Владимир Контровский - Нерожденный

– На всё? – переспросил Ландау с сомнением в голосе.

– Абсолютно – ограничений нет. Качественные характеристики воздействия зависят от изощрённости ума оператора, а количественные – от располагаемой энергии, влитой в «миязаку». Что мы, собственно, и наблюдаем: в апреле японцы останавливали авиационные двигатели, а в июле они уже блокировали взрывчатые вещества. Самураи приобретают опыт обращения с «миязаками», и что будет дальше, я не знаю: боюсь даже предполагать…

– Не надо предполагать, – прервал его Курчатов, – надо предлагать. Что конкретно вы предлагаете, Пётр Владимирович?

– Я предлагаю следующее: основываясь на высказанных мною соображениях, вы делаете электромагнитный излучатель переменной частоты. А я сяду за его рычаги – думаю, у меня это получиться лучше, чем у любого из здесь присутствующих: я нейрофизиолог.

…Когда жарко полыхавшее соляровое пламя, разожжённое на секретном полигоне под Москвой, сначала послушно сникло и погасло, а потом вспыхнуло вновь, подчиняясь беззвучной команде оператора «изделия СР-1»[74], наблюдатели – учёные и военные – дружно разразились радостными возгласами.

– Работает, – тихо поговорил Бехтерев, буквально сползая с операторского сидения «изделия» и пошатываясь. – Получилось…

– Получилось, получилось, Пётр Владимирович! – прорычал Курчатов, тиская его в объятьях. – На поток мы эти машинки поставим быстро, сложного в них ничего нет. Только где взять для них операторов? Мы же не японцы с этим их дзёном…

– Найдём, Игорь Васильевич. С воображением у нас, у русских, всё в порядке. Мы народ мечтателей: который век бредём по колено в грязи, кровью харкаем, перемогаем беды-невзгоды, а всё никак, – Бехтерев слабо улыбнулся, – не расстанемся с мечтою о счастье для всех и о светлом будущем.

«Соловей-разбойник» СР-7 – «русский ответ самураям», 1946 год

Первые боевые излучатели СР-3 и СР-4 поступили в войска дальневосточных фронтов в начале сентября 1945 года. И вовремя: над Тихим океаном вовсю сгущались грозовые тучи, посверкивая и погромыхивая.

Тёмная вода, вспоротая острым носом, с шипением обтекала стальные борта крейсера и свивалась за его кормой в длинный бурунный шлейф, оставленный корабельными винтами.

Тяжёлый крейсер US Navy «Индианаполис» шёл сквозь ночь с Тиниана к атоллу Улити, в громадной лагуне которого, способной вместить сотни кораблей и судов, укрылся флот адмирала Хэлси, отброшенный «миязаками» от Филиппин.

Командир «Индианаполиса», кэптен Маквэй, покинул Марианские острова с чувством выполненного долга: особая миссия, возложенная на его корабль и продолжавшаяся две недели, была выполнена. В середине июля 1945 в Сан-Франциско крейсер принял на борт секретный груз: здоровенный металлический цилиндр, напоминавший коробку для дамских шляп и занявший место в командирском салоне, и несколько ящиков, размещённых в ангаре для гидросамолётов[75]. Моряков «Индианаполиса», понятное дело, очень интересовало, что в этих ящиках, однако офицеры, сопровождавшие таинственный груз, хранили молчание, а их подчёркнуто-отстранённое поведение не располагало к откровенным разговорам. «Это что же получается, – подумал Маквэй, заметив у офицеров сопровождения таинственного груза эмблемы медицинских войск, – бактериологическая война? Хм, да по мне на самураев можно пролить хоть адскую серу, лишь бы она прожгла эту их проклятую магию!». Капитан Маквей уже знал о поражении US Navy у острова Лусон, и это известие его ошеломило.

«Индианаполис» выполнил задание чётко и в срок: выйдя из Сан-Франциско, крейсер пересёк океан, заскочил на несколько часов в Пёрл-Харбор, пополнил запас топлива и в ночь с 26 на 27 июля 1945 года прибыл в пункт назначения – на остров Тиниан.

Разгрузка на рейде прошла быстро и деловито. Маквэй поймал обрывок фразы «…груз уже ждут в пещере адмирала Какута». Что это за пещера, кэптен знал: в ходе боёв за остров там укрылся командующий обороной Тиниана вместе со своим штабом. Подступы к пещере были заминированы, японцы яростно отстреливались, и тогда морские пехотинцы подорвали вход в пещеру, наглухо замуровав её защитников. После взрыва из-под завала какое-то время слышались одиночные выстрелы, а потом всё стихло. «А теперь, значит, в пещере оружейная мастерская, – подумал Маквэй. – Надеюсь, души павших японцев не будут мешать нашим парням делать своё дело. Вряд ли «миязаки» способны вызывать кровожадных призраков из мира теней, хотя – кто его знает».

Тяжёлый крейсер «Индианаполис»

Закончив выгрузку, «Индианаполис» выбрал якорь и взял курс на Улити. Корабль шёл навстречу смерти, но никто из тысячи двухсот человек его экипажа об этом не знал.

Подводная лодка флота империи Ямато «И-58» крейсировала у Марианских островов вторую неделю. Как и крейсер «Индианаполис», субмарина тоже выполняла особую миссию. Провожая лодку в поход, вице-адмирал Симидзу сказал её командиру, капитану 3-го ранга Хасимото: «Вам выпала высокая честь одному из первых доказать, что «щит Аматерасу»[76] может служить и мечом». Хасимото догадывался, что означают слова адмирала: «И-58», одна из авианесущих лодок флота, вышла в море без бортового гидросамолёта – его место в палубном ангаре занял излучатель «миязака», а в экипаже субмарины стало одним человеком больше. Вряд ли подводная лодка, способная уйти на глубину, нуждалась в «щите богини» для обороны, значит, «миязаку» предполагалось использовать как оружие наступательное. И осознание этого наполнило Хасимото чувством гордости: ему доверили, и он не подведёт.

28 июля в 23.00 «И-58», шедшая в надводном положении, обнаружила на горизонте цель: вероятно, крупный надводный корабль, идущий встречным курсом. Чтобы не быть обнаруженным американским радаром, Хасимото приказал погружаться, но мангуст[77] его остановил.[78]

– Не надо, командир, – сказал он. – Я выключу его локатор.

Корабли сближались. Хасимото заглянул в ангар и увидел, что мангуст уже занял своё место за излучателем, и что лицо его стало отрешённым: носитель «щита богини» был готов к бою. Командир вернулся на мостик и взял бинокль.

– Расстояние до цели – тридцать кабельтовых! – доложил радиометрист.

Дизеля «И-58», работавшие в режиме «зарядка-винт», натужно захрипели, и Хасимото понял: оператор излучателя включил боевой режим, используя всю мощность и генераторов, и аккумуляторных батарей. Американский тяжёлый крейсер накрыла незримая ментальная волна, отмодулированная и усиленная…