангела. Тут то и обнаружилось, что паства, которая проживала на месте, где стояла крепость, закреплена за Петропавловском храмом. Для князя это не имело никакого значения, но ложка дёгтя, с подачи Торопа была опрокинута. Начался скандал, были извлечены документы столетней давности, всплыли неучтённые луга и заброшенные деревни. Престарелый епископ Смоленска сражался как лев, в ход пошли уговоры и уступки, угрозы и проклятья. Последний козырь, который бросил Настоятель, были слова о предложении посетить Патриарха, так как Архиерей Киева властью уже не обладал.

– Напиши письмо Герману, вот он посмеётся. – Сказано было таким тоном, что мыслящий человек догадается, за словами кроется нечто, о чём говорить нельзя. О связях епископа, с Византийской Никеей вслух не говорили, но знали.

В итоге пришлось поделиться, нет, не церкви – прихожанам. Низкокачественный ладан в четверть пуда весом был отдан Ермогену, для утрясения вопроса о сборе церковного налога. Мы же вспоминали о подвиге Айно. Со дня его гибели прошло девять дней.

(глава посвящена памяти писателя литературного форума 'В вихре времён' Айно)

До вторжения Бату оставалось четыре месяца. Сделано было немало, но всё же, хотелось отшлифовать все действия до оценки – отлично. Мы подготовили место для засады, выкопали более двухсот ловушек вдоль реки, сделали даже катамаран с полозьями, чтобы быстро перемещаться по льду. Вызванная из Смоленска артель Фрола занималась изготовлением манекенов. 'Тридцать три бгатыря' должны были перегородить реку, дабы указать направление атаки монгольской коннице. Данила прислал двух своих подмастерьев для массового изготовления кольчужного полотна. Из четырёхсот киллограм стальных колец, с помощью обыкновенных плоскогубцев делались топики, прекрывающие только переднюю часть груди. Выглядело это так: – на прямоугольном куске шинельного сукна вырезался круг, от передней части горловины шло кольчужное полотно. Создавалось впечатление, что грудь и плечи прикрыты кольчатой бронёй. Щиты скалачивали из досок, красили красной краской, вместо умбона, двумя саморезами за ушки прикручивали стальную тарелку. Манекены крепились к короткой раме намертво, по три штуки в ряд. Два человека, без особых усилий могли передвигать их. Линию, длиной в сто шагов они ставили за двадцать минут. На древки копий насаживали настоящие наконечники, даже если кто-то наиболее шустрый сумеет преодолеть все препядствия, перед деревянными воинами, то верояность быть насаженным на остриё копья, на полном скаку, у 'счастливчика' оставалась. Пригодился и Андрейка – придя к Евстафию за новым карандашом, юный художник был немедленно отправлен к Елене, а оттуда, будучи на должности придворного живописца, переправлен в крепость. Запоров два портрета на деревянных чурбаках, Андрейка освоился, и так наловчился, что некоторые обитатели крепости могли признать схожесть изображения на деревяшке со своим лицом.

Напару с Савелием изготовили макет местности, делать было не сложно. Имея в наличии распечатанные снимки с воздушного шарика, используя пластилин и подсобные материалы, управились в два дня. Зато теперь, можно было наглядно видеть все действия и перемещения будущего противника. Двухсантиметровые оловянные солдатики обозначали нашу дружину, враг представлял собой зёрна овса. Макет разместили в моём кабинете, на втором этаже, тем самым превратив комнату в штаб. Сотник играл за кочевников я за отряд 'Меркурий', потом менялись местами. Счёт был примерно равным, несколько раз Савелию, с помощью хитрых манёвров удавалось разгромить оборону крепости и наоборот. Играли пошагово. Первый – совершал одно действие, второй – несмотря на совершённое, делал свой ход, после чего мог обдумать сложившуюся ситуацию. Топтания на месте более двух ходов признавались как поражение.

Оставался нерешённым только один вопрос, кто соберёт и возглавит ополчение, для блокирования основных сил монгол в районе Долгомостье. И если для меня всё давно было понятно, то сотник сомневался в своих силах.

– Пойми, Алексий, это не дружина. Ополчение побежит при первой опасности для своей жизни. – Говорил раскрасневшийся от спора Савелий.

– Согласен, бежит. Для этого его разбавляют профессиональными воинами. Но нам взять их неоткуда. Придётся тренировать добровольцев, хотя бы два три раза, чтобы научились строиться. – Предложил сотнику единственный, на мой взгляд, выход из сложившегося тупика.

– Было б серебро, могли б нанять наёмников. – Со взодхом высказал идею Савелий.

– Ты ещё скажи сбежавших литвинов назад позвать. – Улыбнулся сказанному.

– Не сбежавших, а пленённых, которых Ярослав ещё никуда не дел. Почти сотня в порубе сидит. – Сотник меня заинтриговал. Про эту сотню, которую забрал у нас Великий князь, после речного происшествия, я уже и позабыл.

– Может, и цену знаешь, за которую выкупить можно? – Поинтересовался у Рязанца. Если об этом зашёл разговор, значит, Савелий заранее к нему подготовился, просто так бы не стал говорить.

– Двадцать киевских гривен за каждого, Эрдвила отпустили под честное слово, что к концу лета наскребёт восемьдесят фунтов серебра. – Показал свою осведомлённость сотник.

Три кило серебра за каждого воина, которые по праву должны были принадлежать нам. Ничего себе сумма набегает.

– Савелий, ты знаешь, что такое фармазонство? – В голове возник план, как забрать пленных и наказать Ярослава, за отказ поделиться добычей.

– Не знаю, но думаю, что нехорошее. – Ответил сотник, лукаво улыбаясь, заметив чёртиков в моих глазах.

– Пленных выкупит Свиртил, он вроде десятником был у литвинов, а поможет ему в этом, наш коробейник. Все коробейники мошенники, так что ему не привыкать, народ обдуривать. – Выдал намётки плана Савелию.

Теперь надо подготовить фальшивое серебро, при передаче выкупа, несомненно, будут проверять деньги, не олухи же царя небесного сидят в скотнице князя.