Владимир Поселягин - Передовик маньячного труда

Пострадавший продолжал лежать. Парень в шинели, что успел укрыться, покрутил головой и внезапно метнулся к лежавшему и, не забыв подхватить оружие напарника, за шиворот потащил его к себе в укрытие.

Это сказало мне о многом, только наши будут под пулями вытаскивать своих товарищей из-под огня. Будьте уверены, я это точно знаю.

Прикинув, где они укрылись, я метнулся к дворовым постройкам, пробежал через открытую калитку в сад и через другую калитку на участок соседей.

– Тьфу ты Игорь. Напугал, – вздрогнул сосед, когда я отвел вилы в сторону. – Ты чего?

– Там у тебя, дядь Богдан, где поленница, двое, один ранен. Нужно его затащить сюда и оказать помощь.

– А они не эти?

– Вроде наши. Оружие табельное, – с деланной уверенностью ответил я. – Да и проверим, документы то должны быть.

– Это да, – согласился сосед. – Пошли у меня там ворота к поленнице ведут.

Ворота действительно были. Причем снаружи это было не заметно. Сосед просто выпилил часть забора и повесил их на петли. А так как забор был из досок да цельный, без щелей, то мы смогли подойти близко и прислушаться.

Кто-то бормотал.

– Сейчас братуха. Подожди немного, их задавят и помощь придет. А там больница и врачи, все будет в порядке.

В голосе было отчетливо слышно отчаянье. Значит, ранение было серьезнее, чем мне казалось.

Услышав голос и о чем говорит 'шинель' мы с соседом переглянулись. Точно наши.

– Эй, кто такие? – спросил я.

– Лейтенант Головачев. Управление КГБ, – ответили с небольшой заминкой.

– Сейчас ворота откроем и поможем вам. Только документы на всякий случай приготовь, – велел я и кивнул соседу. Тот стал возится с запором, а я держал наготове 'Наган'.

Сосед распахнул одну створок, и я увидел 'шинель', только вот документов у него в руках не было. Да и понятно почем. Все руки были в крови.

– Ладно, скидывай шинель, сейчас переложим на нее твоего напарника и понесем в дом дядьки Богдана. Ко мне нельзя. Там дети. Потом я сбегаю за помощью. У меня мама медсестра, лекарства и бинты есть, – стал командовать я. Я это умел, поэтому все сразу зашевелились.

– Хорошо, – кивнул лейтенант и стал снимать шинель. Мы пригибаясь подошли ближе (стрельба продолжалась), и помогли перекатить раненого, отчего тот застонал, на шинель. После чего ухватившись за края, волоком затащили раненого на участок дядьки Богдана, и там уже взяв нормально, понесли в дом.

– Глафира, стол готовь! – когда мы ввалились в сени, крикнул сосед жене. Эта семейная пара жили вдвоем, дети уже повзрослели и свили свои гнезда, поэтому я не боялся, что у них могут быть дети. Поэтому вздрогнул, когда увидел двух белобрысых малашечек четырех лет, жмущихся к печи.

– Вы укладывайте его на стол, – велел я. – А я к родителем побегу и отведу детей к ним. Там подвал глубокий, пуля не достанет. Кстати, кто это?

– Внуки, – коротко ответил сосед с напряжением в голосе, помогая лейтенанту снять часть одежды с лежавшего на полу раненного, пока его жена, квохча, вытирала стол тряпкой.

– Ясно.

Подхватив пацанов, я выскочил на улицу и, не обращая внимания на то, что они в одной домашней одежде, то есть в колготках и рубашках, понёсся к дому родителей.

Мальчишки от неожиданности расплакались, да и холодно было для них на улице, но мы вихрем пронеслись по саду двору и, заскочив на крыльцо попали в сени, потом в гостиную и по лестнице спустились вниз.

– Бабуль, присмотри за ними, – велел я, передавая ей мальчишек. – Это внуки Хмельницких. Мам там у них тяжелораненый. Давай свой чемоданчик с лекарствами.

Нужно помочь.

– Он стоит в прихожей в шкафу, – быстро ответила мама, – подхватывая одного из мальчишек. Того что был помладше на вид.

– Понял, – подбежал к лестнице и, остановившись, велел отцу. – Ты тут проследи за всем. Хорошо?

– Конечно, – ответил батя, покачивая на сгибе руки ружье.

– Вот и хорошо.

Подхватив чемодан, я выбежал во двор, не забыв прикрыть двери, и побежал обратно к соседям, неся в руках довольно увесистый кожаный кофр-портфель. Навстречу мне попалась тетка Глафира, что направлялась к родителям. Видимо побоялась оставлять внуков одних, или муж отослал в безопасное место.

– Как тут у вас? – спросил я, забегая к соседям.

Раненый уже раздетый до пояса лежал на столе, а вот лейтенант и хозяин дома стояли и на вид чистыми, но окровавленными тряпками, закрывали раны. Судя по всему их было две. В грудь и живот.

– Вот черт, – пробормотал я.

Лезть в живот и грудь я не могу, навыков, как ни печально, не хватает. Знания есть, опыта нет операций при огнестрельных ранениях. Одно дело смотреть, другое оперировать самому. Без опытного помощника я в раны не полезу. Так что единственный выход, это плотно и хорошо перевязать. Главное остановить кровь и отправить в больницу. Открыв кофр, я стал доставать все что пригодится. Перекись, бинты и мази.

Найдя шприцы и сыворотку от столбняка, я только покачал головой. Вот что значит старшая медсестра. Сделав укол, я начал перевязку, одновременно расспрашивая стоявшего рядом лейтенанта:

– Что у вас там произошло?

– Не знаю. Нас как примелькавшихся убрали на соседнюю улицу, отслеживать, чтобы к вам по огородам не подобрались. Когда началась стрельба мы по проходу перебежали на эту улицу и поспешили на помощь. Да вот подранили командира моего.

– Раны тяжёлые до окончания перестрелки может не дожить. Его немедленно надо эвакуировать. К тому же, лейтенант, я не видел ваши документы.

– Да конечно, – вытерев руки о чистую тряпицу, парень достал красные корочки и предъявил их мне. Мельком глянув, я убедился что парень действительно свой, из местного управления.

– Кто там старший на связи у вас в управлении? – задал я вопрос.

– Капитан Сидихин.

– А Андреев куда делся? – удивился я.

– Перевели.

Сидихин был замом Андреева, так что перестановке я не удивился.

– А-а-а… Кстати, почему оставили пост без приказа?

– Старший приказал, я исполнил, – тут же отвертелся, тот от неудобного вопроса.

Хотя может так и было.

– Значит так, пулевое в плечо я перевязал, но похоже легкое задето, вот на губах кровь и дышит он с хрипами. Дальше, живот, тут тяжелее ранение, крови мало, а это значит у него внутреннее кровотечение. Если за полчаса не доставим его на операционный стол, твой напарник недолго проживет, лейтенант. Раны сквозные, из автомата его срезали. Поспешить надо.

– Что делать? Стреляют еще.

– Дядька Богдан, – повернулся я к соседу. – Через твой участок можно попасть к соседям?

– К Ветлицким? Можно, там калитка… А понял, у них машина и дом находится на соседей улице.